Глава 400. Почему ты так поступил


Пожалуй, для отца его мать была лишь «девушкой из бара». Бара класса люкс, стоит заметить. Там его отец встретил его мать, после чего родился и он сам. До сих пор он не понимал, почему отец не избавился от нежеланного ребенка, появившегося по ошибке.

Так или иначе, но в детстве он с мамой даже жил в доме отца. Помнится, они были довольно близки с тем, кого он звал «братом». Давно же это было. Он помнил, что они однажды заключили легкое пари, поспорив, кто сможет дольше продержать мяч в воздухе.

Но затем брат стал холоден. Он начал гордиться тем, что его признали в качестве баскетболиста. Вероятно, это и стало причиной конфликта, потому что в том споре выиграл Си Хун, причем заметно обойдя своего брата. Тогда Си Хун впервые взял в руки мяч.

После этого момента брат изменился, и начались нескончаемые издевки. Раньше Си Хун не мог понять почему брат мучает его. Из-за этого он часто грустил и ощущал несправедливость всей ситуации.

Затем они выросли и Си Хун понял, почему брат его мучает, и нарочно стал делать все хуже него, будь то учеба, спорт или творчество. Но делу это особо не помогло, и издёвки сменили мучения. Брат начал называть его «тряпкой». Когда Си Хун впервые услышал это слово, то даже не понял, что оно значит. Осознание пришло к нему, когда брат повалил его на землю и вытер об него ноги, как о саму настоящую половую тряпку. Именно тогда и начался настоящий Ад.

Они с матерью ушли из отцовского дома. Мама изо всех сил старалась найти хоть какую-то работу, но каждый раз вмешивался отец, не давая ей этого сделать. И бедность, которую они тогда переживали, как ничто другое вгоняло в отчаяние.

«И все же я был рад находиться рядом с мамой».

Несмотря на то, что есть было особо нечего и пришлось пережить множество трудностей, были и счастливые моменты.

Однажды он увидел, как мама тайком вышла наружу. Тогда она направилась в дом отца и стоя на коленях просила о прощении. Брата такое положение дел забавляло, и он начал издеваться и над мамой. В тот день он плюнул ей в лицо и расхохотался.

«Тогда я ничего не мог сделать».

Она вернулась домой как никогда поникшей. В её руках было несколько купюр. Она взглянула на Си Хуна и заплакала. Она плакала, кричала, била кулаками по стене и просила прощения.

— Прости за то… что родила тебя.

Эти слова доставляли Си Хуну боль. Уже тогда он подумал, что ни за что не сможет забыть их.

— Кхе-кхе…

С кашлем из горла мужчины выбивалась кровь. Си Хун сжал рукоятку меча, почувствовал дрожь и поднял голову.

Его дыхание сбилось, а голова готова была вот-вот взорваться от боли. Нейгун из живота распространилась по всему телу, постепенно доходя и до сознания. Меч задрожал и вошел еще глубже. Из раны хлынула черная кровь.

— Почему?..

Тэ Му Гык посмотрел на меч, пронзивший его грудь, и поднял взгляд на Си Хуна. Его глаза распахнулись в недоумении.

Си Хун не отвечал. Он продолжал молчать, закрыв глаза.

— Ты хочешь остаться марионеткой? — холодно спросил Та Му Гык и поднял меч.

Он смотрел на Си Хуна с призрением, но тот снова не ответил.

— Ты жалок, — Та Му Гык схватился за меч в его груди.

Он приложил силы, и Святой меч задрожал, а затем и вовсе потрескался. Тэ Му Гык повернулся и замахнулся своим клинком.

— Агрх!

Темно-синий меч прошелся от ключиц до живота Си Хуна. Темно-красная кровь хлынула фонтаном. Си Хун рухнул на землю, словно птица, потерявшая крылья. Но в этот момент кто-то быстро приблизился и поймал его.

— А… — воскликнул парень.

Он поднял голову и увидел Кан У. Тот спокойным взглядом смотрел на Си Хуна в ответ. В его черных глазах виднелся бескрайный океан, которому не было конца.

— Почему ты так поступил?.. — тихо спросил Кан У.

Си Хун слегка улыбнулся и посмотрел ему прямо в глаза.

— Так ты знал.

Почему-то, поняв это, он усмехнулся. На душе стало немного легче.

— Почему ты так поступил? — снова спросил Кан У.

Си Хун пытался собраться с мыслями, чтобы решить, что и как лучше сказать. Он медленно поднял руку и, дрожа, схватился за Кан У.

— Даже если все, что ты делал, было ложью… даже если я был для тебя просто марионеткой… для меня… — по его щеке скатилась слеза, а голос дрогнул.

Он услышал слова Кан У. Когда это было? Кажется, когда прислужник Сатаны схватил Лейлу. Тогда Си Хун потерял рассудок и стал демоном.

— Спасибо, что ты мой младший брат.

Он никогда в своей жизни не слышал такого. Он не знал, что ощущают в такие моменты, но эта короткая фраза стала для него спасением. Даже если это ложь, если все это игра, чтобы Кан У имел возможность использовать Си Хуна…

— То, что ты сделал для меня, куда важнее любой правды.

Кан У сжал губы и усмехнулся.

— Какой же ты дурак…

Си Хун казался ему сейчас настолько глупым, что он не мог описать этого словами.

— Аж мурашки по спине.

Сказанные им слова смущали настолько, что Кан У и не знал, как на это ответить — Ха-ха, — Си Хун заулыбался.

На его лице отразилось умиротворение, схожее с тем, когда сбрасываешь с себя тяжелый груз ответственности. Кан У снова посмотрел на него и отвесил легкий подзатыльник.

— Что ты так улыбаешься? Будто что-то хорошее произошло.

Ну разве это не странно? Кан У настораживала подобная реакция человека, которого он насильно сделал своей марионеткой. Он даже засомневался в том, а есть ли в нем здравый смысл.

— А ты хорошо его приручил. Не бросается на хозяина даже без поводка, — сказал Тэ Му Гык, смотря на Си Хуна.

Кан У спокойным тоном произнёс: — Так это ты вернул ему воспоминания.

— Именно, — тот рассмеялся. — Как же жалко он выглядел! Я даже и подумать не мог, что последователь Небесного Дракона может быть настолько гл…

— Да-да, я понял, — Кан У обернулся и глядя прямо на Тэ Му Гыка сказал: — А теперь не соизволишь захлопнуть свою варежку?

Тэ Му Гык повел бровью. Кан У снова повернулся к Си Хуну. Он повел оставшейся левой рукой и измазал палец в крови правой руки, дав её Си Хуну.

— Кан У…

— Ты тоже помолчи.

Кан У применил экстренные меры. После того, как раны Си Хуна зажили, он слегка ударил его, и тело парня окружил золотистый свет. Светящийся шар, в центре которого находился Си Хун, плавно опустился на землю.

— Ох… — Кан У закрыл глаза и медленно выдохнул.

Почему-то на него накатывало раздражение, причем настолько сильное, что у него едва получалось сдерживаться.

— Что ж, я все равно собирался убить тебя.

Радужка окрасилась в золотой цвет, а дрогнувший зрачок стал как у дикого животного.

— У меня появилась еще одна причина убить тебя, — сказал Кан У, глядя на Тэ Му Г ыка.

Тот ничего не ответил и просто поднял меч. В его взгляде, направленном на Кан У, читалось беспокойство, спрятать которое было невозможно. Он сделал глубокий вдох.

— А-а-а!

Зарычав, он сотряс землю. Ангелы, демоны, адские существа, люди — все моментально замолчали. Кан У присел. Он оттолкнулся от воздуха как от земли и полетел вперед.

— Агрх! — Тэ Му Гык выставил вперед меч.

В мгновение ока перед ним оказался Кан У, вытягивавший вперед оставшуюся руку. Тэ Му Гык постарался отрезать и её.

— Двигайся!

Кан У использовал драконью магию. Он выполнил быстрый маневр и схватил Тэ Му Гыка за шиворот, подняв его вверх, а затем потащил за собой сперва резко вниз, а после вверх. Они оба вновь поднялись в небо, настолько высоко, что облака остались у них под ногами. Пейзаж вокруг менялся с огромной скоростью. Совсем скоро они вышли за пределы атмосферы и добрались до космоса. Два монстра выбились в пространство, где не было ничего, помимо тьмы.

— А-а-а! — Тэ Му Гык обернулся и замахнулся мечом.

Ему удалось отрубить левую руку Кан У, которой он держал его за шиворот. Теперь кровь лилась с двух сторон. Вероятно, потому что они находились в космосе, кровь не капала вниз, а наоборот летела вверх.

— Думаешь, что-то изменилось после того, как мы оказались тут? — рассмеялся Тэ Му Гык.

Будь он простым человеком, то давно бы уже умер, но Тэ Му Гык — Владыка, обладающим приличным количеством Божественности. Используя её, он мог двигаться как угодно, даже в космосе.

— Конечно, — Кан У поднял голову.

Он хотел глубоко вдохнуть, но у него ничего не вышло. Его немного взволновал этот факт, но особой роли это не играло.

— Здесь… — Кан У ухмыльнулся.

Нет, не просто ухмыльнулся, его губы растянулись в самой широкой улыбке, оголяя острые клыки.

— …можно делать все, что угодно.

Кан У рассмеялся. В какой-то момент из него перестала течь красная кровь, сменившись на черную. Он выдохнул последний воздух, остававшийся в легких, и тихо произнес: — Дверь открывается.