Глава 1822. Подчинись!

«Что он собираешься сделать?»

Смотря на улетающую спину мальчишки, Древний Мудрец Олфайр вдруг ощутил дурное предчувствие. Он хотел остановить его, но на него внезапно обрушилась леденящая аура.

При обычных обстоятельствах он бы с легкостью преодолел такую мощь и даже подавил её. Однако с нынешними тяжелыми травмами, он не смог приложить и капли силы.

— Мо Лин, тварь! Клянусь, я убью тебя, как только восстановлю свои силы! — Неистово взревел Древний Мудрец Олфайр.

— Я подожду. — Беззаботно ответил Древний Мудрец Мо Лин, продолжая оказывать на него давление и прижимая к стене.

Рев рев! Ву Ву!

Пока два Древних Мудреца оставались в пещере, бесчисленные звериные вопли раздавались за пределами пещеры. Как будто молодой человек устроил резню сразу после выхода из пещеры.

— Нет, ублюдок! Клянусь, я разорву твою плоть в клочья и опалю твою душу до небытия! — Услышав эти мучительные крики, тело Древнего Мудреца Олфайра задрожало от ярости и отчаяния и он яростно взревел. — Мразь! Как можно атаковать слабых? Где твое достоинство?

Его голос громко разносился по всему горному хребту, но казалось, что молодой человек совсем не слышит его.

Мучительные и страдальческие вопли продолжали громко отдаваться в воздухе.

Поняв, что ему никак не сбежать и что его призывы не вылетают из пещеры, Древний Мудрец Олфайр отчаянно повернулся к Оракулу Душ и сказал. — Мо Лин, ты Древний Мудрец, как и я. Хотя мы никогда не встречались, я слышал о твоих делах и немного знаю о твоём темпераменте. Ты праведный человек и не выносишь угнетения… как ты можешь спокойно стоять, зная, что твой глава устроил геноцид?

Древний Мудрец Мо Лин опустил голову от стыда.

Очевидно, он не ожидал, что Чжан Сюань бросится из пещеры и используя свою превосходящую силу, будет подавлять обычных зверей.

Даже на беззаконном потустороннем поле боя существовали какие-то негласные правила. Если бы Древним Мудрецам было позволено нападать на детей, то культиваторов вскоре бы не осталось.

Однако, будучи подчиненным, Древний Мудрец Мо Лин уже принял решение следовать приказам молодого человека, какими бы они ни были. Поэтому, несмотря на все свои сомнения, он предпочел не вмешиваться в это дело.

— Прошу прощения, но я просто выполняю приказ! — Покачав головой ответил Древний Мудрец Мо Лин, продолжая напрягать свои силы и прижать зверя к стене.

— Ты… — Древний Мудрец Оллфайр был так взбешен, что его голос задрожал. — Если я выберусь отсюда живым, то клянусь, я уничтожу всю твою родословную Оракулов Душ!

Эксперт, с которым даже он не мог сравниться, на самом деле пошел убивать его подчинённых. Это был бесстыдный поступок!

Он яростно ревел, но безрезультатно. Крики агонии, эхом отдававшиеся в его ушах, которые казалось, продолжались целую вечность, но всё стихло внезапно. В это мгновение сердце Древнего Мудреца Олфайра похолодело от отчаяния.

Молодой человек вскоре вернулся с расслабленным выражением лица.

— Ах ты тварь! Ты убил моих соплеменников и уничтожил всю мою родословную. Если я выберусь отсюда живым, то уничтожу все, что тебе дорого! — Взвыл Древний Мудрец Олфайр. Переполнявшая его обида хлынула из глаз, желая утопить все в поле зрения.

— Убил? — Увидев разъярённого Древнего Мудреца Олфайра, Чжан Сюань на мгновение остолбенел, а затем беспомощно покачал головой. — Ты слишком много думаешь. Я нежный и любящий человек, который страстно стремится к миру, так как я могу совершить геноцид? Мо Лин отпусти его и пусть он сам посмотрит!

Древний Мудрец Мо Лин на мгновение заколебался, но убрал свою силу.

Хула!

Древний Мудрец Олфайр упал со стены и поспешно поднявшись, вылетел из пещеры. Чжан Сюань и Древний Мудрец Мо Лин неторопливо последовали за ним.

За пределами пещеры свет багровой луны был слегка ослепительным. Древний Мудрец Олфайр быстро осмотрелся, но увидел всех своих соплеменников живыми. Каждый из них страстно ревел, в их красных глазах отражалось возбуждение.

— Ваше развитие… — опешил Древний Мудрец Олфайр.

Проведя бессчетное количество лет со своими потомками на этой бесплодной горе, он знал об их развитии. После вынужденного переселения на эту землю, из-за скудной духовной энергии вокруг, это уже было благословением, что они сохранили свой нынешний уровень культивации. Но продвинуть его дальше было практически невозможно в этом месте…

Но в данный момент десятки тысяч зверей улучшили своё развитие!

Особенно это касалось его самых ближних подчинённых. Мало того, что те подняли уровень развития, но показалось, будто они столкнулись с прозрением. Казалось, они были готовы продвигаться дальше в высшие сферы, как только представится такая возможность.

Кроме того, они больше не были желтокожими и истощенными. Каждый из них выглядел физически сильным и духовно обновленным, словно заново родился.

— Отдаю дань уважения старому предку!

Многие звери быстро склонились, чтобы отдать дань уважения древнему мудрецу Олфайру.

— Ты… — губы Древнего Мудреца Олфайра задрожали. На кончике его языка вертелись бесчисленные вопросы, но он был слишком потрясен, чтобы что-то сказать.

Звери, которые привели Чжан Сюаня в пещеру раньше, опустились на землю и сказали: — Старый предок, наш хозяин — сострадательный человек, и мы уже покорились ему. Мы умоляем вас скорей принять его предложение!

— Вы уже покорились ему? — Древнему Мудрецу Олфайру казалось, будто он видит сон. — Все вы признали его своим господином?”

— Да! — одновременно кивнули все звери. Они повернулись к Чжан Сюаню и еще раз поклонились. — Отдаю дань уважения хозяину!

Чжан Сюань удовлетворенно кивнул и снова перевел взгляд на Древнего Мудреца Олфайра. — Ну что? Твои соплеменники уже признали меня своим господином, и они поддерживают тебя. В чем ты еще сомневаешься?

— Старый предок, мы умоляем тебя присоединиться к нам!

Глаза собравшихся зверей блестели от возбуждения.

— Вы все…

Древний Мудрец Олфайр чувствовал себя так, словно в его голове только что прогремел мини-взрыв. Он сделал несколько шагов назад и с недоверием глядя на открывшееся перед ним зрелище, задаваясь вопросом, действительно ли то, что он видел, было реальностью.

Это были элита его потомков. Тогда, во время битвы с Владыкой Чэнь Юном, они жестоко разрывали Потусторонних Демонов на части и никому не уступали. Тем не менее, все они подчинились одному Оракулу Душ…

И Древний Мудрец Оллфайр не единственный, у кого было такое выражение на лице. Даже Древний Мудрец Мо Лин выглядел так, словно увидел привидение.

Сколько времени прошло с тех пор, как Чжан Сюань вылетел из пещеры?

Десять минут? Двадцать минут?

За этот короткий промежуток времени ему удалось приручить десятки тысяч зверей…

Даже если бы кто-то просто разбрасывал еду, чтобы накормить пару цыплят, они бы не были такими быстрыми, верно?

Он знал, что Чжан Сюань мог быстро устанавливать формации, но он не думал, что тот сможет еще быстрее укрощать зверей

— Старый предок, если ты признаешь нашего мастера, мы сможем быстро поднять наше развитие… вы не должны колебаться!

— Возвышение нашего племени зависит от вашего решения! Пожалуйста, не отвергайте доброжелательность нашего хозяина!

Многие звери единогласно ревели, призывая Древнего Мудреца Олфайра подчиниться Чжан Сюаню.

Древний Мудрец Олфайр лишился дара речи.

Раньше он все еще думал, что у его потомков есть хребет и они не подчинятся легко. Кто мог знать, что все они так быстро дезертируют?

Судя по всему, если он не согласится, его потомки будут продолжать давить на него, пока он не сдастся окончательно.

— Вы цените свое достоинство, потому что хотите подать хороший пример своим потомкам и позволить им жить гордой жизнью. Я могу дать вашему племени то, что вы хотите. Признай меня своим хозяином, и я помогу тебе. — Сказал Чжан Сюань.

— Я не буду заставлять тебя принимать решение прямо сейчас. У меня есть техника культивирования, которая не только позволит тебе быстро восстановиться, но ты также сможешь высвобождать силу ничуть не слабее той мощи, что демонстрировал в пещере!

Прежде чем Древний Мудрец Олфайр успел отреагировать, он внезапно почувствовал толчок в голове. В его голове появилась новая техника культивирования.

«Это…».

Взглянув на неё, тело Древнего Мудреца Олфайра вдруг начало неудержимо дрожать. Он так сильно изумился, что не смог произнести ни слова.