Глава 313. От лица Элли. Цена раскрыта

К тому времени, как мы с Бу добрались до загона для заключенных, поляна, усеянная пнями между мной и деревней, была в полном хаосе.

Одна из клеток была уже открыта, и освобожденные эльфы пытались выбраться из деревни. Скарн повел их вперед, пытаясь собрать в одну группу, чтобы они могли телепортироваться, используя один из медальонов. Позади них его голем грохоча прорывался через дюжину не-магических алакрийских солдат, которые выбежали из деревни, сокрушая их своими молотоподобными кулаками.

На другой стороне поля боя Кейтилин сдерживала трех магов. Хотя казалось, что она успешно удерживала их подальше от убегающих пленников, она увязла в обороне, не в состоянии начать эффективную контратаку.

Соскользнув со спины Бу и натянув лук, я осторожно создала на тетиве три сверкающие стрелы чистой маны и прицелилась в трех магов, загнавших в угол Кейтилин. Мысленно я провела линии от кончика каждой стрелы к соответствующему из магов, медленно выдохнула и отпустила тетиву.

Стрелы маны прочертили в темноте яркие линии, устремляясь к своим целям. Атака застала врага врасплох. Хоть я и не смогла убить ни одного из них, но смогла отвлечь их внимание от их настоящего противника.

Мгновение спустя град острых как бритва осколков льда обрушился на магов, разрывая их, как будто они были сделаны из папье-маше.

После того, как я произнесла заклинание, мое ядро маны раздалось тупой болью.

Я еще не оправилась от защитного заклинания, которое наложила на Бу, с досадой поняла я.

Тем не менее, это стоило того, чтобы опустошить мое ядро, так как заклинание, вероятно, спасло жизнь моей «связи». Заклинание щита было чем-то, что Хелен показала мне после моего близкого знакомства в туннелях, и оно изначально предназначалось для защиты заклинателя. Поскольку я обычно была в тылу, я поиграла со структурой этого довольно простого заклинания, чтобы я могла использовать его на других, кто нуждался в защите.

Защита всего огромного тела Бу потребовала больших затрат, чем я думала, но я не жалею об этом.

Золотистый отблеск привлек мой взгляд увлекая от клеток, туда, где Кертис и Граудер сдерживали две алакрийские боевые группы. Мои пальцы инстинктивно дернулись на тетиве лука, но, чувствуя, что мое тело уже на пределе, я удержала себя в руках.

Не похоже, что Кертис нуждается в помощи.

С первого взгляда принц был похож на сияющую комету, перемещаясь верхом на его «связи». Он размахивал двумя большими мечами, ярко пылающими золотисто-красным пламенем, сжигая каждого врага, стоявшего на его пути. Когда несколько слоев щитов появились над алакрийскими магами, за которыми охотился Кертис, Граудер затормозил, и они вдвоем обрушили совместную атаку огня и чистой ударной маны, которая разрушила барьер и поглотила всех магов.

Я закрыла глаза, но было слишком поздно, чтобы избежать внезапной вспышки, заклинание взорвалось, оставив яркие белые круги, отпечатавшиеся в моих глазах. Мгновение спустя рев и порыв ветра донеслись и до меня.

Нырнув за Бу, я протерла глаза и подождала, пока исчезнут горящие круги и звон в ушах.

Это один из главных недостатков обладания сверхчувствами, подумала я, засовывая палец в ухо в бесплодной попытке избавиться от звона.

К тому моменту, как я посмотрела вновь, Хорнфелс ударом уже открыл вторую клетку и двигался к третьей, а его брат готовился уйти с первой группой

Я не могла найти Скарна в центре большого кольца испуганных эльфов, но фиолетовая энергия, которая устремилась вверх исходя из центра группы, говорила о том, что тот активировал свой медальон.

Статический гул магии медальона вызвал мурашки на моих руках, а волосы на затылке встали дыбом. Как и прежде, купол распался, и свет сфокусировался на каждом из почти пятидесяти человек, стоящих в плотном круге вокруг него, а затем они исчезли, все до единого.

Каменный голем, который все еще отбивался от группы алакрийских солдат, рухнул в тот момент, когда Скарн исчез. Двое из тех солдат выжили, но они были не в том состоянии, чтобы продолжать сражаться.

Хорнфелс и Кертис работали над тем, чтобы вывести оставшихся пленников на открытое место, где они могли бы быть организованы в группы, в то время как Кейтилин стреляла заклинаниями во все, что двигалось к ним из деревни.

Где-то плакал эльфийский ребенок… Я оглядела толпу, пока не нашла ее, крошечное существо, которое не могло быть старше пяти лет. Она бежала сквозь толпу, ее грязное маленькое личико переводило взгляд с одного человека на другого.

Девочка выглядела такой испуганной, что я чуть не бросилась ей на помощь, но остановилась, когда Кертис подхватил ее на руки и прошептал успокаивающие слова. Никто, казалось, не претендовал на нее, поэтому он держал ребенка при себе, пока они с Хорнфелсом организовывали эльфов в отдельные группы по пятьдесят человек.

Хорнфелс быстро управился со своим медальоном, и вскоре их окружил второй купол пурпурной энергии. Когда он распался, лучи света попали только на определенное число эльфов, оставив после себя некоторых, кто стоял ранее в кругу Хорнфелса.

Те, кого не взяли, закричали, но Кертис выкрикнул, чтобы привлечь их внимание.

— Вы там! Сюда, ко мне! Идите ко мне! — Он поднял его медальон и помахал им в воздухе, все еще держа эльфийского мальчика другой рукой.

Почти сотня эльфов уже была спасена, но, когда я посмотрела на число оставшихся на поляне, я поняла, что их было слишком много.

Потребуется по крайней мере три медальона, чтобы взять их всех…

Дальняя сторона деревни все еще светилась изумрудно-зеленым светом, который то и дело мерцал на моих глазах.

Я должна была вернуться к Тессии и Альбольду, чтобы дать сигнал, когда пленники будут освобождены, чтобы они могли использовать свои собственные медальоны и телепортироваться отсюда.

Но почти пятьдесят эльфов окажутся в затруднительном положении, если я не помогу Кертису и Кейтилин…

Затем в моей голове прозвучало предупреждение старейшины Ринии: «Когда придет время, Элли, ты должна выбрать цель».

Это то, о чем она говорила? Но моя миссия состоит в том, чтобы спасти эльфов, даже Командор Вирион сам так сказал.

Уверенная в способности Тессии справиться со слугой, хотя все еще немного боясь другой части предупреждения Ринии, я выбежала из-за деревьев туда, где Кертис и Кейтилин пытались организовать последних запаниковавших эльфов.

— … не можете оставить нас здесь, пожалуйста…

— … уже ушла с другими, я обязан найти ее…

— … видел сестру? Она только что была тут…

Почти сокрушенная низким гулом голосов, я отозвала свою звериную волю, и когда на этот раз мои чувства притупились, словно их накрыли одеялом, это было почти благословением.

Кейтилин помахала мне рукой, и я начала пробираться между эльфами. Первые, кто заметил Бу позади меня, закричали и бросились врассыпную, но они быстро поняли, что он не представляет для них угрозы.

Кейтилин уже осознала проблему. «Элли, я рада, что ты все еще здесь. Нам нужно, чтобы ты активировала один из медальонов, иначе…»

Ее рот захлопнулся, когда лезвие бледной, ядовитой маны вырвалось из тени, и Кейтилин едва успела наколдовать стену льда, чтобы отразить его.

Мое сердце болезненно забилось, когда меня пронзила волна ужаса. Билал внезапно оказался не более чем в пяти футах от нас, его руки снова были окутаны бледно-зелеными лезвиями маны, его лицо исказилось в гримасе безумства и ненависти, он полностью сосредоточился на Кейтилин.

Значит ли это…

Прежде чем я успела закончить свою мысль, поле вокруг нас ожило со светящимися изумрудными лозами, когда десятки, если не сотни, вырвались из земли. Некоторые змеились вокруг рук и ног Билала, в то время как другие образовывали барьер между ним и эльфами, которые кричали и убегали от него.

Ясный и резкий голос Тессии, как удар молнии, прогремел над полем боя. «Кертис, уходи! Сейчас же!»

Позади меня Кертис начал было опускать ребенка, явно собираясь броситься на слугу, но по команде Тессии замер. После секундного колебания он поднял свой медальон, и пурпурный купол поглотил его и ближайших эльфов в свете, а затем они исчезли.

Клинки Билала резали и рвали лианы, пока он пытался вырваться. «То, что я не могу убить эльфийскую ведьму, не означает, что я должен оставить остальных из вас в живых», — прорычал он, его слова пузырились из него, как будто его легкие были полны яда.

Но Тессия уже была там, и ее виноградные лозы защищали нас. Мне пришлось довериться и оставить Билала на ней, потому как вокруг нас толпа эльфов рассеялась так, что мы не смогли бы телепортировать их всех сразу.

Кейтилин возносила дополнительные барьеры изо льда, чтобы защитить ближайших заключенных, на случай, если Билал обратит свои атаки на них.

— Сюда! — Крикнула я, убегая от места, где бился слуга — Сюда, ко мне! Быстро!

Это заняло время, слишком много времени, но эльфы отчаянно пытались убежать, и они видели, что мы могли бы телепортировать их, если бы они действительно слушали, поэтому в конце концов они начали собираться возле меня, когда я отошла подальше от сражения.

Я наклонилась, чтобы помочь подняться старому эльфу, который упал в спешке, спасаясь от слуги, когда позади меня Бу взревел от боли и гнева, и что-то призрачное и зеленое промелькнуло мимо меня. Ядовитое лезвие едва не задело старика, прежде чем с шипением вонзиться в землю.

Старик застонал, когда я неуклюже подняла его. Я чуть не споткнулась о собственные ноги, пытаясь маневрировать с пожилым эльфом, одновременно готовясь к тому, что грядет позади меня, но два других эльфа схватили его за руки и помогли оттащить назад.

Из длинной раны на боку Бу медленно потекла струйка крови. Позади него, Билала подняла с земли огромная лоза. Лоза отшвырнула его в сторону, и слуга, как кукла, кувыркнулся в воздухе, прежде чем врезаться в один из ближайших домов.

— Элли!

Моя голова резко повернулась туда, где туманная фигура Тессии перетекала от лозы к лозе в направлении дома, где исчез Билал.

— Помоги Альбольду!

Мои глаза обыскивали мрачную поляну, пока я не заметила Альбольда, который сильно хромал, прижав руку к боку.

Я протянула руку и схватила одного из ближайших эльфов. Она была молода, с медово-светлыми волосами и стальным выражением лица. «Помоги собрать их в группы по пятьдесят человек! — Когда она посмотрела на меня с явным замешательством, я схватила ее за руку. — Сгруппируй их, сейчас же! Шевелись!»

С этими словами я бросилась через поле, добежав до Альбольда как раз в тот момент, когда он споткнулся и упал бы на землю.

У Альбольда было несколько длинных порезов на груди и животе, а кожа вокруг них приобрела болезненно-зеленый цвет. Он попытался заговорить, но сумел лишь откашляться полным ртом крови.

Не говоря ни слова, я положила тонкую руку эльфийского солдата вокруг моей шеи и потащила. Хотя я и не восстановила большую часть своей маны, с помощью адреналина от сражения я смогла поднять его на ноги.

Вдалеке двадцатифутовые виноградные лозы колотили дом, в котором находился Билал, обрушивая строение на его грязную голову.

Убрав с дороги слугу, по крайней мере на время, Кейтилин реорганизовала свою группу, в то время как эльфийка, которую я отправила собирать остальных, сделала все, что могла.

— Элли, ты можешь взять эту группу? — спросила Кейтилин, ее тон был наполовину испуганным, наполовину просто усталым.

На мгновение я ощутила волну беспокойства при мысли о том, что мне придется отвечать за более чем сорок эльфийских жизней, но Тессия все еще была здесь, она держала слугу под контролем, и большинство других алакрийских солдат были мертвы.

— Хорошо, я разберусь, забери отсюда этих людей!

Пурпурная энергия расцвела из ее медальона, вырастая над головами эльфов, распределилась в купол, который накрыл их всех.

Тени сдвинулись в середине группы, и внезапно Билал оказался там, возвышаясь над большинством эльфов. Все его тело было окутано толстым слоем маны, на моих глазах, мана текла по его телу и формировалась в длинные клинки, прикрепленные к его рукам.

Рука Альбольда все еще висела у меня на плече, и мне ничего не оставалось, кроме как с ужасом наблюдать, как растущие лезвия сомкнулись друг на друге, как ножницы, нацеленные точно позади шеи Кейтилин.

Магия медальона уже разделилась на отдельные лучи, и Кейтилин и эльфы были подсвечены в темноте. Ближайшие эльфы поняли, что Билал здесь, но, казалось, застыли в ужасе. Кейтилин же была полностью сосредоточена на медальоне…

Внезапно Кейтилин и эльфы исчезли. Клинки слуги, не причинив вреда, рассекли остаточные лучи света, и на поляне снова стало темно.

— У тебя все еще есть твой медальон? — спросила я Альбольда едва слышным шепотом. — Можешь его использовать?

Он устало покачал головой, но удержался на ногах, когда я вынырнула из-под его веса.

— Мне пришлось…

— Не имеет значения, — отрезала я, вкладывая ему в руки свой медальон.

Если бы только Кертис и Кейтилин не взяли с собой дополнительных…

Слуга на мгновение остановился, чтобы оглядеться, и выражение его лица с каждой секундой становилось все более недовольным.

— Эй ты, высокий и уродливый! — Крикнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Темные глаза Билала настороженно посмотрели на Тессию, которая быстро приближалась, прежде чем его взгляд с любопытством переместился на меня.

— Плохой день, а? — спросила я, отходя от Альбольда и становясь между оставшимися эльфами и слугой.

Он усмехнулся, его внимание вернулось к Альбольду и группе эльфов. Зазубренные осколки бледно-зеленой маны проявились вокруг поднятых рук слуги, когда он приготовился убить всех нас.

Черт побери! Еще бы немного времени.

Не раздумывая, я заставила себя смеяться. Это прозвучало пискляво и неестественно, но все же сработало. Билал снова посмотрел на меня.

— Знаешь, из вас двоих, я думаю, именно твой брат симпатичнее, — прохрипела я.

Билал прищурился, его светящаяся рука нерешительно опустилась. «Ты встретилась с Бивраном и все еще жива?»

Я кивнула. «К сожалению, я не могу сказать того же о нем».

Собрав остатки своей слабеющей храбрости, я положила руку на Бу и достала кольцо измерения Биврана.

Позади меня фиолетовая вспышка осветила ночь, и все напряжение покинуло мое тело. Мы сделали это. Последние эльфы были в безопасности.

Глаза слуги расширились при виде черного как смоль кольца, и он бросился ко мне. Бу прыгнул вперед, чтобы перехватить его, но меч-посох Тессии уже блокировал его атаку.

Ее яркая изумрудно-зеленая энергия оттолкнула его нездоровую ману, ее меч-посох сверкнул быстрее, чем я могла уследить

Однако клинки Билала были столь же быстры, и его способность перенаправлять свою ману на атаку или защиту в случае необходимости затрудняла задачу Тессии ранить его. Тем не менее, черные одежды слуги были запятнаны кровью в дюжине разных мест, и было ясно, что теперь, когда Билал перестал убегать, она одержит верх.

Тессия, с другой стороны, казалась почти невредимой. Ее лицо было решительным, взгляд прикован к цели, и клинки Билала не могли коснуться ее.

Я хотела помочь, но не знала, как. Моя мана лишь немного восстановилась, возможно, хватило бы на несколько стрел, но я не знала, как это изменит ситуацию.

И тут у меня появилась идея.

Мне не нужно много маны, только чтобы сформировать стрелу…

— Если ты мне не веришь… — Я приготовила стрелу-щит, которой стреляла в Бу, и прицелилась в Билала. — Я просто покажу тебе.

Темные глаза слуги заострились, когда я выпустила стрелу прямо в него. Билал, не желая рисковать, сдвинулся за Тессию.

Золотая стрела прошла мимо того места, где он был, и ударила Тессию высоко в живот, распространяя золотое сияние по ее телу. Она резко остановилась, с удивлением глядя на заклинание.

Ухмылка появилась на тонких губах слуги, быстро воспользовавшись, тем что Тессия открылась. Билал метнулся к ней и вонзил один из своих бледно-зеленых клинков в бок Тессии, а другой — в ее ногу.

— Я знал, что дикатенцы плохо обучены, но стрелять в одного из своих… — Билал выпучил глаза, когда меч Тессии вырвался из его спины.

Его недоверчивый взгляд опустился в замешательстве, а затем расширился от осознания. Хоть два клинка и сумели пробить мой барьер, но они не смогли вместе с ним пробить ауру Тессии.

Оружие Билала исчезло, а последние крупицы его маны вытекли из пробитого ядра маны, и он упал на колени. Одна костлявая рука прижималась к ране в груди, тщетно пытаясь остановить кровь, но она свободно вытекала из раны и темной лужицей скапливалась на земле.

— Вритра выбрал м-меня, — сказал он, задыхаясь, на его губах выступила пена крови. — Я буду богом среди…

Он медленно опустился на землю, его лицо погрузилось в лужу крови под ним.

Несколько лиан выползли из крови и обвились вокруг тела. Слуга начал тонуть, это лианы втягивали его в землю.

Его руки и ноги исчезли под рыхлой грязью, затем большая часть туловища и, наконец, лицо. Последнее, что я видела, были его мертвые, широко раскрытые глаза, а затем он исчез.

Изумрудные лозы поблекли, когда Тессия отозвала свою звериную волю. Вместо того чтобы наслаждаться победой над слугой — подвигом, который до сих пор совершал только мой брат, Тессия, казалось, съежилась.

Даже со спины она выглядела одинокой, ее плечи поникли, когда она глубоко вздохнула, прежде чем обернуться.

— Нам следует поспешить вернуться, Элли.

Глаза Тессии расширились, когда сильная рука легла мне на плечо.

— Вы стали намного сильнее, — произнес холодный, странно знакомый голос.

Холодная, большая тяжесть внезапно, казалось, обрушилась на меня, и даже без моей звериной воли, все, что произошло дальше, казалось, было как в замедленной съемке

Бу бросился на человека позади меня, но был лишь заключен в тюрьму черных шипов, которые появились быстрее, чем я даже могла моргнуть.

Моя «связь» Бу испустил громовой рев, начав колотить лапами по темным шипам, но он даже не смог оставить вмятину на них.

Тессия начала двигаться, но остановилась, когда рука на моем плече потянулась к горлу, в то время как другая сорвала кулон феникса виверны с моей шеи.

Мне было страшно. Даже стоя лицом к лицу с Бивраном и Билалом, я не чувствовала себя так… Как будто, что бы я ни сделала, это не будет иметь значения. Без этого кулона он мог легко убить меня, а я не могла и пальцем пошевелить, чтобы дать отпор.

— Э-Элайджа, — пробормотала Тессия, побледнев от ужаса.

Я почувствовала, как мое дыхание участилось, пытаясь переварить происходящее. Воспоминания о том, как Тессия описывала последнюю битву Артура перед тем, как он и Сильви были убиты, нахлынули на меня.

Элайджа был тем, кто убил моего брата. Он стоял прямо за моей спиной, но я едва могла оставаться в сознании, не говоря уже о том, чтобы искать мести.

— Я бы хотел, чтобы именно ты называла меня Нико, — холодно сказал мужчина.

— Хорошо… Нико. — Тессия успокаивающе подняла руку. — Ты сражаешься со мной, верно? Просто отпусти Элли.

— В прошлый раз ты ускользнула от меня, Сесилия. На этот раз я не оставлю ни шанса.

— Се… силия? — Не обращая внимания на свое изнывающее тело, я оглянулась. Это действительно был Элайджа, мальчик, который жил с нами в Ксирусе, только он был без очков и с темными мешками под глазами за прядями растрепанных черных волос. Так кто же такая Сесилия?

Тессия подошла ближе, одной рукой все еще сжимая рукоять меча. «Элайдж… Нико… В твоих словах нет никакого смысла».

Элайджа вздохнул, усилив хватку на моей шее.

Я беспомощно вцепилась в его руку, пытаясь сказать Тессии бежать, но мои слова вырывались из горла лишь сдавленным кашлем.

— Брось оружие и надень вот это, — Элайджа бросил Тессии пару толстых металлических наручников. Каждый из них имел большой драгоценный камень, вставленный в середину, и был выгравирован рунами, которые я никогда раньше не видела.

Жесткий взгляд Тессии превратился во взгляд побежденного. «И ты отпустишь Элли?»

— Ты бы снова попыталась покончить с собой, если бы я этого не сделал, верно? — Элайджа хмыкнул. Его хватка на моей шее ослабла, и я хотела крикнуть Тессии, чтобы она не делала этого, но взгляд ее глаз сказал мне все.

Тессия грустно улыбнулась мне, бросила свой меч-посох и застегнула металлические браслеты на предплечьях. «Надеюсь, твой брат простит меня».

Элайджа ослабил железную хватку на моей шее и оттолкнул меня. Я упала на землю, мое тело сотрясалось, рычание Бу превратилось в поскуливание.

Я могла только наблюдать, как Элайджа схватил Тессию за наручники. Он схватил медальон, висевший у нее на шее, и некоторое время изучал его, прежде чем бросить на землю передо мной вместе со спасительным кулоном, который он забрал у меня. «Я получил то, что хотел. Считай это последней услугой… Грею».

Мои дрожащие руки сжимали два бесценных артефакта, переводя взгляд с него на смуглого мальчика, который когда-то был самым близким другом моего брата.

Резким движением руки он отпустил Бу.

Моя «связь» тут же бросился ко мне, схватила за рубашку и потащила прочь. Я могла только беспомощно смотреть, как Тессия и Элайджа исчезли из виду, а навязчивые слова старейшины Ринии все давили на мой разум, как клеймо.

«Цена жизни этих эльфов может оказаться больше, чем Вирион готов заплатить».