Глава 262. Учебный день

«Ну хорошо. Давайте попробуем ещё раз. Противник под нами. Мы его можем видеть, мы имеем отличное месторасположение, где он не может бить в ответ. Все преимущества в нашу сторону. И, что вы будете делать? Какая ваша стратегия?»

Я и двадцать детёнышей расположились в одной из четырёх изначальных ферм, прицепившись к потолку и будучи в безопасности. Выманив монстра к краю открытого места, я привязал его к месту стрелой гравитации. Бедное существо пыхтит над нами, едва имея возможность двигаться, пока я стараюсь обучить этих детёнышей, как сражаться.

Определённый юный рабочий, которого я пытался учить, немного трясётся, пока я полностью сосредотачиваю на них своё внимание. Я не совсем уверен почему, но похоже что эти рабочие немного боятся меня. Возможно это просто из-за того, что я старше и больше.

«Ну, я вижу монстра внизу.».

«Верно.».

«Я знаю, что у меня есть численное превосходство.».

«Верно!».

Может на этот раз я достучался до сих.

«Ещё я знаю, что мы имеем превосходство месторасположения здесь, и возможность атаковать нашего противника, когда он не может бить в ответ.».

«Даааа?».

Ну давай же!

«И, я спрыгну вниз, чтобы атаковать врага, нацелившись в его челюсти, чтобы из-за моей жертвы мои товарищи рабочие могли атаковать без вреда для себя!».

ЧЁРТ ПОБЕРИ.

Остальные рабочие в тот же миг положительно отреагировали.

«Ооо, это хорошая идёт!».

«Проклятье! Мне стоило подумать об этом.».

«Это должен быть правильный ответ. Это безупречно.».

Рабочий, который предложил это, теперь смотрит на меня, будто щеночек, ждущий похвалы. Почти трясясь от радости, пока похвала его товарищей рабочих звенит в его ушах.

Угх. Ну вот опять.

«НЕПРАВИЛЬНО!».

*Хлысть!*

Резко дёрнув антенной вниз, я ударяю рабочего по голове.

«Сколько раз мне нужно сказать это?! Вы. Не. Должны. Здесь. Умереть!».

«Аааа точно» эхом отозвались рабочие.

Я чувствую подступающую головную боль.

«Ни один из возможных планов не должен позволять вести себя самоубийственно. Вы всегда должны действовать, дабы как можно сильнее минимизировать потери колонии. Возможно же разрешить эту ситуацию, не теряя ни одного рабочего. Запросто! И вы должны это сделать!».

Детёныши смотрят на меня, будто я говорю на другом языке.

Это начинает подбешивать. Почти что появляется ощущение, будто бы любой план, где они не умирают, в некотором роде неудовлетворительный для них. Я тридцать минут уже пытаюсь вбить в них ценность их жизней, чтобы они думали о своей собственной безопасности, как о чём-то важном, но до них не доходит.

Их не только не волнуют их собственные жизни, их отсутствие смерти кажется личным провалом с их стороны. Они пылают желанием пожертвовать собой ради колонии, чтобы выиграть что-то в обмен и пасть в сиянии славы.

Может я подхожу к вопросу не с той стороны. Ясно, что они не будут ценить себя ради своего собственного благополучия, но возможно я смогу придать им ценности по другой причине.

«Все вы, слушайте сюда!» Заявляю я.

Двадцать пар глаз и антенн с лазерной точностью сосредоточились на мне.

Они такие серьёзные, это довольно мило.

«Желаете ли вы служить колонии?» спрашиваю я.

«Конечно же!».

«Да!».

«Я умру до конца этого дня за колонию!».

«Эй, эй, не спешите так. И значит я правильно понимаю, что вы так же желаете служить Королеве?».

«Естественно!».

«Мама сердце колонии!».

«Я отброшу свою жизнь до того, как проснётся Королева!».

«Хорошо хорошо, эй ты, там, в стороне, расслабься немного. Не шуми так!».

Я потратил мгновение, чтобы собраться с мыслями.

«А теперь ответьте мне на вопрос. В каком случае вы сможете сделать больше ради Колонии, в каком сможете больше служить Королеве, если вы живы, или наоборот если мертвы?».

«…..».

Они думают. Они серьёзно раздумывают над этим. В любой другой ситуации это было бы забавно, но факт, что они задумались, это большая победа!

«А что если….» с сомнением начал говорить один из детёнышей, «мы некоторое время будем служить колонии, а затем умрём в должном служении колонии?».

«Сможете ли вы сделать больше для колонии, пока ещё живы? Особенно после того, как заберёте себе опыт и Биомассу, которые могли отойти другим? Вы что, эгоисты?».

Моё брошенное слово ‘эгоисты’ сработало как ужасный яд и детёныши отреагировали с ужасом и отвращением.

«Эгоисты?!».

«НИКОГДА!».

«Меня обвинить в эгоизме?! Да я скорее умру! Без всякого эгоизма … ».

Я страстно закивал.

«Именно так. Если колония вложит в вас ресурсы, то ваш долг отплатить долг верной службой, а НЕ бессмысленной смертью.».

Я склонился поближе к ним.

«И стоит ещё кое о чём вас спросить. Какая колония лучше, та, в которой сотня рабочих, или в которой две сотни рабочих?».

Они задумались и забормотали сами с собой на минутку, прежде чем решиться ответить, что да, колония с большим количеством рабочих превосходит меньшее количество. В этих малышах сильна муравьиная логика силы в количестве.

«Верно. И теперь, как колония должна повышать своё количество, если вы так просто будете погибать?».

«…».

Оооо, этот аргумент сильно их пошатнул. Пора нанести финальный удар!

«На самом деле, ради усиления колонии, разве ваш долг не в том, чтобы оставаться в живых как можно дольше? Разве отбрасывание своей жизни ради личной славы не будет по своей сути актом … ЭГОИЗМА?!».

Их лица стали сплошными масками шока. Славная жертва за колонию? Акт эгоизма?! Это безумно звучит, однако логика такая явная! Для них это кажется ересью, однако я выложил сильные факты. Пока я наблюдаю за ними, на их лицах происходит война идей.

Может теперь я взял их на крючок. Пожалуйста, позволь мне взять их на крючок. Я правда не думал, что первым пунктом в попытке обучить этих детёнышей будет убеждение их не отбрасывать свои жизни при первой же возможности.

Я столько сил вложил к этому моменту. Они правда думают, что я позволю им всё растратить впустую?!

Я действительно надеюсь, что нам не придётся делать это с каждым новым рабочим. Серьёзно надеюсь.

Постепенно свет понимания начинает опускаться на нескольких детёнышей. Я решаю, что есть небольшая возможность, что некоторые из них всё же смогут дать мне не глупый ответ, так что я указываю на одного из резвых муравьёв, чтобы он вышел вперёд.

«Хорошо. Давайте попробуем ещё раз. Ваш противник здесь под вами, а мы тут. Как вы поступите в данной ситуации?».

Детёныш со всей серьёзностью раздумывает над вопросом. Я могу видеть, как крутятся шестерёнки, пока он раздумывает над тем, что сказал я, что говорят инстинкты, и пытается решить дилемму.

«Так … Я не … Прыгаю на него и … Не умираю?» нерешительно говорит он.

«САМО СОБОЙ!».

*ХЛЫСТЬ!*

«Это же так просто! Соберите вместе свою охотничью группу и атакуйте кислотой на расстоянии! Вы можете нанести вашей цели урон без всякой угрозы для себя. С достаточным количеством кислоты вы даже можете сразить противника до того, как он сможет подойти ближе и ранить вас! Ясно вам?! И тогда все рабочие выживут, охота будет успешной, а колония получит преимущество! КАК ВЫ МОЖЕТЕ НЕ ПОНИМАТЬ ЭТОГО?!».

Они все кивают и восклицают «Аааа!», будто бы они наконец поняли. Вот же чёртовы идиоты!

И, наконец, я рявкаю.

«ВНИМАНИЕ! Построиться! Два ряда по десять муравьёв! Я сказал по десять! А теперь по моему сигналу начните стрелять кислотой в цель, пока она не закончится. НИКАКИХ ВОПРОСОВ, опускайте антенны ВНИЗ. Сделайте так, чтобы каждый выстрел был в цель и сосредоточьтесь на своих навыках! Готовы? ОГОНЬ!».

Ничего не произошло.

Они смотрят на меня.

Я смотрю на них.

Я медленно опускаю антенны, чтобы потереть себе виски.

«Сигналом к стрельбе служит слово ‘огонь’, ясно?».

«Аааааа.».

Я умираю здесь. Я действительно здесь умираю.

«Огонь…».