Глава 1455. Я отдам свою жизнь, чтобы ты проснулся

Давно… не виделись.

Ван Баолэ давно потерял счет времени. Слишком долго он просидел на горе в образе статуи. За сотни тысяч лет один за другим мир покидали боги и их народы. За такое количество времени вселенная пережила очень много периодов упадка и расцвета. Быть может, единственной константой оставалась истинная сущность.

Ван Баолэ мог давным-давно покинуть Кольцо глубокой земли и отправиться на Сверкающие небеса. Здесь его держала только истинная сущность. Пока он рассматривал континент в звездном небе, знакомое лицо пробудило в нём почти забытые воспоминания. Перед его мысленным взором потоком проносились образы давно минувших дней.

Спустя довольно много времени Ван Баолэ тихо вздохнул и отхлебнул вина из кувшина. Его глаза загадочно сияли. Он уже придумал, как вернуть рассудок истинной сущности. Желание невозможно уничтожить, но её можно… заместить. Что до придуманного им метода, он созрел у него в голове в ходе тысяч лет наблюдений за всем сущим.

— В этом мире у всего живого есть желания, но они не ограничиваются только слухом, вкусом, зрением, обонянием, осязанием и помыслами. В этом мире существуют шесть других желаний, — прошептал Ван Баолэ.

Он бесчисленные годы созерцал жизнь множества народов. Видел их желание оставить наследие, стремление всё познать и ответить на неразрешимые вопросы. Это желание Ван Баолэ назвал… тягой к знаниям. Погоней за неизведанным, желанием знать всё на свете.

Ещё он видел, как люди разных народов в расцвете лет хотели стать кем-то выдающимся, необыкновенным. Некоторые мечтали стать героями, другие хотели защитить страну и свой народ. Подобного рода желания оставались с ними всю жизнь. Долгое время Ван Баолэ наблюдал за ними, пока не дал этому название. Желание самовыражения. Ради себя, своего народа. Чтобы жизнь не казалась бессмысленной.

Помимо этих двух существовало другое не менее сильное желание. Оно напрямую связано с продолжением рода, физическим и духовным аспектом тела. Вожделение.

По наблюдениям Ван Баолэ это желание было совершенно особенным. Оно могло быть сладким мёдом или же горьким ядом, но в любом случае… бесчисленное множество живых существ преследовали его, даже когда горечь становилась невыносимой и ранила сердце. Но даже так глубоко в душе всё еще теплились надежды и мечты.

— Возможно, всё дело в том, что наша жизнь одинока, но нам претит одиночество.

Ван Баолэ подумал о четвертом желании, которое открыл во время наблюдения за всем сущим. Оно было похоже на желание самовыражения, но не до конца. Желание излить душу, своего рода тяга поделиться чем-то, скрытая в людских сердцах. Оно есть у Ван Баолэ и всего живого на свете.

Ван Баолэ назвал его… желание высказаться. Другим или самому себе. К примеру, Ван Баолэ сейчас чувствовал в себе желание высказаться.

— Есть ещё одно желание…

Он заметил, что вне зависимости от эпохи, народа или цивилизации рано или поздно наступала… беззаботная пора. Похоже, среди всех жизненных устремлений неизменным всегда была тяга к благоденствию и беззаботной жизни. Добивались ли этого люди собственными усилиями или силой целого народа, грабежом или завоеваниями… делали они это во имя комфортной жизни.

Всё живое без исключения стремилось к комфорту. Даже если перенестись в другой временной отрезок это желание никуда не денется. Поэтому Ван Баолэ назвал его желанием комфорта.

Что до последнего желания, оно, по мнению Ван Баолэ, проявлялось наиболее явно в людях на грани гибели или в тех, кто находился в смертельной опасности. Не все могут закрыть глаза и без сожалений отдаться в объятия смерти. Не все обладают властью над своими жизнями. Поэтому в момент кризиса в людях подобно пожару вспыхивает… желание жить. Это всеобъемлющее желание много раз вызывало в душе Ван Баолэ бурю во время его наблюдения за миром. В конце концов он назвал его просто желанием жить.

За тысячи лет созерцания мироздания Ван Баолэ пришел к выводу, что эта шестерка является фундаментальными желаниями жизни, а также ключами к возвращению рассудка истинной сущности.

Раз желания неистребимы, то их следует перенаправить, заменить… другими их проявлениями. Для этого очевидно требовался разум, поэтому после успешной замены, по мнению Ван Баолэ, истинная сущность вернется.

— Но всё это должна направлять сама истинная сущность. Поэтому сначала надо пробудить его сознание от глубокого сна.

Долгое время Ван Баолэ в тишине смотрел на континент в форме лица, пока наконец не шагнул вперед. По мере его приближения пойманные континентом звезды внезапно ярко засияли. Поднявшийся с континента черный ци стал растекаться во все стороны. Ничто из этого не могло остановить Ван Баолэ.

Ослепительно сияющие звезды не могли выдержать исходящее от него давления. Под жутким гнётом они раскололись на множество фрагментов, разлетевшихся во все стороны. Нечто похожее произошло и с черным туманом желания. Ему не удалось осквернить приближающегося Ван Баолэ, словно он был существом, им неподвластным. Но и ему было трудно стереть порожденный желанием черный ци. Для этого надо уничтожить всё живое на Кольце глубокой земли, дабы лишить желания источника. Только тогда этот черный ци навеки исчезнет.

В окружении черного ци желания Ван Баолэ дошел до места между бровей человеческого лица. По взмаху руки по всему континенту прокатилась бессмертная воля. Везде, где проходила эта воля, всё живое, трансформированное желанием, истошно завизжало. Казалось, оно испарялось. В мгновение ока оно было изгнано из руин всего континента.

Черный туман отступил и больше не расползался по миру, отчего окрестности стало видно значительно лучше, как и лицо, которым был континент.

— Истинная сущность… просыпайся!

Ван Баолэ сказал это совсем тихо. Несметное множество магических законов в пустоте звездного неба с рокотом взорвались в сердце континента. Поднялся неописуемый рокот. Его голос нес с собой бесконечные магические законы. Что интересно, с текущей культивацией Ван Баолэ мог пробудить всё живое на Кольце глубокой земли. Но не истинную сущность.

У него под ногами лишь задрожала земля. Она даже покрылась трещинами, но по-прежнему ни намека на пробуждение.

Читайте ранобэ Мир на Ладони на Ranobelib.ru

— Неужто всё еще не можешь проснуться? — шепотом спросил Ван Баолэ.

Желание здесь было слишком давящим. Его источником было всё живое Кольца глубокой земли. Ван Баолэ обладал достаточной силой, чтобы сокрушить всех живых, но его истинная сущность был не менее могущественной. Всё-таки после слияния с Императором оригинал стал почти совершенной формой жизни. В теории прийти в себя было невозможно.

Ван Баолэ поднял голову и посмотрел вдаль. Его взгляд был направлен туда, где находилась Великая вселенная. Он как будто увидел размытые лица родителей, наставников, Чжоу Сяоя, Чжао Ямэн, друзей и множество других аур.

— Император помог истинной сущности. А он помог мне. Ныне я самостоятельная личность. Слияние с истинной сущностью невозможно, поэтому пробудить его можно только одним способом. Жизнь за жизнь. Полностью рассеяться, дабы истинная сущность пришла в себя!

Ван Баолэ с улыбкой чуть сжал пальцы. В руке появился кувшин, который он осушил одним глотком. Он выпил почти всё вино в кувшине и выбросил его в пустоту за пределами континента. Следующим взмахом руки он призвал жемчужину душ. Внимательно посмотрев на неё, он отправил и её в звездное небо. Под конец он сделал глубокий вдох и рассмеялся.

Пока он смеялся, его тело начало гореть. Бессмертную волю, плоть, душу и всё естество объяло пламя. Всё звездное небо содрогалось. Рокот затопил звездный и дао домены. Всё Кольцо глубокой земли задрожало. Всё живое, народы и воли неожиданно охватила неконтролируемая дрожь, исходящая из глубин сердец. Бесчисленное множество глаз пыталось найти её источник, но никто не преуспел.

— Одиночество — это слишком скучно. Истинная сущность, ты мудро поступил, когда заснул. Так ты избежал одиночества, после того как все ушли, а ты остался. Что до меня, после обретения самостоятельности я насладился жизнью, получил новые впечатления… пожил… этого достаточно. Достаточно. И сегодня я помогу тебе! Ты не можешь прийти в себя, не можешь заменить шесть желаний. Ничего страшного. Я помогу тебе! Гори, моё дао. Гори, моя душа. Гори, мой разум. Так я помогу тебе почувствовать шесть желаний. С твоим талантом, мудростью и пониманием… на сей раз ты точно пробудишься!

Полыхающий Ван Баолэ снова рассмеялся. По взмаху руки одна шестая тела истлела и превратилась в белый свет.

— Это тяга к знаниям!

Движением кисти Ван Баолэ свет, воплощающий в себе неистощимую тягу человека к знаниям, ослепительно вспыхнул и растворился в центре лба огромного лица. На это континент отозвался дрожью.

Это было только начало. Ван Баолэ взмахнул рукой ещё раз. Одна шестая его тела рассеялась, что породило свет, который тоже растаял в лице.

— Это желание самовыражения!

Землетрясение усилилось. Следующий свет был алый. Цвета страсти. Подобно огню, он мог согреть человека или же сжечь дотла. Быть может, в этом и заключалось его манящее очарование, на которое как на свет слетались мотыльки!

— Это вожделение, — хрипло сказал Ван Баолэ.

Внушительная часть его ауры рассеялась, но он не собирался отступать. Ещё один взмах руки. Новый свет, таящий в себе желание рассказать всё и всем, исчез в земле.

— Это желание высказаться!

Каменное лицо размером с континент стало трескаться. Бесчисленные пряди черного ци превратились в визжащие лица.

— Желание комфорта!

Ван Баолэ снова рассмеялся и провел перед собой рукой. Пятый огонёк погрузился в континент. Осталась последняя часть. Его тело стало блеклой тенью самого себя.

— Последнее… желание жить!

Вместе с этим криком остатки его тела превратились в шестой луч света. Неся в себе упорство, отчаянное стремление и страстное желание, лучик умчался к лицу! В этот самый момент всё Кольцо глубокой земли содрогнулось. Всё живое задрожало.

С места, где исчез Ван Баолэ, послышался едва слышный голос. Его последние слова.

— Ван Баолэ, я возвращаю тебе это имя!

Немыслимый грохот прогремел на всё Кольцо глубокой земли. Гигантский континент окончательно развалился. Его фрагменты прямо в полете обращались в пыль. На месте исчезнувшего континента осталось парить тело!

Этот человек был облачен в черный халат. Его длинные волосы едва заметно колыхались. Глаза были закрыты. Если присмотреться, то становилось понятно, что это была истинная сущность Ван Баолэ.

Ресницы едва заметно колыхались, но глаза оставались закрыты, словно он находился во власти кошмара.