Том 9. Глава 8. Не странная

Его правая передняя лапа, похоже, сломана или вывихнута. Гаро шёл, поджимая её и стараясь не касаться этой лапой земли.

Из-за этого гигантский волк не мог вскарабкиваться по склонам, так что им приходилось идти придерживаясь ровных мест. Онса тоже шагал с трудом, опираясь на подобранную где-то ветку. Ему, похоже, больно.

В порядке была лишь Юме – то есть ей хотелось бы так думать, но и она сильно вымоталась. А ещё, похоже, налетела на что-то острое пока падала, и это что-то разодрало её правую руку, левую ногу и левый бок. Раны вроде бы не выглядели серьёзными, но, судя по всему, начали гноиться.

У Юме, кажется, жар.

Она решила, что если Гаро с Онсой решат передохнуть, то и она сядет и переведёт дыхание. Они, конечно, не обсуждали ничего между собой и не пришли к соглашению держаться вместе – для начала, им непонятны языки друг друга, так что разговор попросту невозможен. Но, как рассудила Юме, если уж они не собираются сражаться, то и разделяться нет никакой нужды. Вдвоём очевидно лучше, чем поодиночке, а вдвоём плюс волк – и того лучше.

А как поступят Онса и Гаро, если Юме первая решит передохнуть? Бросят её? Ей не хотелось, чтобы её бросали.

Впрочем, у неё было смутное ощущение, что и Онса с Гаро разделяют её чувства. Так что возможно вопреки опасениям Юме гоблин с волком всё же остановятся и подождут её. Но она не была в этом уверена.

Гарону с Онсаном уже правда-правда пора отдохнуть.

Тогда и Юме могла бы сделать передышку.

И где мы?

Солнце опустилось за горизонт уже некоторое время назад.

Онса и Гаро шли шатаясь, но без колебаний. Они, видимо, знают дорогу и до сих пор не добрались до цели лишь потому, что с трудом могут идти.

А куда идут Онса и Гаро? К своим товарищам?

– Форган, да?.. – непроизвольно пробормотала Юме.

Онса хмыкнул. Это ответ?

Юме прижала ладони к щекам. Трудно определить, горячие они или нет. Но тем не менее, Юме чувствует слабость и головокружение. Что происходит?

– Хурмм…

Форган, хм.

Внезапно она осознала.

Что будет, если Юме придёт в лагерь Форган? Похоже, это не самая лучшая идея. А Ранта тоже там будет?

Тупой Ранта.

Но Хару-кун, он…

Что там Хару-кун сделал с Рантой?

Что это было?

Юме плохо помнит.

Дело плохо… – против воли подумала Юме и едва не остановилась.

И тут это произошло. Ковылявший впереди Гаро вдруг упал набок.

– Гаро! – Онса бросился вперёд, к волку.

Юме, позабыв про собственную слабость, тоже попыталась подбежать к ним.

У неё заплелись ноги? Или просто обо что-то споткнулась? Юме попыталась восстановить равновесие, но не удержалась и упала.

Она рухнула ничком. Сил поднять голову уже не было, глаза закрылись сами собой. Всё равно тут так темно, что смотреть не на что. Незачем заставлять себя.

Юме свернулась в клубок, словно личинка. Так ей было легче.

– И что это такое? Насмешить людей пытаешься, или что? – она вспомнила… как кто-то сказал ей это.

– Фу. Валяется на грязи.

– Неа. Это земля, вообще-то.

– Один фиг.

– А вот и нет. Это как вода и лёд.

– Вода это и есть лёд, вообще-то.

– О, ну да.

– Ну ты и дура.

– Отстань.

До чего же они любят болтать, подумала она. И это после того, как я забралась аж сюда, в кусты на школьном дворе, и свернулась тут в клубок…

Как они нашли Юме? Юме не хотела, чтобы её нашли.

– Эй, ты, ты вылезать-то собираешься? – позвала девочка.

– А может она нас боится? – спросила другая.

– Эй, ты чего. Ты так говоришь будто мы её задираем.

– А ты и есть задира, Хии-тян.

– Эй, Кина, хватит болтать про меня всякие глупости. Как будто я плохая. А вдруг она поверит?

– Но это правда, вообще-то.

– Раччин, и ты туда же? Не смей ей подпевать!

– Знаешь, говорить можно что угодно, но если кому-то кажется, что его дразнят, значит его дразнят.

– Да не дразнила я!

– Ты говоришь довольно грубо, Хии-тян.

– Ну, и что с того? А ещё кансайский диалект сам по себе грубо звучит.

– Ну да, для тех кто не коренной кансайбериец.

– Что ещё за коренной кансайбериец? Слишком длинно!

– Коренной Кансанбериец.

– Это вообще неправильно! Язык сломаешь!

Юме собиралась и дальше лежать, свернувшись в клубок, и игнорировать троицу, но те попытались вытащить её из кустов. Она пробовала упираться и отмахиваться, но девочки не отставали.

– О-о-о… – простонала она.

– Хватит ныть. Ничего хорошего не выйдет если будешь там всё время сидеть. Это тупо.

– Думаете, эта девочка – дремучий случай?

– Что ещё за дремучий случай?

– Не ‘наю.

– Не знаешь?!

– Но она так мало говорит.

– Как её, кстати, зовут?

– ***?

– Нет, это фамилия. А имя?

– Она же говорила, когда представлялась.

– Ну да, потому тебя и спрашиваю. Сама-то не отвечает.

– М-м-м-м… Юме, вроде.

– И правда дремучий случай!

– Да с чего?!

– Ну, не знаю.

– Не знаешь?

– Кина есть Кина.

– Эй, Юме? – позвала одна из девочек.

– Ты же Юме, да? – добавила другая.

– Да, Юме… – отозвалась Юме, – А что?

Она поддалась просто потому, что эти трое ей надоели, но девочки хором ахнули, словно услышали что-то неожиданное.

– Она говорит на стандартном диалекте!

– Что ещё за «стандартный диалект», Кина?

– Ну говорят же – «кансайский диалект», «осаканский диалект», так значит должен быть и стандартный!

– О, действительно, Кина права!

– Ну хорошо, хорошо, я не подумала.

– Ты же цуккоми, Хии-тян. Что поделать.

– Ага, ага.

– Что за глупости!

Вы все болтаете какие-то глупости. Вот почему Юме не хотела сюда переезжать. Тут все такие.

Но она понимала, что иного выхода нет. Этого требует ситуация в их семье. Она смирилась. Как всегда.

– Юме не дремучий случай, – настойчиво сказала она.

– О! Снова говорит!

– Ну конечно, она же человек.

– Человек? Ну ты нашла на что ткнуть, Хии-тян.

Это отчего-то прозвучало забавно, а когда Юме попробовала повторить про себя – ещё забавнее. Она хихикнула. Три девочки отчего-то обрадовались.

– И ч’во вы все так обрадовались? – спросила Юме. Она попыталась имитировать местный диалект, но девочки схватились за бока от хохота.

– Она сказала «ч’во»!

– Вот умора!

– Какая странная!

Но Юме вовсе не считала себя странной. Хотя её часто так назвали.

Почему?

За что?

Юме просто ведёт себя нормально.

Да, время от времени чувствовала нерешительность, а иногда ей было тяжело влиться в общество, но это же не значит, что она совсем не старается.

Юме не странная, – подумала Юме. Ни капельки.

– Угх…

Юме открыла глаза и попыталась сесть, но жутко потяжелевшее тело не слушалось.

Читайте ранобэ Гримгар из пепла и иллюзий на Ranobelib.ru

На неё сверху вниз смотрел гоблин.

– Онсан… – прошептала она. Слово сорвалось с губ едва различимым хрипом.

Онса молча смотрел на Юме своими карими глазами. Черты его гоблинского лица были совершенно непроницаемы. О чём он думает? Юме не имела ни малейшего понятия.

– Где Гарон?

Онса мотнул подбородком себе за спину. Гаро сидел прямо за ним. Разумеется, по-прежнему поджимая правую переднюю лапу. Но он выглядел вполне здоровым, несмотря на то, что совсем недавно упал.

– Юме, значит, пришлось ещё хуже, а? – Юме прижала тыльную сторону ладони ко лбу. Холодный. Жар унялся?

Небо едва заметно посветлело.

– Юме долго спала?

Ответа не было. Онса по-прежнему смотрел на неё.

– Вы подождали Юме, да?

Уголки рта гоблина приподнялись, он тихо хмыкнул.

– Спасибо… Юме бы совсем закуталась, если б оказалась одна… А? Запуталась, а не закуталась? Нет? Хм..

«Какая странная»

Юме ощутила, что как-то раз слышала в свой адрес такие слова. Когда это было, кто это сказал?

Она не знает.

Не может вспомнить.

А может, ей просто причудилось, что это было?

– Ну, Юме-то совсем не кажется, что она странная, – сказала Юме.

Онса чуть покачал головой из стороны в сторону и цокнул языком. Он злится? Вроде непохоже.

Гоблин вытянул правую руку вперёд ладонью вверх и несколько раз согнул и разогнул пальцы. Юме могла лишь гадать, но наверное, он цокал языком чтобы привлечь её внимание, а теперь пытается что-то сказать жестом. Например, «вставай», или «можешь встать?»

Юме села. Попыталась подняться на ноги, но покачнулась.

– А-ай!

Если бы Онса не успел поддержать её, Юме, наверное, снова упала бы.

– Ух-х… Прости, Онсан.

– Кха, – Онса, по-прежнему поддерживая её, отвернулся в сторону.

– Но знаешь, Юме, пожалуй, уже лучше чем было? И Онсан с Гароном, кажется, приободрились. Может это потому, что мы как следует отдохнули?

Онса не ответил, но Гаро чихнул.

– О-о-о, – удивилась Юме, – Волки, значит, тоже чихают? Ну да, точно. Это же просто чихание. Волки ведь тоже животные. Они тоже живые, да?

Гаро наклонил голову набок, словно задаваясь вопросом – о чём говорит этот человек? А может Юме просто так показалось.

Она выдохнула.

– Ладно! – она похлопала Онсу по спине, – Теперь Юме совсем-совсем в порядке! Ну, может у неё немного кружится голова, но это просто чуточку. Ага?

Онса зашипел, оттолкнул её руку и побрёл, опираясь на палку. Волк последовал за ним. Из-за раненой ноги Гаро прихрамывал, но это лишь придавало его походке очарование. Юме, хихикнув, зашагала за волком.

Небо светлело на глазах.

Вокруг густо росли деревья. Из-за этого даже сейчас, без тумана, поле зрения было сильно ограничено.

– Кста-ати, Юме когда-то тренировалась в лесу с учителем… – протянула она.

Были моменты, когда ей казалось, что они уже никогда не вернутся в Гримгар. Что она больше никогда не увидит учителя.

– А теперь, наверное, Юме всё же сможет снова его встретить. Хотя, столько всего творится, и неизвестно, когда это будет. И всё равно первым делом надо найти Хару-куна и остальных, так ведь? А-а-а-а!..

Юме вскрикнула и встала как вкопанная. Онса и Гаро тоже остановились и развернулись к ней. Онса ошарашенно вытаращил глаза.

– Нхаха?! У Онсана такое напуганное лицо!

– Кха…

– О, нет-нет, Юме вовсе не насмехается, просто… Ну, понимаешь, у Юме совсем нет оружия! Хотя, у неё есть запасной ножик… О, и метательный тоже есть! Может этого хватит? Хрмм. Юме не уверена..

Онса вздохнул и снова развернулся вперёд. И тут раздался странный звук.

Пигя-я-я-я-я-а!

Он, кажется, звучал сверху. Юме инстинктивно подняла голову к небу.

– Ких! – резко выкрикнул Онса и замахал рукой. Прячься, словно говорил этот жест.

– Да, конечно, но где…

– Хах! – Онса указал вперёд и влево. В той стороне деревья росли почти вплотную, а их тонкие ветви густо окутывал плющ, образуя нечто вроде навеса. Юме и Онса встали по обе стороны от Гаро и направились к укрытию.

Пигя-я-я-я-я-а!

Окрестности снова огласил странный вопль. Он звучал очень неприятно и определённо раздавался откуда-то сверху. Значит кричит что-то в небе?

Гаро залёг, Онса припал к земле справа от него, а Юме – слева. Гаро тяжело дышал, его спина ходила ходуном. Юме прижалась к боку волка, напряжённо вслушиваясь. Её глаза расширились.

Пигя-я-я-я-я-а!

Этот голос. Уже в третий раз. Это явно чей-то крик, но явно не человеческий. Его, похоже, издаёт какое-то крупное существо.

Голос. Да, это клич какого-то существа. Он раздаётся сверху – то есть, это какая-то птица?

Онса, наверное, знает чей это голос. И судя по его реакции, это существо опасно.

Юме посмотрела в небо. Сквозь ветки там и сям проглядывали клочки голубого неба.

Вот сейчас, это… чья-то тень? Или показалось?

Онса держал руку на шее волка, не столько поглаживая его, сколько удерживая на месте.

Пигя-я-я-я-я-а!

На этот раз вопль прозвучал намного громче.

Юме расслышала и другие звуки.

Фух, фух, фух.

Так бывает, когда изо всех сил машешь в воздухе чем-то большим и тонким. Крылья? Это взмахи крыльев?

Юме инстинктивно затаила дыхание.

Приближается.

Снижается.

Что-то большое.

Оно… оно не так уж и близко. Наверное, там, где они были несколько минут назад. Но всё-таки есть отчётливое ощущение, что существо приближается.

Юме закрыла рот обеими руками. Зачем она так поступила? В этом не было какого-то смысла. Она просто не могла с собой совладать.

Крылатое существо снизилось, отбрасывая в стороны листья и ломая ветви.

Приземлилось. Раздался удар о землю, затем второй, третий.

Юме практически его не видела. Она лишь могла различить, что это нечто большое, и оно совсем рядом.

Кажется, синее. Движется медленно, не спеша. Существо продиралось сквозь лес, раздавался треск ветвей и какие-то удары.

Оно шагает?

Похоже, это не птица.

Юме хотелось зажмуриться. Нет, нельзя. Она стала задыхаться.

Это оттого, что она затаила дыхание. Но пытаться не дышать бессмысленно, без воздуха Юме наверняка погибнет. Нужно дышать. Иначе нельзя. Только тихо. Вдох и выдох, так тихо, как только возможно.

Сделать вдох.

А теперь выдох.

Попытаться оценить расстояние по звуку и ощущениям.

Крылатое существо приближается? Или удаляется?

К сожалению, приближается. Треск и шаги звучат всё громче.

Учитель говорил ей – слушай, Юме. Три раза в моей жизни был момент, когда я думал, что пришла моя смерть. Один раз – когда я завяз в болоте и медленно тонул. Другие два – при встрече с невероятно сильными врагами. Врагами, превосходящими всё, на что способен человек. В мире есть существа, один вид которых заставляет осознать всю твою ничтожность. Лучше вообще не встречаться с ними, но что, как ты думаешь, нужно делать, если всё же встретишься?

Ни в коем случае не позволяй им полностью завладеть твоим вниманием, – предостерегал учитель Юме. – Их размер и мощь подавляют. Они полностью завладеют твоими помыслами, ты не сможешь рассуждать, а в худшем случае – не сможешь даже шевельнуться. Так что вместо того, чтобы смотреть на них, обрати свой мысленный взор на себя.

Охотник – это стиль жизни, – часто говорил учитель. Быть одним целым с миром. Есть способ достичь этого – осознать, что ты лишь крошечная крупица мира. Как и все, и даже Белая Богиня Эльрих. Живи так, словно ты – одно целое с миром. Вот что такое быть Охотником.

Но пойми вот что, – добавлял учитель с теплотой в глазах, – быть частью мира значит быть добычей тех, кто охотится на тебя. Такова истина. Именно так живые существа проходят через круговорот смерти и жизни. Встречая тех, чья сила превосходит их собственную, отдают им свою жизнь, становятся их пищей, их плотью и кровью. Таков закон природы.

Но сделать это значит умереть.

Когда ты хочешь жить, когда хочешь выжить несмотря ни на что – отсеки себя от мира, Юме, стань собой, отдельной личностью. Спроси себя: «Что я хочу сделать? Что мне нужно сделать?». И тогда ты обязательно найдёшь ответ. Если же ответ найти не удастся, значит, тебе недостаёт чего-то важного. В таком случае сделать уже ничего нельзя.

Но, Юме, я хочу сказать тебе кое-что – не как Охотник, но как кто-то, поживший на этом свете дольше тебя: я в тебя верю. Так что и ты верь в себя. Когда придёт время, положиться ты сможешь лишь на себя. Помочь тебе и спасти тех, кто тебе дорог не сможет никто кроме тебя самой.

Что Юме хочет сделать? И что она должна сделать?

Это не страшно, подумала она.

Она не знала, почему; просто подумала – «Тут нечего бояться. Юме ни капельки не боится».

Гаро трясся, всё его тело била крупная дрожь. Онса пытался его успокоить, но безуспешно. Гоблин и сам выглядел напряжённым. Должно быть, волку передаётся его неуверенность.

Юме наклонилась к Гаро. Она сочла, что это лучше чем обнимать его или пытаться погладить. Говорить, разумеется, нельзя, но она прошептала одними губами – «всё хорошо, всё хорошо».

Сердце волка бешено колотилось.

Всё хорошо, хорошо. Всё будет в порядке.

Она, конечно, никак не могла быть в этом уверена. Но в конце концов то крылатое существо так и не нашло Юме, Онсу и Гаро.

Этот звук…

Хлопанье крыльев?

Существо взлетает.

Юме чуть не обронила облегчённый вздох, но удержалась. Сквозь прореху в листве она видела, как существо поднялось в небо.

Так всё-таки, это птица? Нет. Хвост как у змеи. Синий. Крылья и тело тоже синие.

– Виверна… – прошептал Онса.

Виверна? – подумала Юме.

Так называется то существо? Виверна.

Юме зарылась лицом в шерсть Гаро и глубоко вдохнула.

– Вот, значит, кто тут водится. Оно съест нас, если отыщет?