Глава 134. Награда факультета алхимии

— Коронный прием? Да мне плевать на её коронные приемы! — рявкнул Ван Баолэ.

Он буквально кипел от злости. Обезьяна не просто ударила по его кораблю, в ходе своей игры она врезала по корпусу более десяти раз.

— Младший брат, успокойся. Послушай моего совета, не провоцируй обезьяну. Это любимый зверь старейшины павильона укрощения зверей. Её культивация находится выше стадии Истинного Дыхания. Кто-то вроде нас, слабаков, ничего не сможет ей сделать. Область над облаками — это территория обезьяны. Если туда кто-то залетает, то несчастный на время становится её игрушкой…

Объяснивший всё это ученик покачал головой. Он не был знаком с Ван Баолэ. Всё-таки в павильоне дхармического оружия училось очень много людей.

— У этой зверюги могущественный покровитель?

После объяснения добросердечного ученика Ван Баолэ досадливо вздохнул, связываться с обезьяной было нельзя. Он хотел еще расспросить ученика об Алмазной обезьяне в небе, как вдруг она, похоже, услышав их разговор, резко остановилась и начала трясти задом, а потом повернулась и снисходительно ухмыльнулась.

— Еще издеваешься? — от такой провокации Ван Баолэ чуть не потерял над собой контроль. Впервые в жизни его оскорбила какая-то обезьяна.

Алмазная обезьяна в воздухе принялась гордо бить себя кулаками в грудь, издавая при этом характерные звуки. Выбросив из головы Ван Баолэ, огромный зверь полетел в сторону павильона укрощения зверей.

Ван Баолэ был в бешенстве. Его корабль не только стал игрушкой обезьяны, но ей еще хватило наглости издеваться. От обиды он чуть не вспылил. Ему потребовалось какое-то время, чтобы успокоиться. Он с болью посмотрел на поврежденный корабль и вздохнул. Поблагодарив участливого ученика, он перенес корабль к пещере бессмертного.

К счастью, повреждения оказались не столь серьезными, как он думал. Корабль не сильно пострадал, поэтому Ван Баолэ с его нынешними навыками легко смог починить его. От мысли об ухмылке обезьяны в нём каждый раз поднималась волна гнева, которую ему с трудом удавалось подавить.

«Ты у меня еще попляшешь, макака! Рано или поздно ты узнаешь, что бывает с теми, кто провоцирует дедушку Вана!»

После починки корабля Ван Баолэ, заскрежетав зубами, решил никуда не ходить и остаться в пещере бессмертного. С каждым днём Ван Баолэ всё лучше понимал процесс переплавки дхармических артефактов первого ранга. Их количество тоже росло, несмотря на случающиеся ошибки, которые стоили всегда дорого ему обходились.

Со временем он переплавил восемьдесят дхармических артефактов из списка павильона дхармического оружия. Каждый из артефактов принадлежал к категории довольно сложных для переплавки. Если бы он выбрал более легкие артефакты, то ему не пришлось бы тратить столько времени и денег.

Дело было в том, что однажды Чэнь Юйтун обмолвился Ван Баолэ об одном любопытном факте. При оценке сотни переплавленных артефактов для получения звания ученика оружия негласно присваивались очки. Итоговый результат не имел особого значения, поскольку звание присваивалось при прохождении минимального порога. Однако эти очки становились весомым фактором при повышении до звания мастера оружия. Эти бонусные очки приплюсовывались к результатам экзамена. Поэтому Чэнь Юйтун и посоветовал Ван Баолэ переплавить как можно более сложные дхармические артефакты первого ранга из списка.

Такое решение было сопряжено с серьезными расходами. За сотню дхармических артефактов дао академия награждала ученика символическим количеством духовных камней, из-за чего стоимость переплавки была непропорционально больше награды. С другой стороны, сложные в переплавке артефакты создавали крепкий фундамент для будущего повышения.

Учитывая все эти факторы, Ван Баолэ решил бросить себе вызов. Ему пришлось выложить немалые деньги, к счастью, из Деревни истинного дыхания он принес огромное количество предметов. По окончании каталогизации ему выдадут его часть добычи. Если всё пойдет по плану ему так или иначе придется использовать Песок звездной эры в качестве основы для следующей дюжины с небольшим артефактов. Этот песок был доступен в секте, но не за духовные камни. Его можно было получить только после выполнения специальной миссии, а на её завершение требовалось время. Рассчитав его, Ван Баолэ не захотел тратить столько времени и сил на выполнение миссии. В итоге он решил связаться с Се Хайяном. Человек с большими связями в нижней академии наверняка мог достать Песок звездной эры. Если Се Хайян не сможет помочь, Ван Баолэ планировал обратиться к Чэнь Юйтуну.

Хоть они и дружили, он совсем недавно познакомился с Чэнь Юйтуном. Поэтому он не хотел беспокоить его, если, конечно, у него не останется другого выбора.

Тем временем Се Хайян в свойственной ему манере представлялся новой студентке нижней академии.

— Младшая сестра, меня зовут Се Хайян. В Дао академии эфира любой может обратиться ко мне, будь то ректор или простой студент. Не существует проблемы, которой бы я не смог решить.

Прямо во время своей речи Се Хайян получил голосовое сообщение от Ван Баолэ. Его глаза заблестели, и он улыбнулся сжавшейся от страха студентке.

— Видишь? Ты знаешь, кто такой Ван Баолэ? Мой самый большой клиент. Ладно, у тебя есть время подумать. Мне же надо помочь старшему брату.

Се Хайян пошел прочь, на ходу включив кольцо-передатчик. В разговоре с Ван Баолэ он вёл себя крайне почтительно, что резко контрастировало с его поведением на острове нижней академии. В конце концов он пообещал доставить всё необходимое через три дня.

«А Се Хайян неплох. Я уже на острове верхней академии, но он всё равно может помочь мне. Настоящий бизнесмен. Скоро он наверняка попадет на остров верхней академии».

Ван Баолэ посчитал, что он не зря был такого высокого мнения о Се Хайяне. Он терпеливо прождал три дня. В назначенный день с ним связался Се Хайян.

«Старший брат Ван, я не могу попасть на остров верхней академии. Может, проведем сделку снаружи?»

Получив сообщение, Ван Баолэ спешно покинул пещеру бессмертного и отправился к платформе рядом со стеной тумана. На обратной стороне туманной границы ждал Се Хайян.

— Приветствую, старший брат Ван!

При виде Ван Баолэ он сразу же подобрался и с почтением поклонился, а потом, не став дожидаться ответа, передал ему сверток. Заметив перемены в поведении Се Хайян, Ван Баолэ про себя усмехнулся. Его знакомый вёл себя не так как раньше из-за того, что он теперь учился на острове верхней академии. Заглянув в сверток, Ван Баолэ улыбнулся и передал духовные камни. Когда с делами было покончено можно было поговорить и о более приземленных вещах.

Во время беседы Се Хайян держался предельно почтительно и не позволял себе лишнего. Когда Ван Баолэ уже хотел уйти, Се Хайян замялся, но в итоге всё же прошептал:

— Старший брат Ван, ты уже столько всего у меня купил, поэтому нас можно считать друзьями. Как друг я не могу не сообщить тебе одну новость.

— Хм? — Ван Баолэ повернулся и вопросительно посмотрел на Се Хайяна.

— Старший брат Ван, мне тут одна птичка напела, что через три дня павильон алхимии верхней академии собирается вручить награду особому студенту. Пока об этом еще практически никто не знает.

Пока Се Хайян это говорил, он внимательно следил за выражением лица Ван Баолэ.

— Награда от павильона алхимии? — переспросил Ван Баолэ.

— По правилам острова верхней академии, каждый павильон может напрямую перевести к себе особо отличившегося учащегося без прохождения им экзамена. Однако этим правом нечасто пользуются. Тем не менее павильон алхимии хочет наградить ученика духовным корнем в семь цуней!

Ван Баолэ удивленно выгнул бровь. Духовные корни такой длины высоко ценились. То, что павильон алхимии собрался наградить им какого-то студента… звучало весьма интригующе.

— Вот только вышла небольшая накладка. Поэтому во время объявления через три дня руководство павильона попросит переплавить Пилюлю облачного дыхания за ограниченное время…

Се Хайян умолк на полуслове и серьезно посмотрел на Ван Баолэ.

— Я немного покопал и выяснил: Пилюля облачного дыхания может принести серьезную пользу практикам стадии Истинного Дыхания. Но самое важное другое. Ранее не существовало никаких упоминаний об этой пилюле, поэтому это, скорее всего, новый рецепт. По результатам проверки павильоном алхимии рецепт был оценен крайне высоко, отсюда и разговоры про награду для особого студента. И тут-то возникла накладка… рецепт Пилюли облачного дыхания подали на рассмотрение сразу два студента, а квота особого студента всего одна! Поэтому было решено провести испытание, чтобы выяснить, кто больше достоин награды. Крайний срок — месяц. Победителем станет тот, кто сможет переплавить Пилюлю облачного дыхания более высокой чистоты. Для переплавки такой пилюли требуется немало ингредиентов, да и стоят они немало…

На этом моменте Ван Баолэ внимательно посмотрел на Се Хайян. Тот сделал глубокий вдох и под немного потяжелевшим взглядом Ван Баолэ продолжил уже тише:

— Рецепт подали Чжоу Сяоя и её лучшая подруга Чэнь Фэй, с которой она познакомилась на факультете алхимии. Павильон алхимии уже в курсе, кто создатель рецепта, но они пока не сделали объявления. Это крайне серьезное дело. До меня дошли слухи, якобы в павильоне алхимии верхней академии убеждены, что автор рецепта Чэнь Фэй — студентка четвертого года обучения с впечатляющим послужным списком. Вряд ли кто-то вроде неё решится на глупость, вроде воровства рецепта. Ведь если её уличат в воровстве, то ей грозит исключение… Насколько я сумел понять, Чэнь Фэй связана с Линь Тяньхао. Очень вероятно, что он обеспечит её всем необходимым для переплавки Пилюли облачного дыхания. С таким спонсором, даже если у Чэнь Фэй не получится переплавить пилюлю с первого раза, она сможет попытаться еще раз. А вот у Чжоу Сяоя нет такого преимущества. Если ничего не изменится, то через месяц после объявления Чжоу Сяоя с высокой долей вероятности уступит Чэнь Фэй. Загадкой остается только отношение павильона алхимии к этой ситуации. Старший брат Ван, пока павильон еще не сделал объявление, у тебя еще есть время вразумить Чжоу Сяоя, если она действительно не имеет отношение к рецепту пилюли. В противном случае…

Се Хайян умолк. Он отошел на несколько шагов, чтобы дать Ван Баолэ переварить информацию. Ван Баолэ помрачнел. В его глазах появился опасный блеск, а от тела повеяло жутковатой аурой.