Глава 1.1 Охота адептов Льда и Снега.

Под палящим солнцем медленно шли двое: мужчина и ребёнок. На мужчине была надета огненно-красная волшебная мантия. На его груди красовалось изображение пламени, расшитое золотом – символ магистра. Золотистые волосы развевались за его спиной, угловатые черты лица бронзового оттенка, выглядели так, будто были очищены ножом и выточены топором. Однако, его прекрасные карие глаза омрачала печаль.

«Ниан Бинг, ты ещё не устал?» – мужчина опустил голову, спрашивая ребёнка, идущего вслед за ним.

Внешне они были очень похожи: черты лица мальчика были не такими грубыми, но цвет волос тоже отливал золотом. Он был еще мал, но выглядел привлекательнее, чем высокий мужчина, идущий рядом. Его глаза были голубыми, как озеро. Тело казалось хрупким и слабым, виной тому была усталость и бледный оттенок кожи.

Ребёнок отрицательно покачал головой: «Отец, я не устал. Мы идём к маме? Я... Я очень скучаю по маме».

Высокий мужчина поднял голову и взглянул на яркое солнце. Казалось, оно вовсе его не слепит. «Это верно, мы направляемся к твоей маме. Прошло десять лет, и ты уже немного подрос. Мир такой большой, но мы так и не нашли своё место в нём. Несмотря ни на что, на этот раз мы должны увидеть маму. Даже если ценой этого будет моя жизнь».

Ниан Бинг был ещё ребёнком и не мог понять слов отца до конца: «Почему они не позволили нам увидеть маму?»

Мужчина со стоном прикрыл глаза, в которых, казалось, пылал огонь, «Они стонут, они... Ниан Бинг, ты еще молод. Подожди, когда ты вырастешь – тогда все поймёшь. Для твоей матери отец может сделать все, что угодно. Но мне не хотелось бы расставаться с тобой… Ты ещё совсем маленький, – мужчина осмотрелся, – Мы, наконец, пришли в деревню. Оставайся там и жди меня, хорошо?»

«Нет, отец, я хочу пойти с тобой, чтобы мы нашли маму вместе, – мальчик с интересом подался вперёд, но тут же успокоился, поник, задумался, – Мама больше не хочет меня видеть? Может быть, и ты не хочешь находиться рядом со мной?»

Глаза Ниан Бинга покраснели. Он крепко схватил за руку своего отца.

Мужчина наклонился к сыну и растрепал его золотистые волосы. Он вытащил свиток из-за пазухи и вложил его в руку мальчика: «Ты помнишь, как использовать магический свиток эвакуации? Ты можешь пойти со мной, но при одном условии: используй свиток, как только я тебе велю, при малейшей опасности. Он поможет переместить тебя в безопасное место. Позавчера, отец нарисовал на том месте волшебную метку»

Отец сделал длинную паузу, ожидая ответа ребёнка. Для него было важно чтобы сын запомнил всё.

Ниан Бинг с магическим свитком в руке кивнул, одним движением отвечая на вопросы отца.

Тяжело вздохнув, мужчина продолжил: «Как жаль, что времени так мало, а ведь ты талантливее меня. Если бы позволило время, я бы научил тебя гораздо большему. Возможно, ты станешь самым могущественным магом огня на всём континенте. Однако, время не позволяет мне дольше ждать. Если мы не поторопимся в Замок Ледяного Бога, то мы никогда не увидим маму».

Ниан Бинг, казалось, не совсем понимал слова отца, но все же кивнул: «Отец, я хочу стать сильнейшим огненным магом, как ты».

В глазах высокого мужчины промелькнули следы воспоминаний: «Мы с мамой обсуждали какой магии будет обучаться наш ребёнок. Этот выбор сделать было необходимо, ведь магия огня и магия льда не может сосуществовать. Тогда мы решили, что если роиться девочка, то она, как и мама, станет изучать магию льда, мальчик – магию огня. Я помню этот день и этот разговор, будто она говорила мне об этом не так давно… Но она уже ушла»

В его голосе неожиданно прозвучала гордость: «Я, магистр огня, клянусь небесами, что я прекращу церемонии жертвоприношения ледяной богини, и верну свою жену».

......

Тремя днями позднее.

Невзрачная гора, возвышавшаяся на сотню метров, выглядела мрачно и запустело несмотря на то, что кое-где всё же пробивалась тёмно-зленая трава. Увы, растительности было здесь немного и виной тому являлся обрывистый рельеф. Временами горные выступы могли разрушаться, заставляя жителей ближайших деревень насторожиться, но подобное случалось крайне редко.

С одного из резких обрывов горы можно было любоваться прекрасной Лазурной Рекой – именно так называли её люди. Эта река протекает с севера на юг, пересекает две трети материка Ян Гуан – около двух тысяч километров – и впадает в далёкий океан. Истоки Лазурной Реки находятся в самой Северной провинции, а потому весной и летом, когда таяли ледники, река могла выходить из берегов и затапливать плодородные поля, важные торговые пути, расположенные неподалёку от берега. Каждая страна на континенте боролась с этим как могла, самостоятельно.

На отвесной горе появились огненно-красные лучи света. Пятнышко света быстро двигалось и через секунду силуэт стал различим. Вдалеке виднелась гексаграмма; воздух, накалившись, дрожал вокруг неё. С приближением символа на вершине горы становилось теплее, снег таял.

Волны света медленно дрожали, отсветы пламени отражались на таявшем снегу. Из огненно-красных волн магии на примятую траву без сил упал мальчик. Тот самый ребёнок, Ронг Ниан Бинг, три дня назад искавший свою мать.

На маленьком красивом лице застыл ужас. Его короткие золотистые волосы были растрёпаны. Со стоном он опустился на землю, прислонился к скале. Он задыхался, пытаясь отдышаться. «Отец, мать, почему? Почему он дошёл до такого?»

Слезы непрестанно текли по его лицу. Боль от потери родных тяжёлым бременем легла на его детские плечи. Десятилетний Ниан Бинг остался сиротой.

Поплакав какое-то время, морально уставший Ниан Бинг, уснул свернувшись калачиком на вершине холма.  В столь юном возрасте, его перспективы огромны и невероятны. Он просто не знал, что ему делать с собой дальше. Два тусклых красных и синих огня светилось в его сердце. Окружающая стихия огня и льда медленно собирались вокруг него.

Не зная, сколько времени прошло, Ниан Бинг проснулся от сильной тряски, ныло все тело. Перед ним стояли три стройные фигуры. Его желудок пронзила острая боль, он тяжело закашлял. Кровь слегка окрасила уголки его рта. На животе осталось немного грязи.

Трое людей были одеты в голубые волшебные мантии и с длинными голубыми волосами, которые, казалось, составляют весь их внешний вид; будто их тела выточены из льда. От них необъяснимо веяло ужасом и холодом. Кажется, всем троим около сорока лет. Одежда среднего мага была украшена синим кристаллом с резьбой – три небольшие снежинки. Двое следовали рядом с ним. Очевидно, его статус чуть выше, чем у двоих других, поскольку у них только одна снежинка на мантиях.

«Огненный свиток экстренной эвакуации оставляет слишком заметный след. Какая потеря сил для ребёнка, использовавшего этот свиток…» – тихо сказал маг в центре.

Увидев этих троих, лицо очаровательного маленького Ниан Бинга резко исказилось: «Ах, это вы! Вы злодеи! Вы убили мою мать! Вы убили моего отца!»

Полный ярости, ненависти юный Ниан Бинг бросился на магов. Он уже не думал о собственных способностях. Им двигало только желание, инстинкт.

«Маленький ублюдок, ты ищешь смерти?» – Маг слева взмахнул правой рукой. Водяная пуля диаметром три дюйма[1] выстрелила и попала прямо в живот мальчика. «Водная пуля» – самое распространённое магическое заклинание. Его атака не наносит сильного ущерба. Ниан Бинг испустил подавленный вскрик, попятился назад и споткнулся о небольшой камень. Его рука потянулась к выступам скалы, чтобы опереться и встать, но из-за резкой попытки встать мальчику стало только хуже.

Старший Маг сверкнул глазами в сторону спутника и сухо бросил: «хватит, он всего лишь ребенок. Я не хочу, чтобы он страдал слишком сильно».

«Да, я уважаю ваше решение, Верховный Адепт Льда и Снега», – сразу же ответил маг, спеша отступить в сторону.

Адепт Льда и Снега посмотрел на Ниан Бинга и спокойно сказал: «Дитя, я изначально не хотел причинить тебе вред. Но это невозможно. Ты – Их ребёнок. Во имя Пагоды Ледяного Бога, ты скоро прекратишь свое существование. Клянусь камнем Богини Льда и Снега. Я дарую тебе быструю смерть». Из-за своего статуса, он, естественно, не использовал свою силу, лишь приказал внушительной манерой.