Глава 454. Тёмное искусство Проводник душ

Ван Баолэ с завистью и недоверием смотрел на довольно улыбающегося старшего брата. Как вдруг позади кто-то негромко покашлял. Чэнь Цин от неожиданности вздрогнул и резко обернулся. Довольная улыбка в миг испарилась, теперь он выглядел предельно серьезно. Слегка похотливый блеск в глазах тоже исчез. Словно воплощение истинной добродетели он чинно поклонился.

— Приветствую, наставник!

Сказывались долгие годы ученичества. Менее опытный Ван Баолэ среагировал не так быстро. Ему потребовалась лишняя секунда, чтобы заметить стоящего за спиной Мин Куньцзы.


— Приветствую, наставник! — поклонившись, сказал Ван Баолэ.

Он не считал, что отреагировал слишком медленно, но брату Чэнь Цин, похоже, было немного стыдно за своё поведение, поэтому он обернулся немного быстрее. Ван Баолэ обратил внимание на то, что Мин Куньцзы даже не посмотрел в сторону Чэнь Цина. Словно не заметив его, он с теплотой посмотрел на своего самого младшего ученика.

— Баолэ, как продвигается изучение техники Лицо мертвеца?

— Наставник, ваш скромный ученик уже освоился искусство Лицо мертвеца. Я рисую лица мертвым согласно воле Небесного Дао. Каждый раз я из сострадания добавляю еще по несколько штрихов.

Ван Баолэ был высокого мнения о своём таланте художника. Когда он это сказал, Чэнь Цин рядом заморгал. Вопрос наставника показался ему немного странным.

Почувствовав легкий укол вины, он решил сменить тему. В данный момент младший брат Ван Баолэ был идеальным предлогом для перевода темы разговора.

— Наставник, — поспешил сказать он, — младший брат Баолэ пытается заговорить вам зубы. Я работал рядом и видел, как он проказничал. Его лица действительно неплохи, но он почему-то постоянно рисует толстяков. Женщины, мужчины… неважно! У него постоянно получаются пухлощекие люди. Я уже вижу, как в будущем переродятся нарисованные им души и построят мир, полный толстяков…

Чэнь Цин вздохнул. Он чуть наклонил голову и подмигнул Ван Баолэ. Он пытался извиниться перед младшим братом и намекнуть, что у него не было другого выбора. Ему пришлось использовать его в качестве отвлекающего маневра. Ван Баолэ хотел возразить, но в итоге ничего не сказал. Чувствуя дикую несправедливость, он надул губы.

Мин Куньцзы проигнорировал всё, что сказал Чэнь Цин и больше не стал задавать вопросов. Вместо этого он дал Ван Баолэ несколько советов и поделился парой

хитростей, которые могли пригодиться при рисовании лиц мертвецов. Чэнь Цин рядом с ним тактично молчал. Время от времени он согласно кивал, словно наставник говорил какие-то глубокомысленные вещи.

Спустя какое-то время Мин Куньцзы ушел. Тут Ван Баолэ заметил, что правая рука наставника просвечивала. Это напомнило ему о пальце наставника, о котором он спрашивал в лодке. Потрясенный Ван Баолэ хотел спросить о руке у наставника, но тот уже ушел.

— Почему это происходит?

Ван Баолэ помялся, но всё же озвучил свои сомнения старшему брату. По лицу Чэнь Цина промелькнуло удивление.

— Тебе просто показалось. Я ничего не заметил.

Ван Баолэ ненадолго оцепенел. Немного подумав, он предположил, что ему показалось. На следующий день он навестил наставника, чтобы посмотреть на его руку. Странное дело, в этот раз она выглядела как обычно. Он невольно протер глаза. Возможно, ему действительно показалось. Вот только сомнения в его сердце нисколько не уменьшились. Теперь он просто держал их при себе.

Прошло еще две недели. Ван Баолэ каждый день рисовал лица мертвецам. С каждым новым лицом росло его мастерство в обращении с техникой. Благодаря помощи старшего брата он начал вспоминать о второй ступени темных искусств. Называлась она… Проводник душ!

«Первая ступень тёмных искусств Лицо мертвеца, вторая — Проводник душ. Это божественная способность и техника культивации… тёмное пламя, подобно духовной энергии, постоянно накапливается в теле…»

Ван Баолэ пытался привести обрывочные воспоминания в понятную ему систему. Он знал, что Лицо мертвеца было сродни технике культивации, которой обучали учеников Тёмной секты на стадии Возведения Основания. После её освоения практик мог достичь прорыва и создать тёмное ядро, после чего начать культивацию Проводника душ. Однако этот способ давно вышел из моды. Одаренных учеников заставляли практиковать Лицо мертвеца задолго до достижения ими великой завершенности Возведения Основания. Одновременно с этим им следовало культивировать вторую ступень Проводник душ. Это провоцировало мутацию тёмного пламени, отчего оно становилось намного сильнее. Получавшееся в результате ядро превосходило по силе обычное.

Проводник душ повышал скорость поглощение ци и компрессию тёмного пламени в теле. Это позволяло создать больше язычков тёмного пламени. Их количество напрямую зависело от скрытого таланта.

За всю историю Тёмной секты никому не удалось зажечь больше восьмидесяти одного язычка тёмного пламени. Наложившись друг на друга, они соединились в тёмное ядро. Сила такого ядра не поддавалась описанию. Этим человеком… был старший брат Чэнь Цин! Другим обычно удавалось довести компрессию тёмного пламени до нескольких десятков слоев.

Техника Проводник душ имела и атакующий аспект. Она вызывала из тела тёмную длань, которая могла проникнуть в плоть любого живого существа и схватить душу. Такой была невероятная сила Проводника душ. При использовании практиком с тёмным ядром её сила увеличивалась!

От этих воспоминаний дыхание Ван Баолэ участилось. Помимо рисования лиц мертвецов он начал каждый день культивировать Проводник душ. Ему было трудно культивировать божественную способность, но её эффект на тёмное пламя был заметен почти сразу. Тёмное пламя внутри Ван Баолэ выросло с трёх огоньков до четырех, потом до пяти, следом до шести и наконец до семи…

К концу второй недели в нём уже горело семнадцать язычков тёмного пламени. При наложении друг на друга их объединенная сила достигала запредельного уровня.

Теперь во время прогулок по Тёмной секте одной его ауры было достаточно, чтобы внушить страх и трепет в души, которые в качестве наказания за свои грехи в прошлых жизнях находились на службе у внешней и внутренней секты. Завидев его, они начинали дрожать и падали ниц. В первый день в секте у него не было такой пугающей ауры.

Ван Баолэ полагал, что спокойные деньки никогда не закончатся, но на следующей неделе по Тёмной секте прокатился порыв ураганного ветра. Небо озарили вспышки молний, загремел гром. Снизошедшая из звездного неба могущественная аура заставила небо потемнеть.

С аурой пришло удушающее давление семи сущностей. Шесть по могуществу превосходили мощь самих небес. С их появлением небо и планеты за пределами Тёмной секты содрогнулись. Всё живое почувствовало невероятную тяжесть на плечах. Казалось, само время замедлилось. Но даже столь могущественные сущности бледнели на фоне седьмой. В её присутствии со всех планет за пределами Тёмной секты послышался грохот. Словно они могли расколоться. На поверхности каждой планеты появились трещины. Врата перерождения на планетах закачались и потускнели. Реки душ, проходящие через врата, остановились. Ученики Тёмной секты на всех планетах судорожно ловил ртом воздух, потрясенно таращась в небо. Нечто похожее происходило и на гигантской планете, где располагалась Тёмная секта. Гигантские чудовища дрожали, души беззвучно визжали, землю сотрясали толчки, в небесах грохотал гром. В небе над Тёмной секте появилось… семь солнц!

Шесть были алого цвета и только одно пурпурного! Из пурпурного солнца прогремел оглушительный крик непередаваемой ярости.

— Мин Куньцзы, верни душу моей дочери!

Из солнца ударила ослепительный фиолетовый свет. Это же произошло и с шестью другими планетами. Разрушительный свет накрыл весь регион, грозясь испепелить всё дотла. Похоже, свет действительно мог обратить всё в пепел.

В ответ из Тёмной секты поднялась не менее впечатляющая аура. В небо взмыли тринадцать ярких лун. Каждая по силе превосходила красные солнца. Когда они оттеснили ауру красных солнц… в небо поднялась четырнадцатая луна! Черная луна!