Глава 780. Неочевидный способ скрыть ложь

Хотя капитан Сон сделал такое серьезное предупреждение, временному командиру было плевать на всё, кроме личной встречи с боссом. В конце концов, главное, что он попадёт туда, куда нужно. Сейчас для него было важным не потеряться в веренице бюрократических процедур, всегда окружавших больших начальников.

Оставалась надежда, что его, как гонца с дурными вестями, пропустят вперёд, используя в качестве громоотвода. Тем более, он был именно тем, кто возглавлял ту группу, так позорно провалившую своё задание. Шутка ли, попасть в плен всем отрядом к тому, кого они сами должны были пленить.

Но, чем больше времени проходило, тем сильнее становились сомнения. Хорошо, если новость, принесенная им, обрадует босса. Это причислят к его заслугам и не накажут за провал основной миссии. Однако, что если он несёт боссу пустышку. Предупреждение капитана висело в голове мужчины, не позволяя ему расслабиться.

Что, если он станет соучастником? Нужно ли обманывать босса?

Варианты были один хуже другого, сказать боссу правду и получить ярлык «соучастника» или скрыть от него важную информацию, на деле став соучастником?

Любые сведения о Лин Гэ могли пригодиться Нирване. И мужчина где-то в глубине души чувствовал, что через него отправили важное послание. Оно не могло быть иным…

«Лучше будет, если ты не поймёшь сути сказанного, иначе…», — сказал ему тогда Лин Гэ.

Эти слова удивляли и расстраивали одновременно. Что такого он собирался поведать?

«Сложно гарантировать, но я говорю это на всякий случай».

«Откуда вы знаете?», — единственный вопрос, на который он тогда осмелился.

«Твой босс думает, что ты просто муравей, поэтому ты сможешь совершить это. И я обещаю, что он не вспомнит того, кто принёс ему эту новость после того, как узнает её».

Обещание Лин Гэ. Что оно стоило на самом деле? Хотя, в одном он был прав, у муравья действительно есть свои преимущества.

«Нужно максимально точно передать послание, не коверкая слов. А если заметить реакцию босса … может, стоит говорить помедленнее и если дело начнёт принимать дурной оборот … Черт, походу выхода уже нет!», — под воздействием стресса мозг мужчины продуцировал странные идеи, далёкие от реальности, — «может просто сказать, что пошутил … Ну, я же был в плену, повредил сознание, может пожалеют и простят?».

Сколько простых людей уже перемололи жернова истории не оставив о них даже имен. Чем обернётся для него это поход к боссу … однозначно, ничем хорошим это закончиться не могло…

«Погоди, я всё ещё кое-чего не могу понять», — внезапный вопрос от капитана Сона разогнал из головы мужчины последние, хоть и не совсем здравые мысли.

Что, к чему опять эти вопросы? Разве я не ясно дал понять, что буду говорить только с боссом?

Сердце застучало быстрее.

Капитан Сон пристально посмотрел в его глаза: «Ты упомянул Лин Гэ только для того, чтобы поговорить с боссом?».

«А … ну … э… нет, конечно же…», — с трудом ответил временный командир. Его ноги подкашивались, и он был вынужден прислониться к стене, чтобы не упасть. Один вопрос от начальника среднего звена ввёл его в полуобморочное состояние. А что с ним будет, если после доклада, большой босс задаст ему вопрос? Обделаться в кабинете босса далеко не лучшая затея.

«Что с тобой? Неужели я оказался прав?», — странная улыбка появилась на лице капитана Сона, и, подхватив его за плечо, потащил дальше.

В голове мужчины царила пустота. Не появилась ни одна мало-мальски полезная мысль, зато из памяти почему-то полезли фразы Паня.

«Я тоже могу рассказать, как было. Но, если нас проверят, что мы должны будем говорить?», — это было первое, что сказал Пань, когда передавал ему пистолет.

Они попали в один капкан и теперь могли помочь друг другу или же утопить друг друга. Последняя фраза звучала как предложение, но скрытая в нём угроза, делала их обреченными на сотрудничество. Сотрудничество позволяло выжить обоим…

Тогда, Малыш Пань в основном кивал в ответ, соглашаясь с его версией произошедшего, но когда дело дошло по послания Лин Гэ, он произнёс: «его стоит продумать тщательнее, не относитесь к словам небрежно».

«Если я никому не скажу и просто передам слово в слово боссу, разве не будет всё в порядке?», — спросил он. Именно тогда в его душе поселились сомнения, терзавшие его разум до сих пор.

«Ну, знаешь ли…», — Пань замялся, удивлённый недогадливостью командира, — «нет…».

«Понятно, если больше нечего сказать, разбираться будем в другом месте!», — прорычал капитан Сон напоследок, чтобы убедиться, что все присутствовавшие усвоили данный им урок.

«Это не всё послание», — поспешил его остановить Малыш Пань, — «своими действиями Лин Гэ показал нам, что произойдёт, если мы будем продолжать преследовать его».

«И… это всё?», — капитан Сон сдерживал эмоции, но голос звучал раздражённо, предупреждая слышавших это людей не испытывать его терпение попусту.

«Нет, он также сказал, что мы ему не интересны, и что в следующий раз он поймает кого-то более значимого», — Пань, не стесняясь, продолжил говорить.

«Так, а почему я слышу это только сейчас?».

«Людей бесит, когда им говорят такое», — Пань ответил не задумываясь.

«Потрясающе!», — прорычал капитан Сон.

Временный командир удивленно уставился на Паня. Только он знал, что это было враньём, хотя и звучавшим довольно убедительно. После того представления, которое устроил Лин Гэ, ни у кого и сомнений не возникло, что это могли быть не его слова. Напротив, именно так он и должен был сказать. А фраза, что Лин Гэ не интересуют простые члены Нирваны, должна была сыграть важную роль, как бы намекая на то, что тот у них ничего и не выспрашивал. Каков хитрец этот Пань!

У него были опасения, что Лин Гэ неспроста оставил их в живых. За этим должно было что-то скрываться. Почему для устрашения он не убил всю группу? Для того чтобы донести страшную весточку до адресата достаточно оставить в живых одного человека, тогда почему?

«Страх — это заразная эмоция», — сказал Малыш Пань, рукой указывая на товарищей.

Капитан Сон замер, ошарашенный внезапным прозрением. Этот план он не рассматривал, а между тем, о смерти группы можно придумать любую версию, но дюжина неподконтрольных языков может рассказать «правду» чудовищных масштабов.

Коварный план! Парень знал толк в манипуляции толпой!

Он никого не убил, но для Нирваны это оказалось более опасным!

«Так! Когда закончите проверку, вас отведут в специальное место, где вы сможете отдохнуть, восстановить силы. Затем мы ещё раз поговорим о случившемся. И приведите себя в порядок, от вас воняет страхом!», — он гневно оглядел толпу, а потом, опустив временного командира на землю, скрылся в одном из зданий.

Мужчины задумчиво переглядывались между собой, не понимая, как к произошедшему только что относится. Их простили, их наказали, и что вообще будет с их будущим в этой организации?

Ковыляя, временный командир подошёл к Паню, и, похлопав по его плечу, тихо произнёс: «Спасибо. Я не ожидал, что ты сможешь так ловко это всё обставить… Ты враль намного круче меня оказался».

Закончив говорить, он посмотрел на Малыша Паня с удивлением и некоторой долей благодарности во взгляде.

«Что ты имеешь в виду?», — непонимающе спросил Малыш Пань.

«Зачем притворяешься глупым, все понимают, что ты только что сказал…», — прошептал временный капитан.

«Хех», — усмехнулся Пань, — «если так, то значит всё ошибаются. Лучший способ что-то скрыть, убедить себя, что этого не было. Чем больше вы пытаетесь нагородить лжи, тем худшим будет результат. Лучший способ скрыть правду, отвлечь человека другой правдой».

«Чего?», — временный командир от удивления раскрыл глаза необычайно широко, — «это … значит, то, что … это что, была правда?».

Малыш Пань, отведя свой взгляд в сторону, тихо спросил: «Ты разве сам этого не понимаешь?».

«…», — временный командир замолчал. Об этой стороне вопроса он даже и не думал.

«Этот мир слишком добр к идиотам!», — покачал головой Пань.

(Продолжение следует).

ПП. Из удалёнки. Избавил читателя от возможности проникновения в суматошную бытовуху обычного китайца. В оригинале автор расщедрился на описание, как тяжела жизнь маленьких людей, которых все обижают, их жизнью не дорожат и бросают под танки при первом удобном случае. Взамен, переводчик произвёл инъекцию мозговой субстанции в голову временного командира, заставив его сосредоточиться на выборе безопасного для себя способа исполнения опасного поручения от ГГ. И удалил толпу мартышек, которая осуждающе кричала на фоне разговора Паня и Сона. Самое интересное в этом то, что ну ладно, дегенератов, не понимающих когда нужно молчать, всегда хватало, но, почему когда ушёл капитан, они внезапно замолчали. У них почему-то пропало желание к общению…