Глава 896. Поднимайся на борт

Бумажный человек[1] отличался от того, что находился в бездонном кольце. Однако их ауры были очень похожи. Этот излучал такую же жуткую ауру, как и бумажный человек в его бездонном кольце. Теперь Ван Баолэ понял причину странного поведения его бумажного человека. Осознав это, он с опаской посмотрел на приближающийся корабль.

«Что символизирует… этот корабль?»

Ван Баолэ не знал ответа на этот вопрос, но он догадывался, что она была как-то связана с загадочным бумажным человеком в его бездонной сумке. По его мнению, рулевой корабля и бумажный человек в бездонном кольце не могли быть не связаны друг с другом.

«Может это практик из какой-то цивилизации?» — посетила его неожиданная идея.

Бесконечный дао домен населяет огромное множество цивилизаций. Среди них наверняка найдутся и не такие странные на вид существа. В любом случае Ван Баолэ не хотел связываться с ним. Его руки и ноги напоминали спички. Он сильно похудел. Ему не пережить еще одной бури. По этой причине он решил обойти стороной странный и жутковатого вида корабль.

«С молодыми людьми на борту явно лучше не связываться. Не зря говорят, что любопытство до добра не доводит. Мне не интересно ни кто они, ни куда направляются. Это меня не касается».

Ван Баолэ полетел прочь от корабля. С первого взгляда становилось ясно, что пассажиры судна были непростыми людьми. Более тридцати человек медитировали в позе лотоса. Излучая холодное высокомерие, они сидели на поодаль друг от друга, словно принадлежали к разным фракциям. Как такие явно такие люди не могли не почувствовать присутствия Ван Баолэ неподалеку? Тем не менее никто не открыл глаза. Если бы не наличие у них ауры, их можно было принять за мертвецов. Они не обратили на Ван Баолэ внимания, словно он их совершенно не заинтересовал. Как будто они находились в двух совершенно разных мирах. Слону нет дела до пробегающего мимо муравья, так и им не было никакого дела до Ван Баолэ. Это немного задело самолюбие Ван Баолэ, с другой стороны, он ничего не знал ни о них, ни о загадочном корабле.

Ван Баолэ были не нужны неприятности. Фыркнув себе под нос, он полетел еще быстрее в попытке убраться подальше от корабля. Но иногда события развиваются не так, как ты ожидаешь.

Ван Баолэ попытался сбежать от корабля. Тем временем древнее судно неумолимо приближалось к нему. Несмотря на все его усилия, корабль нагонял. Корабль затуманивался и сокращал дистанцию каждый раз, как бумажный человек совершал движение веслом. При виде этого у Ван Баолэ волосы на затылке встали дыбом. Он инстинктивно использовал темные искусства, но они не сильно ему помогли. Корабль ни разу не сбавил скорость. Он раз за разом затуманивался и перемещался всё ближе и ближе к нему.

«Что за чертовщина здесь происходит?»

У Ван Баолэ всё внутри похолодело. Стиснув зубы, он приготовился к бегству. Прежде чем он успел хоть что-то сделать, корабль вновь затуманился. В следующий миг… судно совершило скачок сквозь космос и материализовалось прямо перед Ван Баолэ. У него на лбу выступил холодный пот. От приближающегося корабля исходила аура немыслимой древности. От неожиданности у него расширились зрачки, по лицу промелькнула тревога…

Бумажный человек у рулевого весла внезапно застыл. Вместо очередного гребка он одарил Ван Баолэ холодным и отстраненным взглядом, пригвоздив Ван Баолэ к месту. Казалось, его оплела невидимая сила. Его культивация задрожала, а божественная душа потеряла устойчивость. Его буквально затопил леденящий ужас и чувство надвигающейся опасности.

Ван Баолэ без колебаний раскрутил культивацию до предела и призвал только начавшие восстанавливаться Императорские латы, чтобы увеличить свою скорость. Но даже это ему не помогло! Казалось, будто корабль завис на месте, вот только на самом деле Ван Баолэ пытался от него сбежать. Как бы быстро он ни летел, расстояние между ними не менялось. Корабль странным образом всегда оказывался рядом с ним. Могло показаться, что ни он, ни корабль вообще не двигались.

Поёжившись, Ван Баолэ попробовал сменить направление. В следующий миг, когда он переместился в другую часть звездного неба, перед ним всё еще парил корабль, словно он не перемещался вовсе. Даже взгляд бумажного человека ни капли не изменился. Ван Баолэ побледнел. Он уже хотел что-то сказать, как вдруг рулевой указал на него рукой. Похоже, бумажный человек приглашал его на борт.

В этот момент часть молодых людей открыла глаза и с удивлением посмотрела на Ван Баолэ. Не все отреагировали на приглашение, но примерно половина пассажиров корабля с нескрываемым удивлением стала рассматривать Ван Баолэ. Помимо удивления на лицах этих людей проступили и другие эмоции. Некоторых происходящее не особо заинтересовало, когда как другие прищурились. Одни явно находились в растерянность, вторые так и вовсе излучали враждебность. Губы некоторых изогнулись в презрительной ухмылке.

«Медитируя, они не обращали на меня внимания. Как только бумажный человек пригласил меня на борт, они сразу заметили меня. Похоже, их удивило поведение рулевого… Получается, они считают, что я не достоин взойти на борт судна?»

В голове Ван Баолэ уже вращались шестерни. Он окинул взглядом пассажиров, а потом внимательно посмотрел на бумажного человека, который всё еще указывал на него рукой.

— Благодарю почтенного за оказанную честь, — накрыв ладонью кулак и поклонившись, сказал он. — Вашего скромного слугу ждут неотложные дела. Я не могу подняться на борт. Желаю вам счастливого пути…»

Возможно, его отговорка сработала, быть может, причиной было что-то другое, но корабль вновь затуманился и возник вдалеке, а потом и вовсе пропал из виду. Ван Баолэ почувствовал облегчение и целый ворох других эмоций. В голову невольно закралась мысль. Что если он упустил редчайшую возможность?

«Этот корабль мог стать моим золотым билетом в счастливое будущее… Как еще объяснить такое количество необыкновенных практиков на борту? Когда меня пригласили на бот они по-настоящему удивились».

Чем дольше Ван Баолэ размышлял, тем больше жалел о принятом решении. С другой стороны, не стоило сбрасывать со счетов странность их встречи и самого корабля. Ему не давала покоя схожесть рулевого и бумажного человека в его бездонном кольце. Как, впрочем, и сама лодка. Она могла подарить ему либо редчайшую возможность, либо последнее путешествие в его жизни.

Ван Баолэ теперь стал более настороженно относиться к бездонному кольцу. Он вновь быстро его запечатал. Прошлые печати сломались, раскрыв его местоположение, однако он вверил, что избавлять от него было уже слишком поздно. В любом случае он решил не трогать его до достижения стадии Планеты.

Немного успокоившись, Ван Баолэ продолжил путешествие к цивилизации Божественное око. В одном он не ошибся, его местоположение действительно было раскрыто, когда бумажный человек слома печать.

В другой части звездного неба летела огромный золотой жук. В момент слома печати насекомое внезапно сменило курс и полетело в сторону Ван Баолэ. Внутри сидел практик стадии Планеты из Бесконечного клана по имени Шань Линцзы. В результате падения культивации он теперь находился на стадии Бессмертия. Дань Чжоуцзы рядом с ним на словах согласился помочь, но делал он это исключительно из своих шкурных интересов. От него исходили волны начальной ступени стадии Планеты.

— Собрат даос Дань Чжоуцзы, я только что почувствовал своё бездонное кольцо. Глупый воришка попытался отпереть его. Он быстро сдался, поэтому я больше его не чувствую, однако теперь мы летим в правильном направлении.

В глазах Шань Линцзы разгорелся недобрый огонёк, когда он поделился этой информацией со своим спутником.

— Мы не очень далеко.

На губах Дань Чжоуцзы заиграла легкая улыбка. Не скрывая алчный блеск глаз, он вел золотого жука сквозь космос. Шань Линцзы обозначил слишком большой район поисков. Проще найти иголку в стоге сена, чем человека в космосе. Если они продолжат искать его в такой манере, то поиски могут затянуться очень и очень надолго. Но, похоже, удача была на их стороне. После нескольких дней скитаний по космосу… у Шань Линцзы внезапно восторженно заблестели глаза. Он вновь почувствовал присутствие бездонного кольца!

_________________________

[1] В Китае существует древняя традиция сжигать ритуальные деньги, чтобы мертвые могли воспользоваться ими на том свете. Помимо денег также сжигаются вырезанные из бумаги фигурки людей (слуг), которые будут служить покойным. — Прим. пер.