Глава 1021. Воссоединение Матери и Дочери, Эмоции 36 Лет

Цин Шуй ехал на Драконе Слоне с Золотой Чешуей, торопясь в Город Цинфэн.

Он думал о недавних словах Старика. Если Секта Будды узнает о существовании Хоюнь Лю-Ли, то они точно не позволят ей остаться в живых в этом мире. Цин Шуй ощутил, как от мысли об этом разжигается его ярость. Если Секта Будды действительно посмеет хоть что-нибудь предпринять против Лю-Ли, он им этого так просто не оставит.

Цин Шуй планировал раскрыть Хоюнь Лю-Ли, когда отправится в Секту Будды. Но из-за слов Старика он стал немного колебаться. Впрочем, Цин Шуй решил отправиться в Секту Будды и позже встретиться с Хоюнь Пэн. Ему хотелось выяснить, можно ли что-нибудь сделать с Кланом Хоюнь.

— Цин Шуй!

Когда Цин Шуй глубоко погрузился в размышления, его тихо позвала Мо Хунло.

Цин Шуй удивился.

— Что такое, Тетя?

Ему не потребовалось слишком много времени, чтобы все понять, когда увидел, что Мо Хунло немного нервничает. Тем не менее он все же задал вопрос с улыбкой. Должно быть, он тоже взволнован или нервничает, так как собирается встретиться с Лю-Ли.

— Лю-Ли знает о нас? — нервно спросила Мо Хунло.

Если Лю-Ли не знает о ней, может, будет лучше, если она останется в неведении? Не так уж плохо, если все останется, как есть. Она действительно была рада просто знать, что у ее дочери все хорошо.

— Тетя, Лю-Ли знала о вашем существовании еще с детства. Ее приемные родители рассказали ей, когда она была еще маленькой. И ее имя осталось Хоюнь Лю-Ли. Благодаря ним я смог так быстро узнать о вас, — с улыбкой объяснил Цин Шуй.

— О. Тогда она ненавидит меня? — задавая этот вопрос, Мо Хунло была очень напряжена.

— На самом деле, нет. Потому что приемные родители рассказали ей, что вы сделали это из отчаяния. Лю-Ли узнала о вас немного больше лишь недавно.

— Цин Шуй, можешь еще немного рассказать мне о Лю-Ли? Мне очень хочется узнать побольше, — искренне попросила Мо Хунло Цин Шуя.

— Лю-Ли – добрая девушка…

Цин Шуй рассказал об их первой встрече с Лю-Ли и до сих пор. Пока он медленно рассказывал, Мо Хунло тихо слушала с легкой улыбкой на лице.

Они оказались в Городе Цинфэн, прежде чем даже поняли это. Цин Шуй улыбнулся, глядя на Мо Хунло, которая вела себя немного осторожно.

— Тетя, не нервничайте. Лю-Ли очень хотела увидеться с вами. Уверен, она будет очень рада встретиться с вами.

— Цин Шуй, можем мы приземлиться где-нибудь подальше и подъехать на карете?

— Конечно!

Цин Шуй понимал, как чувствует Мо Хунло. Должно быть, она боится не оправдать ожиданий дочери. Большая часть ее мыслей давно уже зашли в тупик. Она все время возвращалась к тому дню, когда Лю-Ли была отправлена в Магазин Кузнеца Хоюнь.

Брошенные дети обычно много думают о своих родителях. Но, конечно, в основном с обидой, если только те поступили так, потому что у них не было других вариантов.

Мо Хунло была очень взволнована. Она собиралась встретиться со своей кровью и плотью, с прекрасным ребенком из прошлого. Ребенком, которого она тогда с неохотой отдала другим людям. Скорбь и агония, что она чувствовала тогда, все еще оставались свежими, и ей было больно даже сейчас.

Они забрались в карету и продолжили свой путь к Резиденции Цин в Городе Цинфэн. Они очень быстро прибыли к входу в Резиденцию Цин, и карета уехала. Мо Хунло стояла у входа, уставившись на особняк, и чувствовала сильные эмоции внутри себя.

— Тетя, давай войдем! — с улыбкой сказал Цин Шуй Мо Хунло.

— Цин Шуй, это ваш дом?

— Да, я только приобрел это место. Теперь оно также будет моим домом.

Разговаривая с Мо Хунло, Цин Шуй вошел в Резиденцию Цин. У этой резиденции не было охранников. Возможно, в будущем они появятся, но пока он не планировал этого.

Когда они вошли, то увидели неподалеку несколько играющих детей. Рядом были Хоюнь Лю-Ли и Луань Луань.

— Папа!

Цин Юй побежала к Цин Шую со скоростью молнии, как только заметила его, и обняла его. Хоюнь Лю-Ли тоже повернулась к нему. Но она явно была озадачена, когда ее взор пал на прекрасную женщину рядом с Цин Шуем. У нее было странное ощущение.

— Девочка моя, ты капризничала? — спросил Цин Шуй, улыбаясь ей.

— Юй’эр был очень послушной. С чего бы я капризничала? — Цин Юй захихикала и захлопала своими большими круглыми глазками.

Мо Хунло уставилась на Хоюнь Лю-Ли, не моргая. Она с первого взгляда могла сказать, что эта девушка – ее дочь, потому что Лю-Ли была очень на нее похожа, особенно глаза.

Хоюнь Лю-Ли чувствовала то же самое. Внезапно ей показалось, словно она что-то осознала, а затем повернулась к Цин Шую с вопросительным выражением лица.

Цин Шуй улыбнулся, ничего ей не сказав. Мо Хунло медленно подошла к ней.

— Ты Лю-Ли…

Она слегка заикалась и казалась очень взволнованной. Ее глаза мгновенно покраснели. В тот же миг Хоюнь Лю-Ли тоже безучастно уставилась на эту женщину. Она уже догадалась, кто эта женщина, но не ожидала, что Цин Шуй сможет так быстро привести ее сюда.

— Я Хоюнь Лю-Ли. А вы кто? — хотя Хоюнь Лю-Ли уже знала ответ, она все равно задала этот вопрос.

— Дочка, ты действительно моя дочка!

По лицу Мо Хунло тут же потекли слезы, после чего она шагнула вперед и крепко обняла Хоюнь Лю-Ли.

Хоюнь Лю-Ли остолбенела. Из-за ее неожиданного появления ей казалось это сном. Мама, родившая ее мама. У нее было очень странное ощущение, когда эта женщина обняла ее, она почувствовала эту странную связь между ними.

— Лю-Ли, ты моя дочь. Мама подвела тебя…

— Мама, я все это знаю. Тебе тоже было непросто, — утешила ее Хоюнь Лю-Ли, глядя на женщину, чьи глаза уже опухли.

Она тоже не смогла сдержать слезы.

Сначала Хоюнь Лю-Ли считала, что у нее не будет никаких чувств к биологической матери. Если бы она не узнала, что тогда у ее матери было безвыходное положение, то она все еще бы ненавидела ее. Тем не менее, в ее сердце все еще было немного ненависти. Если она знала, что не сможет вырастить ее, то зачем родила?

— Хочешь ли ты звать меня Мамой? Лю-Ли, прости. Ты ненавидишь маму? — спросила Мо Хунло с беспокойством.

Она с радостью смотрела на Хоюнь Лю-Ли, но в то же время ее терзали душевные муки.

— Да. Я ненавижу вас двоих за то, что родили меня, даже зная, что не сможете вырастить, — тихо ответила Хоюнь Лю-Ли.

— Мы собирались сбежать туда, где нас никто не знает, так что мы смогли бы втроем жить обычной жизнью. Но Секта Будды и Врата Демона не дали нам этого, и мы не могли позволить им узнать о твоем существовании. Поэтому у нас не было выбора, кроме как отдать тебя кому-нибудь еще. В то время мое сердце будто разрывалось на части. Я до сих пор помню, как ты тогда смотрела на меня, плакала и кричала. Хотя ты была очень маленькой, казалось, ты догадалась, что я собираюсь оставить тебя. Твоя крошечная ручка схватила меня за рукав, и ты не желала его отпускать…

Когда Хоюнь Лю-Ли услышала историю от Мо Хунло, она ощутила, будто узел у нее на сердце был мгновенно развязан. Она вернулась в крепкие объятия этой женщины, от которой у нее было странное чувство. Она ощущала, что та очень дорожит ей, словно между ними была невидимая связывающая нить. Возможно, это кровная связь.

— Мама. Я нашла Маму! — подняв покрытое слезами лицо, радостно сказала Хоюнь Лю-Ли.

Мо Хунло была очень счастлива. Это был счастливейший день за последние 30 лет. Она протянула руку, чтобы вытереть слезы у Хоюнь Лю-Ли, чувствуя себя очень довольной.

— Теперь, когда я встретилась с дочкой, мне больше не о чем жалеть. Я думала о тебе все эти 36 лет, но я не осмеливалась увидеться с тобой, так как Секта Будды точно не отпустила бы тебя, если бы они узнали о твоем существовании.

— Он хочет убить меня? — Хоюнь Лю-Ли шокировано посмотрела на Мо Хунло.

— Глупая девочка, разве твой Папа смог бы заставить себя убить тебя? Я про остальных, — Мо Хунло поняла, кого она имела в виду.

Цин Шуй наблюдал за ними, держа на руках Цин Юй. Луань Луань уже отвела остальных детей на задний двор.

Мо Хунло не скоро отпустила Лю-Ли. На ее лице была довольная улыбка. Затем она посмотрела на хрупкую маленькую девочку у Цин Шуя на руках.

— Дочка, ты уже мама.

Лицо Хоюнь Лю-Ли все еще было в слезах, когда она забрала дочь у Цин Шуя. На ее лице расцвела счастливая улыбка, когда она посмотрела на Цин Юй.

— Юй’эр, скажи Бабушка!

— Что такое Бабушка? — спросила Юй’эр с любопытной мордашкой.

Мо Хунло потрепала ее по щеке и очень счастливо рассмеялась.

После они перебрались на задний двор. Когда они вошли, то осознали, что там собрались все люди Клана Цин и остальные. Естественно, они не забыли представиться. Все знали историю Хоюнь Лю-Ли, поэтому им не показалось это странным.

Цин Юй радостно болтала с Мо Хунло, держа ее за руку.

Подобные случаи были редкостью. Воссоединение родных. Кроме того, они были разделены с рождения Лю-Ли и воссоединились лишь спустя более 30 лет. Для других это было тоже удручающе, но прямо сейчас они были очень рады за них.

Самым счастливым человеком здесь была все равно Мо Хунло. Она совсем не ожидала, что настанет такой день, даже в своих мечтах. Глядя на свою дочь, которая выросла в стройную и элегантную женщину, к тому же, уже тоже ставшей матерью, она была очень счастлива и довольна. В то время она действительно постоянно беспокоилась о своей дочери. Она опасалась даже заговаривать о ней, не говоря уже о встрече.

Теперь, приехав сюда и увидев ее, она была довольна. Но она не знала, не узнает ли Секта Будды об ее дочери из-за ее действий. Если они и впрямь что-нибудь обнаружат, что ей делать?

Она понимала, что раз до сих пор ее дочь была в целости и сохранности, то Хоюнь Пэн никому не рассказал о ней. Никто не знал, что у них с Хоюнь Пэн была дочь. Из-за этого у нее потеплело на сердце. Она очень, очень сильно беспокоилась о своей дочери.

Хоюнь Лю-Ли не спрашивала много о Хоюнь Пэн. Она знала, что данная ситуация очень опасно. Она не собиралась подвергать Цин Шуя большим рискам, поэтому не желала раскрывать свои надежды в этом вопросе.

Естественно, Мо Хунло догадалась об этом. Она тоже не собиралась что-либо говорить, так как уже планировала сдаться. Ее дочь была жива и здорова. Это уже было лучшим исходом. Что касается ее тоски по тому мужчине, она могла лишь похоронить ее в глубине своей души и навсегда сохранить его в своем сердце.

Цин Шуй и его семья дали матери и дочери немного времени и ушли в большой зал. Многие с любопытством смотрели на Цин Шуя, казалось бы, желая что-то спросить.

— Малышка Бэй, если хочешь что-то узнать, то просто спроси. Разве тебе не трудно сдерживаться? — улыбаясь, спросил Цин Шуй

— Брат Шуй, ты собираешься в Секту Будды? — осторожно спросила у него Цин Бэй.

По сути, многие из Клана Цин хотели бы задать подобный вопрос. Просто они сдерживались. Теперь они тоже многое узнали о Секте Будды и Вратах Демонах из слухов и были в курсе, что это грозные секты. Конечно, они также знали историю между Хоюнь Пэн и Мо Хунло, поэтому задавались вопросом, как поступит Цин Шуй.

— Да, я собираюсь к ним. Почему бы и нет? Если бы я не собирался туда, то и не приезжал бы на Центральный Континент, — Цин Шуй усмехнулся.

— Но Секта Будды – по-настоящему грозная секта. Брат Шуй, ты можешь очень быстро повышать свою силу. Почему бы тебе не повременить пока с этим? Иначе ты не только не сможешь помочь невестке, но и еще сам подвергнешь себя серьезной опасности, — произнесла Цин Бей слегка обеспокоенным голосом.

— Малышка, когда это твой Брат Шуй делал что-нибудь, в чем не был уверен? — Цин Шуй улыбнулся и погладил ее по голове.

Тут он вдруг осознал, что Цин Бэй уже стала такой высокой, что она больше не была малышкой.

— Бэй, ты уже совсем выросла. Ты уже нашла себе мужчину по вкусу?

Он усмехнулся.

— Брат Шуй, ты собираешься выгнать меня из Клана Цин? — жалким голосом спросила Цин Бэй.

Цин Шуй вытер холодный пот со лба.

— Когда наша Малышка Бэй в будущем выйдет замуж, нашим первым условием твоему мужу будет жить с кланом невесты!