Глава 1139. Четвёртое Признание Небесного Грандмастера

— Прощайте, Ректор Чжан! — Глава Гильдии Жуань также вышла.

После этого, помимо Чжан Сюаня во дворе остались только Сунь Цян и Лю Ян.

Когда Чжан Сюань снова обернулся, Ван Ин и Старейшина Вэй уже скрылись из виду. Сложив руки за спиной, парень посмотрел в бескрайнее ночное небо и, поразмыслив, наконец сказал.

— Ладно, а теперь идите.

То, что уходит, нужно отпускать.

Чтобы стать истинными драконами, его ученики не должны оставаться под его крылом всегда. Как они могли бы стать взрослее, если бы всегда были под его опекой?

— Учитель… — понимая, что Чжан Сюань опечален уходом Ван Ин, Лю Ян хотел что-то сказать. Но, неожиданно он ощутил, что кто-то схватил его за руку, потянув назад.

— Дай Молодому Господину какое-то время побыть в одиночестве. — Тихо сказал Сунь Цян.

Лю Ян повернулся к слуге, увидев, как тот покачал головой. Он мгновение помешкал, прежде чем кивнуть и уйти вместе с Сунь Цянем.

И действительно. Сейчас его учителю нужны не слова, а покой.

Когда ученики покидают тебя один за другим — это очень тяжкое бремя.

Покинув двор, Лю Ян вгляделся в темноту ночи и увидел, что почему-то ночное небо выглядит очень мрачным. Он повернулся к Сунь Цяну и спросил.

— Что я могу сделать для учителя?

— Ты можешь только усердно заниматься развитием. Не позволяй усилиям Молодого Господина пропасть даром! — поразмыслив над ответом, сказал Сунь Цян.

Лю Ян принял эти слова, сжав кулаки.

— Ты прав. Чжао Я, Лу Чун, Юань Тао, Вэй Жуянь, Чжэн Ян и Ван Ин, все ушли. Сейчас остался только я, и я обязан усердно работать и стать сильнее, чтобы не подвести своего учителя!

В те дни, когда они вместе занимались развитием, хоть он и не был самым способным, но не был и последним из учеников. Тренировки были непростыми, но Лю Ян был доволен.

Однако, чувство довольства давно прошло, его заменили волнение и стресс.

Чжао Я, Юань Тао, Вэй Жуянь и Лу Чун покинули учителя для получения уникальных наследий, которые подошли бы строениям их тел. Развитие этих учеников наверняка превосходит все пределы.

Чжэн Ян и Ван Ин покинули учителя ради Зала Боевых Мастеров и Гильдии Духовного Пробуждения, также получив наследие и лучшие ресурсы для развития. Без всяких сомнений они также станут сильнее и очень быстро.

Из всех учеников лишь сам Лю Ян будто остановился.

Если он останется позади, разве это не будет означать, что их учитель уступает каким-то организациям?

— Нет, такого я допустить не могу. Я буду трудиться, как никогда! — с решимостью в глазах Лю Ян повернулся и направился в свою комнату.

Он не мог позволить себе тратить время. Парень обязан работать усерднее над своим развитием, чтобы не отстать от остальных!

Лю Ян не хотел уступать остальным при следующей встрече. Если уступит, это будет означать, что он стал для своего учителя лишним грузом.

— Эй… — заметив поведение Лю Яна, Сунь Цян покачал головой. — Не важно, не тягаться мне с этими одержимыми развитием. Пойду прогуляюсь по улицам и взгляну, нет ли где еды повкуснее…

Лениво потянув спину, Сунь Цян направился к выходу из поместья.

С момента своего появления он всё время находился с Фракцией Сюасньсюань и нигде до этого не был. Поскольку у него появилось свободное время, слуга решил потратить его, чтобы насладиться ночной жизнью Столицы Цинюань.

Развитие ему не слишком интересно. Если бы это было не так, учитывая, что Молодой Господин наставлял его лично и щедро одаривал ресурсами для развития, он бы давно прошёл стадию пре-Святого.

Чжан Сюань молчаливо смотрел в небо, он ощущал непередаваемое одиночество.

Почти все ученики его покинули и рядом не было Ло Жосинь. Парень ощутил, что вскоре он снова может оказаться совершенно один.

Парень будто медленно возвращался в те дни, когда впервые перенёсся в этот мир.

Тогда он постоянно был на грани изгнания и у него не было ни одного ученика.

Всё было для парня чужим, не было никого, кто мог бы поддержать и на кого он мог бы опереться.

— Возможно, они бы изучили техники развития сильнее и лучше, оставшись со мной, но… то, что все они ушли, было к лучшему! Оставшись со мной, они бы ограничили свой рост в качестве личностей…

Рост развития лишь небольшая часть жизни. Чтобы вырасти во взрослую личность, его ученики должны были попасть в огромный мир и испытать множество различных эмоций.

Вместе с этой мыслью Чжан Сюань неожиданно ощутил будто ему наконец удалось ухватить ту мимолётную и вечно ускользавшую от него раньше вещь.

— Наставник, который истинно любит своих учеников, будет думать об их благе. Воспитание ученика – это не всё равно, что изготовление оружия, которому требуется лишь чертёж и техника изготовления. У каждого ученика есть собственная жизнь, которую он должен прожить. Они должны испытать множество граней жизни самостоятельно, будь это радость, гнев, сожаления или горечь и должны найти свою собственную цель для достижения! Если я буду постоянно рядом с ними, всё, что я смогу им предложить — это знания. Может тогда они станут сильны, но я не дам им возможность себя закалить, и они никогда не станут истинными мастерами, следуя таким путём. Тот факт, что ученики покидают меня, показывает, что они начинают взрослеть…

Хун лун!

Разум парня вздрогнул, в его голове раздался звук, напоминающий удар грома. В следующее мгновение в него потоком ударила уникальная энергия.

Четвёртое признание Небесного Грандмастера!

Пшшшшшш!

Эта энергия лилась по телу парня, увеличивая его Глубину Души.

В то же время, парень погрузился в транс, его аура стала значительно глубже и устойчивее.

Зал Собраний Зала Боевых Мастеров.

— Глава Зала Син, вот собрание знаний боя, которое мы изучили у Фракции Сюаньсюань за несколько прошедших дней. Согласно записям, все они были получены от Ректора Чжана! — Глава Отдела Работы Ног, Лу Ванцю передал несколько толстых книг.

Он вошёл во Фракцию Сюаньсюань только для обучения. Это не означало, что он навсегда покинет Зал Боевых Мастеров.

Глава Зала Син распахнул первую книгу и начал просматривать содержимое. Вскоре его глаза блеснули от восхищения.

Когда он, наконец, просмотрел все книги и усвоил их содержимое, то не мог не воскликнуть.

— Ректор Чжан настоящий гений. Его понимание битвы достигает невероятного уровня! Эти слова кажутся простыми, но они передают самую суть развития. С этим знанием наши мастера смогут с лёгкостью отыскать недостатки боевых техник и так же легко их использовать!

Он не знал, что битву можно описать в такой прямой и интересной манере. Как и ожидалось от прямого ученика Ян Сюаня, Ректор Чжан просто невероятный человек!

— Именно. Я внимательно слушал, когда он проводил лекцию во время обмена знаниями и, несмотря на то, что передаваемые знания казались простыми, они будто просвещали. Я ощутил, как в моём развитии открывается множество новых окон, слушая его лекцию! — добавил глава Отдела Ладони, Янь Цинхай.

Остальные главы отделов закивали головами.

Если ранее они слегка возражали против присоединения к Фракции Сюаньсюань, после этого обмена опытом подобные настроения напрочь улетучились. После всего случившегося, они с радостью присоединились бы к Фракции Сюаньсюань!

Если все боевые мастера будут прилежно обучаться, то общая сила Зала Боевых Мастеров неимоверно возрастёт.

— Судя по всему, принятие этого обмена опытом было верным решением… — кивнул Глава Зала Син. Однако, он неожиданно ощутил что-то на середине фразы и распахнул глаза от удивления.

Хулала!

Главы отделов также почувствовали, что что-то происходит и подскочили на ноги.

— Идём, нам нужно это увидеть!

Без каких-либо промедлений Глава Зала Син бросился прочь из зала. Вскоре он оказался в огромном зале, расположенном неподалёку от Зала Совещаний.

В это зале повсюду были таблички с выдающимися предками Зала Боевых Мастеров и скульптура основателя этой ветви.

Войдя в зал, старейшины увидели, что таблички и скульптура дрожат, будто ощущают нечто торжественное.

— Что происходит? — Лу Ванцю, задал удивлённый вопрос.

За восемь сотен лет его жизни впервые происходит нечто подобное! К тому же, за долгую историю Зала Боевых Мастеров не было ни единой записи о подобном событии!

Хулала!

Глава Зала Син и остальные главы отделов не представляли, что происходит, неожиданно таблички повернулись в одном направлении. По какой-то причине, в их движении виделись признаки почтения и преклонения.

В тот же момент скульптура основателя также оказалась на земле. Будто она нашла существо, достойное уважения.

— Т-такое… Неужели… — после этого события, в голову Главы Зала Сина пришла мысль и его глаза округлились от удивления.

— Что-то случилось?

Все главы отделов уставились на главу зала.

Будучи боевыми мастерами, посвятившими всё своё время улучшению боевых навыков, старейшины были не так начитанны, как грандмастера. Поэтому они не знали различные легенды Павильона Грандмастеров.

— Дрожание Мириад Табличек, Поклон Подчинения Предков. Это… это признак рождения Небесного Грандмастера! — поражённо сказал Глава Зала Син, его голос дрожал.

— Небесного Грандмастера?

От этих слов лица остальных старейшин побледнели так же сильно, как и лицо главы зала.

Лу Жань был подмастерьем в Павильоне Грандмастеров Империи Цинюань.

Он был в ответе за уборку и организацию порядка в Зале Признания Учителей. Сегодня он должен был отдыхать, но у его подмастерья-коллеги были неотложные дела, так что Лу Жань его подменял.

— Я же договаривался с Ло Янь, что встречусь с её родителями. Чёрт, она точно на меня разозлиться! — взволнованно пробормотал Лу Жань.

Если бы не эти проклятые обязанности, он мог бы сегодня получить их одобрение и, если бы всё прошло как надо, наконец то мог бы забрать красотку, за которой он так давно ухаживал, домой и официально прервать своё продолжительное одиночество… Но из-за этих проклятых обязанностей все его планы пошли прахом.

Чем больше подмастерье об этому думал, тем больше его одолевало расстройство.

Это же всего лишь кучка безжизненных табличек, зачем нужно стеречь их день ото дня? Открыв дверь в Зал Признания Учителей, Лу Жань увидел привычное зрелище и раздосадовано покачал головой.

Всё, что есть в Зале Признания Учителей – это кучка древних табличек да скульптура Божественного Куна.

Лу Жань понимал, что предков надо почитать, но это же безжизненные объекты! Их достаточно чистить раз в какое-то время, зачем это охранять и постоянно присматривать за табличками?

Мне просто нужно перетерпеть полгода. Как только я стану грандмастером официально, не буду заниматься такими бесполезными занятиями! В качестве обычного подмастерья неизбежно приходится заниматься рутиной для Павильона Грандмастеров. Но после того как Лу Жань станет грандмастером, его положение значительно изменится.

Однозвёздные грандмастера правда практически ничего не стоят в Империи Цинюань, но грандмастер остаётся грандмастером, где бы он не оказался. Получив привилегии грандмастера, ему больше не придётся жить такой скромной жизнью и быть на побегушках у других людей.

Я просто хорошенько отосплюсь и извинюсь перед Ло Янь завтра утром! Потянув спину, Лу Жань пошёл в уголок Зала Признания Учителей и, бросив несколько подушек друг на друга, улёгся на них.

Прикрыв глаза, он уже почти заснул, но неожиданно его прервала поднявшаяся в зале тряска.

— Ч-Чего? Что происходит? — испугавшись до дрожи, Лу Жань вскочил на ноги от ужаса.

Я в Павильоне Грандмастеров, важнейшем здании Империи Цинюань! Вокруг начертано множество формаций, так что даже, если случится землетрясение или другое стихийное бедствие, Павильон Грандмастеров останется неповреждённым. И, всё же… что такое должно случиться в мире, чтобы здесь так явно ощущались толчки?

Ужаснувшийся подмастерье опасливо осмотрел комнату, увидев, что таблички подскакивают на своих полках.

— Что… — от этого зрелища тело Лу Жаня сжалось в страхе.

Он никогда ни о чём подобном не слышал!

Эти таблички должны быть безжизненными! В прошлом, когда я протирал одну из табличек и случайно стукнул её, но с ним ничего так и не случилось…

Почему они неожиданно ожили и повскакивали со своих мест?

Хулалалала!

Падая на землю таблички выстраивались в ряд, а потом, будто по чьей-то команде, повернулись в определённом направлении.

Ощутив, как холодок бежит у него по спине, Лу Жань, спрятавшийся в уголке зала, прикрыл рот дрожащей рукой. Ему казалось, что сделай он хоть одно движение, то тут же падёт замертво.

Хун лун!

Ровно в тот момент, когда подмастерье насмелился тихонько прокрасться из зала, чтобы доложить о случившемся главе павильона, он неожиданно увидел, как неподвижная скульптура Божественного Куна ожила. Скульптура повернулась в том же направлении что и таблички.

Её глаза уставились куда-то вдаль, будто у живого человека.

В этот момент Лу Жань забыл, как дышать. Скульптура слегка наклонила спину и сложила кулаки.

— Приветствую, друг мой!