Том 7. Глава 1. В резиденции Якаги (часть 8)

Грациэлле вдруг вспомнились слова той эльфийки.

«Если я правильно помню, та эльфийка из храма говорила, что оно имеет какую-то связь с предотвращением конца света.»

«Ты сказала конец света?»

«Ага. Мы все это слышали, сомнений нет. Если только та эльфийка ничего не напутала.»

Суймей и Титания кивнули друг другу: значит, они не ослышались. Однако, подумать только, что оно создано для того, чтобы предотвратить конец света. Как только он это услышал, одна мысль заняла его голову.

«Другими словами, этот предмет как-то связан с сумеречным синдромом?.. Нет, ну я конечно слышал от ребят, что они побеждали этим чудищ, но…Тот человек никогда не упоминал ничего в таком роде…»

Когда он расспрашивал своего знакомого, который владел Таинством, тот ничего об этом не говорил. Не то чтобы он думал, что его знакомый знает все о Таинствах, но все же нужно же знать хотя бы что это такое…

«Суймей, ты точно больше ничего не знаешь? К примеру, как превратить Таинство в оружие.»

«Ну, я слышал кое-что об этом. Я слышал вблизи слова превращения его в оружие, но на самом деле ничего не понял.»

«Значит это что-то, что отличается от слов?»

«Чтобы овладеть таинством нужно глубокое понимание того, что лежит у его основ, а также сильная воля. Имея глубокое понимание, владельцу остается только по-настоящему возжелать, и тогда сила проявится…или точнее, тогда оно станет оружием.»

«Сильное желание…так?»

Титания, видимо, не совсем все поняла, и с серьёзным лицом застонала. А вот Айо Кузами похоже, было что сказать.

«Если говорить о сильном желании, то на ум приходит лишь одно. В тот момент, у моего жениха были очень сильные эмоции. Думаю, именно это помогло ему совершить принудительную трансформацию Таинства.»

Титания и Грациэлла, казалось, полностью согласились с Айо Кузами и кивнули.

«Если у Рейджи есть предрасположенность к использованию Таинства, то рано или поздно оно и так проявилось бы, не так-ли? Так как мы не можем постигнуть слова, то мы не можем знать наверняка.»

После позитивного заявления, Суймей перешел к другому вопросу.

«Как чувствовал себя Рейджи после того как Таинство превратилось обратно в украшение?»

«Да вроде никаких особых изменений не было. Как уже упоминалось ранее, он лишь временно стал сильнее.»

«Так он стал сильнее только во время битвы, хм…»

«Да. Однако, после того раза, он сильно подустал.»

Таинство оружие которые поглощают ману, при эксплуатации оно потребляет ману, а также жизненную энергию. Согласно легенде о Лаписе Юдаикусе, количество потребляемой энергии должна быть незначительной, но даже если он и создает мощную силу при малых затратах, все это было относительным. В действительности, безграничные возможности Таинства, что тогда проявились внезапным скачком, требовали приличного количества маны.

Повезло, что Рейджи под божественной защитой от ритуала призыва героев. Он был усилен благодаря его эффекту, но тем не менее, если сравнивать запас маны чародея с владельцем Таинства в его мире, то этого недостаточно. Судя по тому, что он еще растет, но уже имеет удивительные способности в магии и такую мощную выносливость, то скорее всего он может обеспечить себя нужным количеством энергии, в случае чего. Эта мысль успокаивала Суймея.

«…»

«Что случилось, Суймей-доно?»

Фельмения позвала Суймея, который притих не с того, не с всего. Он ответил не сражу, но спустя некоторого времени, он ответил, и по взгляду было видно, что он спокоен.

«…Нет, я просто задумался о том, что пришло время рассказать Рейджи обо всем.»

«Э-эй…так ты об этом.»

«Ты имеешь ввиду, о том, что ты чародей?»

Лефилия и Фельмения лишь могли догадываться, что означали те абстрактные слова Суймея. Титания, что была в той же лодке, что и остальные, посмотрела на Суймея взглядом, требующим объяснений.

Читайте ранобэ Магия другого мира так отстаёт! на Ranobelib.ru

«После того, как прошло столько времени.»

«А? Разве стоит такое говорить той, кто и сама долгое время скрывала себя?»

«Кто знает, и к тому же, о чем ты вообще.»

Пацанка, мечница, и по совместительству принцесса, продолжала делать вид, что ничего, никогда, и не происходило вовсе. Суймей с горьким взглядом посмотрел на нее, строившую из себя дурочку. Тут вмешалась ничего не понимающая Грациэлла:

«Почему ты до сих пор им ничего не рассказал?»

«Меня с самого начала учили скрывать такого рода информацию. Причина, по которой я держал все в тайне, даже после прихода сюда, можно сказать, заключена в этом.»

«Но если бы ты и дальше оставался в этом мире, они бы рано или поздно, все равно бы узнали, не думаешь? Особенно теперь, когда ты увлекся поиском заклинания для возвращения в свой чертов мир? В конце концов, по возвращению, тебе бы пришлось им все рассказать.»

«Нет, было бы лучше останься все тайной, я бы придумал какую-нибудь причину, подготовил магический круг и вернулся бы с теми двумя обратно. А все, что случится после возвращения, будет проблемой самих Рейджи и Мизуки. Все в порядке, пока у них нет сожалений или причин, которые удерживали бы их в другом мире.»

«Ясно.»

Суймей размышлял о расширении предоставленных ему вариантов выбора. С самого начала, Суймея, Рейджи и Мизуки призвали в этот мир по прихоти местной власти. Да еще и в добавок к их уязвимой позиции, они там буквально на птичьих правах были, без возможности что-либо решать в этом деле.

В любом случае, если уж Рейджи решил поучавствовать в уничтожении Владыки Демонов, никто бы не смог изменить его волю, невозможно, чтобы он просто бросил другой мир. Однако, если бы появилась возможность прийти сюда вновь даже после возвращения в свой мир, то можно было бы отложить дела другого мира в сторону, и все спокойно обдумать у себя дома, с учётом всех имеющихся перспектив. Титания знала, насколько серьёзен был Суймей, и одарила его испытующим взглядом.

«Суймей, из всех моментов, почему ты решил изменить свое мнение именно сейчас?»

«Просто сейчас у нас появилась эта вещь.»

«Подэтой вещью…ты имеешь ввиду Таинство?»

«Сейчас, когда у него в руках есть такое, мы не можем больше отступать, верно? Даже если мы и вернёмся в тот мир, стоит его оставить одного, как он обязательно окунется с головой в чужие проблемы. Он абсолютно точно во что-то влипнет. А если он будет долго маячить перед глазами Общества, рано или поздно, они и меня раскроют.»

Даже если у них и получится вернуться в целости и сохранности, то Рейджи обязательно будет вмешан в тайны мира. Ведь однажды получив сверхъестественные способности, человек, который не может спокойно наблюдать за чужим несчастьем, обязательно начнет совать свои нос во все возможное. Другие тоже в какой-то мере это понимали, поэтому они пришли к общему согласию без единого слова.

«Суймей-доно, вы собираетесь сразу-же все ему рассказать?”

«Хмммм, нет, я буду идти к этому постепенно.»

Он улыбнулся так, будто пытаясь увернуться от ответственности, из-за чего Лефилия подозрительно посмотрела на него.

«… Суймей-кун, ты не на что не годен.»

«З-заткнись, Лефилия-сан! Ничего уж с этим не попишешь, ясно?!»

«Суймей иногда такой трусишка, и чаще всего тогда, когда никто не ожидает этого.»

Суймею нечего было возразить Лилиане, а затем вмешалась Грациэлла

«Мне в принципе без разницы как ты поступишь, но ты не боишься разрушить вашу дружбу с Рейджи и Мизуки, тем что утаиваешь это от них?»

«Ну, Мизуки в любом случае долго будет дуться, но, если я им все расскажу, думаю Рейджи…поймет меня, скорее всего. Он парень с глубоким мировоззрением, так что поймет. Правда, есть кое-что, в чем будет трудно все-таки сознаться, после всего что случилось, однако…»

Сказав эти слова, Суймей нахмурился. Разумеется, он не чувствовал никакой вины за то, что не рассказал им, он переживал о негативных последствиях, которые повлекут за собой эти знания. Было принято держать существование магии в тайне от общественности, чтобы люди не были вмешаны в мистические дела. Люди — существа которых привлекают тайны, и если они узнают о существовании магии, то будут часто впутываться в опасное.

Из-за этого Суймей никогда не хотел говорить правду о себе Рейджи и Мизуки. Однако, он не мог отрицать, что нынешняя ситуация требует обратного. Не то, чтобы на Суймея будет направлена большая злость, но из-за ранее упомянутых причин, он опасался все рассказывать.

«Боже, так все пришло к этому, да.»