Глава 1764. Чаншэн навсегда (часть 2)

Слова Ло Чаншэна тронули сердца бесчисленных практиков Восточной области, но Ло Шанчэн яростно поднял глаза от земли и заорал, — убирайся! Отойди… немедленно… убирайся!

В глазах других это, несомненно, была защита Ло Шанчэном Ло Чаншэна, не позволяя ему подойти, чтобы он не страдал от унижения.

Только люди Царства Стеклянного Света понимали горе и гнев в его сердце.

— Хахаха, — Юнь Чэ громко рассмеялся и сказал, — похоже, твой Королевский отец не хочет быть неблагодарным. Но если он этого не ценит, то это его дело, как может этот Повелитель дьяволов быть настолько жесток, чтобы отбросить благочестие его сына?

— Если ты не можешь заменить, тогда ты должен пойти и сопровождать его. В конце концов, вы же «отец и сын»!

Слова «отец и сын» были довольно тяжело произнесены, его улыбающееся лицо содержало скрытую ироничную ухмылку.

В этот момент все из Царства Стеклянного Света смутно почувствовали, что Юнь Чэ, казалось, знал все о «отце и сыне».

— Хорошо. — Ло Чаншэн не возражал против этого и почтительно поклонился, — благодарю Повелителя дьяволов за снисхождение.

Закончив говорить, он тихо подошел к Ло Шанчэню, и встал на колени позади него.

— Ты… убирайся! — Ло Шанчэн протянул руку и толкнул его.

Ло Чаншэн не сопротивлялся, но Чи Ву внезапно подняла руку и изолировала силу Ло Шанчэня, она сказала посмеиваясь. — Король Царства Священного Света, редко бывает, чтобы родной сын проявлял такое благочестие к отцу, желая разделить твою славу и разделить твой позор, отвергнуть его, было бы очень некрасиво.

В Северной Божественной области право говорить у Чи Ву уступало только Юнь Чэ. Ло Шанчэн почувствовал, как десять тысяч волн бушевали в его сердце, но он не мог ничего сказать… он уже был опозорен, как он мог из-за своего личного гнева угрожать миру своей секты?

Он больше не говорил, опустив голову он принял туже позу что и раньше, и пополз на обеих руках и коленях к Юнь Чэ.

Как первый король царства в Восточной Божественной области, он думал, что умрет в ожесточенной битве. После возвращения Императора-Дьяволов он даже думал о том, что умрет никчемной смертью, но он никогда не думал о том, что доживет до такого унижения… потому что Юнь Чэ знал, что это было гораздо более невыносимо, чем убить его.

Под покровом прощения скрывалась самая жестокая месть.

Но кто во всем этом виноват? Три великих короля царств, однако Царство Стеклянного Света и Царство Покрывающего Неба, тем не менее сохранили достоинство и были невредимы, отныне их будущее положение в Восточной Божественной области будет намного выше чем раньше.

Что еще печальнее, так это то, что он был первым, кто вышел и желал Юнь Чэ смерти… что также в конечном счете стало причиной сегодняшнего унижения, и все это ради Ло Чаншэна и Ло Гукси, этих двух людей, к которым он питает самую большую ненависть.

Какая ирония.

За ним слепо следовал Ло Чаншэн, двигаясь вместе с ним на коленях.

Когда два человека разделяли унижение, чувство унижения уменьшалось более чем наполовину. Каждый шаг, каждый вздох, он абсолютно ясно ощущал ауру Ло Чаншэна.

Если бы все это не произошло, то этот крайне унизительный опыт добавил бы еще один драгоценный свет на Ло Чаншэна, который никогда не забудут.

Однако… эти самые жестокие события в мире, как непреодолимые кошмары, пришли вместе в очень короткие сроки.

Глаза Чи Ву были прикованы к телу Ло Чаншэна в течение нескольких вдохов, затем она отвела взгляд, но не напомнила Юнь Чэ.

Потому что в этом не было необходимости.

Наконец, снова приползя обратно к ногам Юнь Чэ, Ло Шанчэн склонил голову и поклонившись сказал. — Этот Ло знает, что не существует прощения за преступления, совершенные в том году, чтобы иметь возможность получить прощение Повелителя дьяволов. Мой Священный Свет наполнен благодарностью и совершенно не имеет предательских замыслов.

Его клятва верности только что прозвучала, как вдруг, позади него смертоносный холодный свет мгновенно сгустился и ударил в сторону Юнь Чэ.

Будучи застигнутым врасплох, Ло Шанчэн был внезапно выбит воздушной волной. Холодный свет прошел через несколько слоев пространства и пронзил горло Юнь Чэ… позади него одна пара зрачков, была безжалостна, как голодный волк.

Длинные волосы Юнь Чэ взлетели вверх, но он оставался неподвижным.

С приглушенным звуком кинжал Ло Чаншэна внезапно выстрелил в сторону Юнь Чэ, иссохшая ладонь Янь И схватила лезвие кинжала, не пролив не единой капли крови, однако кинжал был прижат весом десяти тысяч гор и не мог сдвинуться с места, сила в нем исчезала подобно приливу.

Какая шутка, перед тремя предками Яма, если бы даже волосок на голове Юнь Чэ пострадал, у них не было бы лица, чтобы продолжать жить.

Юнь Чэ медленно опустил глаза, и посмотрел на скрежещущего зубами от гнева Ло Чаншэна с небольшим разочарованием, — и это все?

Бах!

Призрачный коготь Янь Эра ударил прямо в сердце Ло Чаншэна, он издал приглушенный стон, кинжал выпал из рук и был мгновенно унесен прочь, фигура Янь Сана появилась над ним, и он ударил ногой.

Бум~

Земля раскололась и раздался громкий звук, и изо рта Ло Чаншэна брызнули кровь и пена.

Внезапная перемена заставила всю Восточную Божественную область воскликнуть.

Совершенствования Божественного мастера седьмого уровня было достаточно, чтобы с презрением смотреть сверху вниз на каждое живое существо в любой Божественной области.

Однако, вокруг Юнь Чэ находились три предка Яма близко его охраняя, Императрица дьяволов, Император Яма присутствовали, а также, рядом с ними были все Пожиратели Луны, чародейки и Владыки Яма. Чрезвычайно ослепительный Ло Чаншэн среди них совершенно не сиял.

Даже сам Юнь Чэ был настолько силен, что мог сжечь Почтенного Тай Юя одной рукой.

Как он мог убить Юнь Чэ?!

Он сумасшедший!

— Эх… Ах! — Глаза Ло Чаншэна были в крови, и он совершенно не испытывал страха перед тремя предками Яма, которые могли подавить любого Божественного императора. С яростным ревом, сжигая эссенцию крови, его тело внезапно свернулось под разрывающей пространство бурей.

Земля и пространство разлетелись на мелкие кусочки, волоча за собой длинную кровавую линию, Ло Чаншэн фактически избавился от подавления Янь Сана, но он не воспользовался этой возможностью, чтобы сбежать. Вместо этого он схватил еще один кинжал и безумно сконцентрировал в нем яростную силу.

Во время шторма кинжал, словно отчаянная падающая звезда, стремительно обрушился на Юнь Чэ.

Однако, падающая звезда была уничтожена посланной ладонью Янь И, оставив после себя только остаточный разрушительный свет и беспорядочную бурю.

Бах! Бах!

Два перекрывающихся громких звука прозвучали одновременно, дьявольские когти Янь Эра и Янь Сана ударили по Ло Чаншэну одновременно.

С совершенствованием Ло Чаншэна, столкнувшись с предками Яма, у него были силы, чтобы немного побороться.

Однако вся его сила и сознание были сосредоточены на Юнь Чэ, и даже самая основная защитная внутренняя сила вся изверглась.

Под ужасающей мощью двух предков Яма, розовый цвет бесследно исчез с лица Ло Чаншэна. Из его семи отверстий и тела разразилась дюжина кровавых линий крови, тяжело падая на землю.

— Чаншэн! — В этот момент Ло Шанчэн словно очнулся ото сна. Он хрипло закричал и бросился вперед, но его крепко удерживала рука.

Великий старейшина Священного Света схватил его и тяжело покачал головой.

Ло Чаншэн рухнул на землю, мучительно кашляя кровью. Кровь, сочащаяся из него, сначала была алой, но постепенно, как и выражение его лица, становилась все более и более темной.

Не успокаивая свою жизненную силу и не прося пощады, он высоко поднял голову, глядя на огромную проекционную формацию, на всех практиков Восточной Божественной области, и закричал хриплым голосом, — вы стадо трусов… почему… вы совершенно не сопротивляетесь…

— Вы, короли царств… унижены этими дьяволами, как собаки… это унижение для всех вас… почему вы не сопротивляетесь, но наоборот смирились с этим!

— Практики Восточной Божественной области, даже ваше самое основное мужество и сила духа исчезли!

Его полные ненависти глаза и кровавые слова сотрясали каждый уголок Восточной Божественной области.

— Чаншэн… замолчи, замолчи! — С дрожью в голосе сказал Ло Шанчэн, он бросился вперед и тяжело опустился на колени перед Юнь Чэ, он был глубоко напуган и сказал, — Повелитель дьяволов, этот Ло не смог воспитать ребенка, Чаншэн недавно пережил большую неудачу и потерял контроль над собой и своей душой, только что сделав большую ошибку, этот Ло сию минуту… лично искалечит его совершенствование и заточит его в Священном Свете, он никогда не сможет выйти даже на полшага из Священного Света.

— Умоляю о милосердии Повелителя дьяволов, пощадить его жизнь, я прошу Повелителя дьяволов о милосердии.

Закончив говорить, проливая слезы он кланялся, как если бы бил чеснок, и лоб мгновенно покрылся кровью.

— Хе… мне не нужно, чтобы ты… умолял за меня! — Ло Чаншэн прошипел, — я, Ло Чаншэн… лучше умру… чем подчинюсь вашему стаду… цепляться за жизнь и бояться смерти, бесхребетные люди не имеющие самоотверженности!

-Ай-яй, — тихо произнесла Чи Ву, смеясь про себя, — ты хочешь использовать свою смерть, чтобы поднять сопротивление практиков Восточной Божественной области? Это хорошая идея, но к сожалению… все еще слишком наивно.

— Цзе, цзе, цзе[Болтовня]. — Слова гордого и несгибаемого Ло Чаншэна, тем не менее, заставили Янь Эра рассмеяться, — это так трогательно, ты даже заставил этого старого дьявола снова пустить слезы.

Бах!

Тень вспыхнула, дьявольские когти Янь Эра пронзили грудь Ло Чаншэна, как будто пронзив гнилое дерево, полностью разрушая жизненную силу этого гения, который раз за разом потрясал историю Царства Богов.

Глаза Ло Чаншэна выпучились и медленно опустились вниз.

— Чаншэн! — В ушах людей прозвучал пронзительный крик Ло Шанчэна.

Янь Эр медленно вытащил дьявольские когти из тела Ло Чаншэна. Как раз в тот момент, когда он собирался раздавить его, дьявольская тень Чи Ву внезапно вспыхнула перед ним, ладонью откинув Янь Эра и одновременно схватив Ло Чаншэна. Дьявольская душа вторглась в его рассыпающуюся душу.

Янь Эр был в ярости и собирался нанести удар, но когда увидел фигуру Императрицы дьяволов он поспешно втянул шею и силу.

Первое правило выживания предка Яма: когда рядом с Повелителем дьяволов находится мужчина, можно легко забить его, без разницы кого; если с Повелителем дьяволов находится женщина… абсолютно нельзя прикасаться и кричать.

Через мгновение дьявольская душа Чи Ву была отозвана и с безразличным лицом она бросила Ло Чаншэна в сторону Ло Шанчэна.

Юнь Чэ продолжал смотреть холодными глазами и не сказал ни слова.

— Чаншэн… Чаншэн! — Ло Шанчэн встал на колени рядом с Ло Чаншэном, поднял его окровавленное тело, ощущая, как быстро исчезает его жизненная сила, и его лицо наполнилось кровавыми слезами.

Если бы не его глубокие чувства к Ло Чаншэну, он не потерпел бы крах, узнав правду.

Он очевидно был ублюдком, Ло Гукси явно использовала этого ублюдка, чтобы отомстить ему, но, наблюдая, как он умирает у него на глазах, это было мучительно и разбивало его сердце и душу.

Рука Ло Чаншэна двигалась, изо всех сил коснувшись Ло Шанчэна, голос в его устах, был таким же слабым, как у комара, — Королевский отец… этот ребенок собирается… уйти первым…

— … — Ло Шанчэн содрогнулся всем телом, сдерживая рыдания.

— Я… Ло Чаншэн… — Пробормотал он, — я сын Королевского отца… Я молодой мастер Священного Света… я… не… ублюдок…

Ло Шанчэн, закрыв оба глаза, тихо произнес. — Да… конечно, ты Чаншэн, ты гордость Священного Света и сын отца. Что бы ни случилось, ты для отца… самая большая гордость.

Свет в зрачках рассеивался, но Ло Чаншэн, казалось, улыбался. Он смотрел на небо, через большую проекционную формацию, он, казалось, видел бесчисленное количество пар глаз, которые смотрели на него, он улыбался и прошептал, — таким образом… мир… запомнит меня как… Ло Чаншэна…

— Все будут помнить… Я… Ло… Чан… Шэн…

На его лице застыла легкая улыбка, а в глазах отражалось серое небо.

Когда все выбрали сдаться и терпеть унижения, с самым гордым талантом, самым ослепительным будущим, он должен был обладать самым большим желанием выжить, однако он предпочел скорее умереть, чем подчиниться.

Верно, каждая картина, каждый его крик перед смертью, будут глубоко выгравированы в воспоминаниях практиков Восточной области. Все будут помнить, всегда помнить… Его звали Ло Чаншэн.

Он ясно почувствовал, как рассеивается последняя слабая аура Ло Чаншэна. Каждый мускул во всем теле Ло Шанчэна содрогался, его душа время от времени содрогалась, а иногда была пуста… Но даже будучи пустой, его по-прежнему сопровождала невыносимая боль.

Он поднял Ло Чаншэна, его глаза были как в тумане, он медленно пошел прочь, каждый его шаг был тяжелым, как у старика… он, казалось, забыл, что еще не получил темное клеймо от Юнь Чэ, он даже забыл попросить разрешения уйти.

Юнь Чэ не отдавал никаких приказов, поэтому никто его не остановил.

Юнь Чэ повернулся к Чи Ву и сказал. — Ты просмотрела его воспоминания?

— Да. — Чи Ву ответила. — Я думала, что он должен знать, где находится Ло Гукси, но, к удивлению, он не знает. В конце концов, эта сумасшедшая женщина является большой скрытой угрозой.

Хотя она не нашла никакой информации о Ло Гукси, она получила много других выгод.

Юнь Чэ больше не спрашивал.

— Ах, какая жалость. — Чи Ву посмотрела в сторону удаляющегося Ло Шанчэня, глубоко вздохнула и прошептала, — Цзе Синь, Цзе Лин.

Позади нее одновременно появились Цзе Синь и Цзе Лин и поклонились, ожидая приказов.

— Уничтожьте секту Священного Света. — Чи Ву легко отдала приказ.

— Да. — Цзе Синь и Цзе Лин повиновались приказу.