Глава 227. Ковка оружия

— Старейшина, у вас есть кровь Магического Зверя? — спросил Лонг Чен.

Как он и ожидал, старик утвердительно кивнул:

— Конечно. У меня много крови магических Зверей четвертого ранга. Она тебе нужна?

Он слышал от Уайльда, что его Мастер, часто водит его на охоту, и он часто ел Магических Зверей четвертого ранга. Вот почему его тело стало таким мощным.

Сущность Крови Магического Зверя четвертого ранга, была чрезвычайно драгоценной. Она имела широкое применение — от закаливания тела, до очистки таблеток.

Лонг Чен был в восторге от этого ответа и спросил:

— Может ли Старейшина дать мне немного?

— Да, не вопрос! И не называй меня Старейшиной все время! Это не хорошо звучит. Меня зовут Кан Мин, и, так как ты не хочешь стать моим учеником, называй меня просто — дядя Кан Мин.

Лонг Чен вопросительно, посмотрел на Лин Юнь-цзы. Если бы он назвал Кан Мина «дядей», то разве это не поместило бы его, на один уровень с лидером ордена?

Лин Юнь-цзы увидел взгляд Лонг Чена, и слегка улыбнулся:

— Не о чем беспокоиться. Наш монастырь не такой, как другие ордены. В других орденах есть ученики, принимающие мастеров, и мастера, принимающие учеников, и поэтому они больше заботятся о старшинстве. Но стиль нашего Сюаньтяньского монастыря больше похож на школы светского мира, и мы не такие сторонники старшинства.

Лонг Чен повернулся к старику и улыбнулся:

— Лонг Чен приветствует дядю Кан Мина.

— Хе-хе, дружище, ты мне действительно нравишься. Такого рода высокомерие и безжалостность внутри как у тебя, редко встречаются, в нашем ордене. Только такие люди, как ты, могут по-настоящему выделиться, и достойно сражаться с зловещими учениками Порочного Пути.

— Что касается этих парниковых растений, черт возьми, их даже не стоит оценивать. Маленький Лин-цзы, тебе не нужно возражать. Я давно тебе говорил, что правила монастыря устарели. С такими правилами, кого ты можешь воспитать? В настоящей битве, разве не побеждают сильнейшие? Победитель, у которого больше боевых навыков? Победитель, у которого самая красивая техника? Это все неправильно! Цель борьбы — использовать минимум усилий, чтобы убить максимум своих противников! Если ты можешь убить кого-то одним ударом, не стоит наносить второй удар. Если ты встретил противника, более сильного, чем ты, тогда ты должен делать это точно так же, как Лонг Чен — ты можешь убить меня, но умрешь, вместе со мной. Так и произошло с этим идиотом, Ву…..

Кан Мин даже не мог вспомнить имени ученика. Ту Фанг дополнил:

— Ву Ци.

— Правильно, Ву Ци, он просто кусок собачьего дерьма. С таким пустым высокомерием и тщеславием, что он может сделать с экспертами Порочного Пути? В финальной битве жизни и смерти, он все еще хотел использовать какие-то схемы и играть какую-то бессмысленную психологическую войну. Это те «эксперты», которых вы воспитали?

Ту Фанг и Лин Юнь-цзы, стояли перед стариком, как провинившиеся школьники.

— Все, что вы воспитали, это свиней, которых поведут на бойню, ученикам Порочного Пути. Если все так и дальше будет продолжаться, скоро не останется достойных экспертов.

Кан Мин становился все более и более злым, и от волнения начал задыхаться. В его глазах появилась тоска, как будто он что-то вспомнил.

Лин Юнь-цзы ничего не сказал в ответ на эту тираду. Он и сам знал, что у правил монастыря много недостатков, но эти правила были установлены сверху, и он не мог их изменить.

— Маленький Лин-цзы, вначале твой талант был действительно невероятно велик, но сейчас тебе не хватает определенной беспощадности. Ты действуешь слишком осторожно во всем — у тебя нет смелости! Ты забыл, что ты лидер ордена? Как насчет гениев в новом поколении? Какой базы совершенствования они достигли? Как человек, излишне осторожный и устойчивый, ты имеешь свои преимущества. Но, как совершенствующийся эксперт, ты должен понимать, что твое поведение ведет к гибели. Если у тебя нет смелости, ты не сможешь достичь дальнейших высот.

Старик, перевел дыхание и продолжил:

— Талант – это просто пустой звук. Может быть, если вы выпустите его, вы можете шокировать людей шумом, но если вы не можете его выпустить, кто знает, что за хрень у вас в руках?

Лонг Чен чуть не засмеялся, когда услышал, эту последнюю строчку. Но, слова Кан Мина были действительно слишком правильными. Его грубые слова, забили гвоздь прямо в голову.

Бесчисленные таланты рождались каждый день. Но без этой воли совершенствоваться так, как будто от этого зависела их жизнь, без храбрости, чтобы подняться на вершину, без решимости вырваться из оков неба и земли, весь этот талант, был просто бесполезен.

С самого начала Лонг Чен немного презирал метод отбора учеников в монастырь. Кроме первого испытания в пещере, он не одобрял больше ничего.

— Маленький Лин-цзы, жизнь человека в этом мире проходит быстро, как и времена года для растений. Позвольте мне спросить тебя, когда ты столкнешься со смертью, тебе есть, что вспомнить? Какой след ты оставил в этой жизни? Ты ничего не оставил, потому что в своей жизни все, что ты делал, это следовал всем этим правилам и играл роль, данную тебе кем-то другим! — Кан Мин покачал головой, и тяжело вздохнул. — Изначально я надеялся превратить тебя в настоящего Мастера единоборств, но, в конце концов, ты просто стал человеком, живущим по правилам.

Кан Мин посмотрел на Уайльда, улыбнулся, и с удовлетворением сказал:

— По крайней мере, небеса благоволят ко мне! Они позволили мне встретить такого удивительного ученика в мои последние годы, хе-хе.

— Небеса благоволят и ко мне, так как позволили мне встретить тебя, старик. Теперь я могу, есть до тех пор, пока не наемся, — с благодарностью сказал Уайльд.

Кан Мин сразу засмеялся от всей души. Хотя Уайльд был наивным и глупым, он никогда не прятался за кустом. Хотя иногда он приводил, старика в бешенство, ему действительно нравился этот глупый ребенок.

Он относился к Уайльду как к своему ребенку. Он знал, что Уайльд был предельно прост и честен. Он никогда не станет запугивать других. Поэтому, как только он увидел, что над Уайльдом издеваются, он тут же нанес удар Старейшине Суню.

Если бы он не беспокоился о том, что Лин Юнь-цзы находится рядом, он, вероятно, уже победил бы Старейшину Суня. И тот был бы уже мертв.

Лин Юнь-цзы задумался и повернулся к Лонг Чену.

— Лонг Чен, как, по-твоему, как должен действовать монастырь, чтобы ученики становились сильнее?

Лонг Чен горько улыбнулся.

— Великий лидер ордена, вы действительно переоцениваете мои возможности. Я просто любитель в Царстве Конденсации крови. Как мои мысли могут стоить вашего времени?

— Все в порядке. Просто скажи мне, что ты думаешь. Я хочу это услышать, — торжественно сказал Лин Юнь-цзы.

Поскольку он не шутил, Лонг Чен тоже стал серьезным.

— Поскольку лидер ордена приказал мне, я могу рассказать вам только свои случайные мысли. На мой взгляд, правила монастыря можно подытожить так: ты хочешь, чтобы лошадь бегала, но ты не даешь своей лошади никакой травы. Вы хотите воспитывать своих учеников, но не даете им достаточно места для роста. Вместо этого вы заставляете их играть в детские игры. Это действительно бессмысленно!

Ту Фанг нахмурился:

— Без конкуренции не будет никакого давления, и без давления, как ученики могут быстро совершенствоваться? — было очевидно, что Ту Фанг был недоволен, словами Лонг Чена.

Если бы не было конкуренции, и ресурсы были бы просто распределены равномерно, ученики действительно росли бы намного медленнее.

— Конкуренция, конечно, хорошая вещь. Но, есть предварительное условие: это должна быть здоровая модель конкуренции. Совершенно очевидно, что конкуренция в монастыре является болезненным методом конкуренции. Первоначальное намерение было на самом деле довольно хорошим. Позволить всем соревноваться друг с другом, чтобы стать победителем, используя взаимное давление. Чтобы заставить учеников работать усерднее, вызвать желание превзойти своих собратьев и идти на все, чтобы совершенствоваться. Это как сказал дядя Кан Мин: «Метод сам по себе неплох, но так называемые эксперты, привлеченные этим методом, — просто куча мусора». Они думают, что, поскольку их основа совершенствования высока, то и талант хорош, и их боевые навыки сильны – и одно это, делает их непобедимыми экспертами. Такие люди сразу обнаружат, что те вещи, на которые они полагаются, абсолютно смешны перед лицом настоящей битвы жизни и смерти. Они даже не предполагают, что их база совершенствования, не интересна их врагам. И что врагам не важно, какие у них боевые навыки, им даже не важно, есть ли у них талант. Все, о чем будут заботиться враги — как отрубить вам голову. В этот момент пустые атаки и стиль боя учеников монастыря, будут столь же слабыми, как тофу, перед ножом повара. Все они умрут!

Ту Фанг и Лин Юнь-цзы молча обдумывали слова Лонг Чена. Они понимали, что их ученик был абсолютно прав, но были беспомощны, что-либо изменить. К тому же, они не могли допустить, чтобы их ученики пытались убить друг друга. Мало того, кто тогда отправит сюда своих детей?

Даже одного финального испытания, было достаточно, чтобы заставить, многих родителей отказаться от того, чтобы их дети стали учениками монастыря. Если, разрешить смертельные поединки, то, в конце концов, у них больше не будет учеников.

— Тогда как мы можем изменить текущую ситуацию? — спросил Лин Юнь-цзы.

— Создайте общего врага, — прямо сказал Лонг Чен.

— Что?

— Разве мы не смертельные враги с Порочного Пути? Тогда, даже не нужно ни чего придумывать, все уже придумано за вас. Учеников Порочного Пути, можно использовать, как бруски, для ваших учеников. С появлением общего врага, все будут совершенствоваться, и расти, ради общей цели, к тому же исчезнет вражда между фракциями, ученики ордена станут сплоченными. Это намного лучше, чем метод внутренней борьбы. Так как результатом такой внутренней борьбы является – отсутствие доверия между братьями. Разве можно воевать, не имея доверия к своему брату? Даже если появится новый общий враг, будет трудно заставить всех по-настоящему работать вместе, — сказал Лонг Чен.

Ту Фанг кивнул:

— Это один из методов. Но мы не знаем, когда ученики Порочного пути вторгнутся в монастырь. Это немного хлопотно.

— Тогда почему мы не можем просто вторгнуться к ним? – удивленно спросил Лонг Чен.

Ту Фан и Лин Юнь-цзы были потрясены. Порочный Путь, всегда сам атаковал монастырь, и они привыкли полагаться только на защиту. О том, что самим можно атаковать противника, они даже не думали….

Предложение Лонг Чена определенно их взволновало, но сначала нужно было, все должным образом рассмотреть и обдумать.

— Спасибо. Я подумаю над этим! — сказал Лин Юнь-цзы, улыбаясь.

Пространство задрожало, и Ту Фанг вместе с Лин Юнь-цзы исчезли.

— Лонг Чен, вот кровь Магических Зверей, которую я собрал. Ты можешь, ее всю, забрать себе, — сказал Кан Мин, и протянул Лонг Чену, свое пространственное кольцо.

Посмотрев, в пространственное кольцо, Лонг Чен чуть не вскрикнул. Внутри было, по меньшей мере, пятьдесят больших бочек крови Магических Зверей, четвертого ранга. Если он использует ее для изготовления Сущности Крови Десяти тысяч Зверей, это определенно позволило бы его базе совершенствования взорваться.

— Кроме этого, у меня нет ничего хорошего, чтобы дать тебе. Но в качестве подарка, о нашей первой встрече, я сделаю тебе новое оружие, — сказал Кан Мин.

— Старик, разве вы не сказал, что сделаешь брату оружие, если он останется живым? Разве это подарок? — спросил Уайльд с любопытством.

Кан Мин немедленно покраснел и злобно уставился на него.

«Тьфу, почему он не становиться умным, в тот момент, когда действительно нужен его ум?».

Но, Лонг Чен был рад услышать, что Кан Мин, собирается сделать для него оружие, и ему не важна была формулировка. Ему, действительно, не хватало хорошего тяжелого оружия.

— Спасибо, дядя Кан Мин. Может ли оружие быть немного тяжелее обычного? — взволнованно спросил Лонг Чен.

— Тогда нападай на меня — полным силовым ударом, — сказал Кан Мин.

Лонг Чена не нужно было просить дважды, он понимал, что старику необходимо определить его физическую силу, для создания оружия, и ударил изо всех сил.

Кан Мин, блокировал кулак Лонг Чена рукой, и был шокирован.

— Ты даже сильнее, чем я думал! Этот удар содержит более восьмисот тысяч фунтов силы. Ты хочешь, чтобы я сделал саблю в пятьдесят тысяч фунтов?

— А можно — сто пятьдесят тысяч фунтов? Чем тяжелее оружие, тем лучше, для меня, смущаясь, объяснил Лонг Чен.