Глава 1085. Попрошайка

С тех пор, как Сунь Дэ рассказал историю о борьбе Древнего и Ло, прошло тридцать лет. Немалый срок, почти половина жизни простого смертного. За столько времени многое изменилось в маленьком уездном городке. Родившиеся во время рассказа истории дети уже успели вырасти, жениться и обзавестись собственными. Другие за годы состарились. А некоторые так и вовсе умерли.

Неизменным оставался только сам город с разномастными домами, городскими стенами, магистратом, а также… той самой чайной. В некоторых местах на стенах облупилась краска, где-то потрескалась плитка, но в целом чайная почти не изменилась. В кровле некоторых домов частично отсутствовала черепица, крепостная стена явно давно не ремонтировалась, да и в магистрате поубавилось вывесок… В чайной уже давно не выступал знаменитый сказитель.

В соседнем уездном городке было куда больше людей, лавок, башен на городских стенах, барабанов в магистрате, больше слуг в чайных… а под мостом Восточного города пряталось больше попрошаек.

К стене прислонился седовласый нищий в грязных лохмотьях. Грязь у него на руках уже превратилась в твердую корку. Ими он держал дощечку из черного дерева. Старый попрошайка отрешенно смотрел на небо. Его глаза были мутными, будто бы он ослеп, сам он был весь в грязи… но на морщинистом лице не было ни одного пятнышка. Как будто чистое лицо было для него последним бастионом порядочности.

Нищий с чистым лицом как не вписывался в компанию грязных попрошаек, так и не мог сойти за горожанина и влиться в толпу на улице. Хотя ему, похоже, было всё равно.

Когда небо затянули свинцовые тучи старик издал странный горловой звук, одновременно похожий и на смех, и на всхлипывание. Опустив голову, он поднял со стола дощечку из черного дерева, а потом положил её на место. Звук получился почти такой же звонкий, как и много лет назад.

— В прошлый раз я поведал вам, что до уничтожения дао домена Безбрежных Просторов, бесчисленное множество эонов назад за пределами сих неба и земли, в глубинах бескрайнего, далекого и чуждого звездного неба жили двое всемогущих первородного поколения. Они боролись между собой за позицию бессмертного! Видя, что всемогущий Ло схватил правой рукой Небесное Дао и уже собирался разрушить его, Древний совершил нечто еще более невероятное. Он обратил время вспять…

Несмотря на не самую приятную внешность, у попрошайки был очень выразительный голос. Он покачивал головой, словно самолично переживал эту историю, словно его мутные глаза видели не проходящих мимо людей, которым не было до него никакого дела, а посетителей чайной, что затаив дыхание слушали его.

Стоило ему заговорить, как другие нищие недовольное забрюзжали. Тем не менее он снова стукнул дощечкой по столу, покачал головой и продолжил рассказывать историю.

— Старик, уже третий десяток лет пошел, как ты рассказываешь одну и ту же историю. У тебя другой нет?

— Сунь, не мешай спать. Если не заткнешься, напросишься на взбучку.

Недовольный гул становился всё громче, пока к старику не подошел мужчина. Судя по заляпанному грязью наряду, тоже нищий. Он схватил седовласого за грудки и свирепо на него посмотрел.

— Старик Сунь, ты всё еще пытаешься прикидываться тем самым господином Сунем? Я же предупреждал тебя не мешать мне спать… похоже, тебе пора найти другое место для ночлега!

Своими замутненными глазами старый попрошайка посмотрел на схватившего его мужчину.

— Смельчак, я и есть господин Сунь, известный по всему миру цзюйжэнь, я…

— Ты сумасшедший!

Мужчина замахнулся для удара, но тут вдалеке кто-то негромко крикнул.

— Отпусти его!

Обернувшись на звук, нищие увидели, что к ним неспешно идет старик с ребенком пяти-шести лет на руках. При виде старика мужчина тут же отпустил седовласого.

— Неужто это помещик Чжоу, — льстиво сказал он, — доброго здравия, господин.

— Отойди от него.

Помещик Чжоу достал из кармана несколько медяков и бросил нищему. Мужчина ловко их собрал, а потом с заискивающей улыбкой отошел в сторону. Проигнорировав его, помещик Чжоу с тяжелым вздохом посмотрел на старого попрошайку. Тот, так и не встав, без особого успеха попытался разгладить свой наряд, а потом поднял черную дощечку и ударил ей по столу.

— Господин Сунь, если у вас есть время, не могли бы вы рассказать о давно ушедших эонах, о Ло и финальной битве с Древним? — мягко попросил помещик Чжоу.

Старый попрошайка приподнял веки. Окинув мутным взглядом помещика, он улыбнулся.

— Хо, это же Сяо’эр. Все в сборе?

Помещик Чжоу рассмеялся. Этот вопрос напомнил ему о далекой молодости. Наконец он ответил:

— Господин Сунь, все в сборе, мы вас заждались.

Он опустил ребенка на землю, а потом рукавом протёр стол. Седой попрошайка расплылся в счастливой улыбке.

И снова раздался стук дерева об дерево.

— В прошлый раз я поведал вам…

Старик заметно оживился. Как будто он снова вернулся в далекое прошлое. Во времена, когда жизнь казалась безоблачной. Помещик Чжоу, похоже, тоже предавался приятным воспоминаниям.

Один рассказывал, другой слушал. С наступлением сумерек помещик тяжело вздохнул и посмотрел на небо. Погода портилась. Сняв с плеч накидку, он укутал в неё бедняка, оставил ему несколько серебряных монет, а потом повел ребенка домой.

— Дедушка, кто этот попрошайка? — издали послышался детский голосок.

— Это господин Сунь. Когда-то твой дедушка работал в чайной. В то время не было никого, кого бы я уважал больше него.

— Почему он сидит здесь? Почему не пойдет домой?

— Господин Сунь всегда мечтал обойти весь свет, дабы своими глазами увидеть, как живет простой народ. Быть может, он притомился в пути и решил немножко тут отдохнуть.

В самом конце голос старика надломился.

Постепенно их голоса становились всё тише и тише, пока полностью не стихли. Старик не видел, что укутанный в накидку попрошайка задрожал. Его глаза были закрыты, но ему всё равно не удалось удержать слёзы. Каждая капля оставляла на чистом лице горячую дорожку.

Ударил гром. По мостовой забарабанили капли дождя. Ливень был настолько холодным, что дрожащий попрошайка медленно разлепил глаза. Он взял со стола деревянную дощечку и нежно погладил её. Эта вещица с самого начала была его неизменным спутником.

Проводя пальцами по слегка шершавому дереву, старик поднял глаза к небу. Много лет назад, когда он закончил историю, тоже пошел дождь.

Тридцать лет назад, как и сейчас, шел холодный дождь. Холодный, словно сама судьба. По завершении истории Ло и Древнего ему больше ничего не снилось, поэтому он решил придумать свою. Про демонов, вечность, полубогов и полубессмертных. К сожалению, они получались не такими захватывающими. Интерес слушателей стал быстро угасать, пока на его выступления вообще перестали приходить горожане.

Ни одна из его историй не заимела успеха. Когда его карьера сказителя пошла под откос, обстановка дома стала еще хуже. Зять был им недоволен, жена презирала. Как тут не впасть в уныние? Его единственной надеждой были государственные экзамены. Но и их он провалил.

Под ударами судьбы Сунь Дэ совсем отчаялся. От безысходности он вновь вернулся к истории про Древнего и Бессмертного. На время его жизнь наладилась. К сожалению, спустя семь лет даже такая интересная и волнительная история всем приелась. За столько лет её услышали все горожане и начали пересказывать в соседних городках… это и стало концом для Сунь Дэ.

Он остался без средств к существованию. Мало-помалу его слава угасала, а с ней таяли последние капли уважение, что к нему испытывали члены семьи. Его супруга уже давно воротила от него нос. В один момент она стала приводить в дом другого мужчину, совершенно его не стесняясь. Благодаря помощи отца она разорвала их брак и еще раз вышла замуж.

Бывшие родственники не забыли, как Сунь Дэ провёл их перед свадьбой, поэтому они избили его, сломали ему обе ноги и выкинули за ворота. В тот день тоже шел холодный дождь.

Лишившись семьи, дела жизни, гордости, ног. Лишившись всего, он заплакал под дождём. Такой жестокий удар судьбы он уже не смог стерпеть. С тех самых пор даже разум стал его врагом. Когда-то он был известен, обожаем. Из самого уважаемого человека в городе он превратился в пустое место. Какой человек может выдержать подобное и при этом не сойти с ума?

Тронувшись умом, он какое-то время жил благодаря щедрости своих старых поклонников. Слушая его, они время от времени ностальгически вздыхали. Но и их поток со временем иссяк. Так он и стал нищим. Попрошайкой, что живет в своём собственном мирке и рассказывает истории.

Не раз он думал, что смерть вот-вот заберет его, но что-то в нём противилось этому чувству. Он будет бороться… пока с ним будет его верная дощечка из черного дерева.

Поглаживая дощечку, Сунь Дэ заметил, что сегодня дождь был даже холоднее обычного. В такие моменты ему казалось, будто на всем белом свете остался только он один. Его взгляд затуманился, а в голове зазвучали голоса.

— Господин Сунь, хотя бы одну главу.

— Да, господин Сунь, уж больно хочется послушать. Не томите.

— Милейший, мы уже заждались. Но я знаю, что это того стоило!

В окружении знакомых людей и голосов Сунь Дэ улыбнулся. Его тело медленно остывало. Кожа синела. Похоже, эта улыбка будет для него последней.

Как вдруг в толпе размытых силуэтов он отчетливо разглядел двоих. Одним был мужчина средних лет с белоснежными волосами и печальными глазами. С ним была маленькая девочка в красном платьице. Несмотря на яркий наряд, она была совсем бледной и даже слегка просвечивала, словно в любой момент могла рассеяться как дым на ветру. Эти двое присели рядом и посмотрели на него.

— Почтенный, пожалуйста, спасите мою дочь. Прошу вас. Ван готов заплатить любую цену!

У Сунь Дэ на глазах, мужчина выпрямился, а потом низко ему поклонился.