Глава 357. Реликвия крови

Эфир пробежал по моему телу, обдавая каналы жидким огнем, и слился воедино в глубоком, как колодец ядре. Несмотря на отвлеченность мыслей, и бесчисленные повторения этого процесса, ощущение все еще опьяняло. Глубинная и неуловимая сила, которую даже асуры не могли полностью контролировать, находилась внутри меня лишь дожидаясь, когда ею воспользуются.

— Я думаю, мы все собрали, — подумал Реджис, когда мы закончили собирать воедино наши воспоминания. Последнее сообщение Сильвии не показывало точное местоположение четырех руин джиннов, но указывало на ведущие к ним зоны. Нам лишь потребовалось какое-то время, пока мы вспоминали необходимые детали, чтобы Компас мог привести нас туда.

— Да, — ответил я, визуализируя образ узких земляных туннелей, извивающихся, как лабиринт гигантских червоточин, во всех направлениях.

Я приоткрыл глаза, и меня поприветствовал хитиновый труп гигантской многоножки, на котором я сидел, перекачивая его эфир.

Когда мое ядро практически восполнилось, а пункт назначения был выявлен, я спрыгнул на землю, успев заметить, как Каэра встает с импровизированного мемориала брата. Ее глаза покраснели от слез, однако сам взгляд стал решительнее.

Не проронив и слова, мы лишь кивнули друг другу, прежде чем двинутся дальше.

Портал на выход из зоны находился в нескольких часах пути от логова, остальная часть путешествия по пустой зоне прошла без происшествий. Мы двигались быстро и молча. Реджис остался в моем теле, восстанавливая силы после использования Разрушения. Его контроль над этой способностью значительно улучшился с последнего использования, но я чувствовал какой ценой.

— Тебе стоит немного отдохнуть, прежде чем мы выйдем, — сказал я, когда мы наконец добрались до выхода. — Ты уже довольно давно не спала.

— Я в порядке, — ответила она, оглядываясь назад. Хоть она и не сказала, но я знал, что она уже готова покинуть эту зону.

Сосредоточившись на том изображении извилистых туннелей, я активировал Компас, и Каэра прошла внутрь. Зону по ту сторону покрывал толстый слой пыли, которая так же плотно витала в воздухе, затрудняя обзор перед нами, на месте Каэры я мог разглядеть лишь темный силуэт.

— Артур, — рявкнул Реджис, находясь внутри меня и по обе стороны от Каэры появилось еще два силуэта.

— Оставайся пока внутри, — указал я, сосредоточившись на тусклом красном свете, отражающемся от их оружия.

Пройдя через портал его свечение тут же исчезло позади меня, а я начал искать глазами Каэру и напавших на нее.

Красный клинок Каэры сверкнул в густой пыли и издал металлический лязг при столкновении с оружием нападавшего. Недалеко раздались низкие гортанные крики, и светящееся копье показалось на фоне темной пыли. Я схватил его за мгновение перед тем, как оно попало бы Каэре в спину. Прозвучал скрежет стальной и усиленной маной рукояти, когда я оторвал наконечник копья от древка и швырнул его в владельца. Зазубренный наконечник пронзил грудь нападавшего, и его смутная тень оторвавшись от земли врезалась в голую земляную стену.

Пыль начала оседать, раскрыв еще одного человека — крупного, покрытого грязью и глиной, — все продолжавшего атаковать Каэру зазубренным ледяным ятаганом, и двух Нападающих, стоящих вдоль стен узкого земляного туннеля, который вел наружу из этой маленькой комнаты.

С помощью Божественного Шага я оказался позади них, по моей коже дугой пробежала аметистовая молния. Первый умер мгновенно, когда я ударил его сзади по шее облаченной в эфир рукой, сломав позвоночник через кольчужный горжет. Второго, когда он уже начал активировать одну из рун, изображенных вдоль его позвоночника, я отправил в полет навстречу со стеной туннеля ударом с размаху. Он приземлился на собственное копье, оно прошло через его обнаженные бицепсы.

Он шепотом выругался, затем повернулся и в тщетной попытке потянулся за копьем, забыв о своем заклинании.

Противник Каэры по-звериному зарычал, когда их клинки столкнулись, звук оборвался плеском, вместе с тем, как ее меч пронзил грудь нападавшего.

Я надавил ногой на кровавую рану последнего мага, полностью проигнорировав его отчаянную попытку защититься огненной завесой.

— Почему вы напали на нас? — спокойно спросил я, наклоняясь и посмотрев ему в глаза.

— П-приказ Кейджа! — закричал мужчина, его покрытое грязью лицо исказилось от боли. — Мы просто выполняли приказ, прошу!

Наклонив голову, я приподнял бровь.

— Мне должно быть знакомо это имя?

— Наш лидер, — пыхтя сказал он, его испуганные глаза были неотрывно прикованы к хлещущей из раны крови. — Любой… любой, кто пройдет через этот портал, принадлежит ему.

Каэра опустилась на колени, чтобы проверить человека, которого я пронзил его же наконечником копья, но после она встала и бросила свирепый взгляд на выжившего восходящего.

— Почему это какой-либо восходящий должен «принадлежать» ему?

Я уловил слабые звуки приближающихся шагов. Убрав ногу с окровавленной руки, я отступил назад.

Маг тяжело дышал, его глаза теряли фокус. Судя по кровавой грязи, образовавшейся под ним, у него оставалось не так уж много времени.

— Реликвии нужна кровь, — сказал он. — Потому мы… мы…

Каменный шип вырвался из пола и пронзил грудь мага, разбрызгав кровь по лицу Каэры.

Я обернулся и увидел еще дюжину восходящих, собирающихся в кучу дальше по туннелю. В первых рядах группы стоял мужчина. Он так же был в грязи, как и все остальные, но под слоями грязи я мог разглядеть множество шрамов, пересекающих лицо, плечи и кисти. У него была стрижка ежиком, которая выглядела так, словно ее делали кинжалом вместо бритвы, а лицо покрывала узловатая светлая борода. На нем была надета не сочетающаяся между собой броня, выглядящая так, будто ее собирали из множества различных комплектов.

— Может вы уже расскажите, что за чертовщина происходит в этой зоне? — спросила Каэра спокойно вытирая кровь с лица носовым платком.

— Очень хорошо подмечено, — растягивая слова сказал покрытый шрамами восходящий с ухмылкой на лице. У него не доставало далеко не одного зуба, а те, что остались сточились до острых кончиков. — Вы достигли самых недр реликтомб, куда восходящие приходят, чтобы умереть.

Каэра уверенно вышла вперед, ее темно-синие волосы всколыхнулись, когда она приставила свой тонкий клинок к горлу мужчины. Восходящий ответил тем же, под его ногами образовался небольшой кратер, когда он сделал шаг вперед и прижался шеей к кончику лезвия Каэры.

— Отсюда нет выхода, — продолжил он с широко раскрытыми, темными и практически безумными глазами. — Разве что с помощью крови. Каждый либо дает, либо собирает, но все, кто поддерживал нейтралитет, не прожили долго.

Я осторожно протиснулся между ними и поднял руку.

— Мы не хотим сражаться с вами, если только вы нас не заставите. Но можете ли вы объяснить, что же здесь происходит? Только на этот раз менее загадочно.

Лидер — Кейдж, как я предположил, — казалось, моментально сбросил меня со счетов, и сильно нахмурился пока оценивал мою напарницу. Рубиновые глаза Каэры сверкали в темноте, но от ее взгляда веяло холодом. Их противостояние внезапно прекратилось, когда его хмурое выражение треснуло, как тонкий лед, и лицо исказилось в натянутой улыбке.

Кейдж постучал грязным пальцем по виску.

— Чувствую, твоя кровь не из тех, что пускают. Ты просто лакомый кусочек свежего мяса, — его громилы мрачно усмехнулись, — которого нам здесь не хватает. Видишь ли, разум, тело и дух людей черствеют в этом чистилище, — пока Кейдж говорил, его глаз начал подергиваться. — Чем дольше здесь находишься, тем хуже становится, и единственный выход — это осушить друзей и товарищей до последней капли крови. Жестокие, эти древние дьяволы…

Глаза восходящего со шрамом на мгновение потеряли фокус.

— По-моему, мы попросили тебя быть менее загадочным, — нетерпеливо сказала Каэра.

Люди позади Кейджа зашевелились, сжав оружие в руках, и обратив свои взгляды на мою спутницу. Один даже поднял потрескивающее электричеством оружие. Рука Кейджа метнулась, попав мужчине в висок.

— Не бряцайте саблями, пока я разговариваю!

Он улыбнулся Каэре, в его улыбке не хватало нескольких зубов.

— Видно, что вы люди состоятельные. Как говорится Виверны, а не воггарты. И поэтому я буду с вами откровенен. Вы попали в ловушку, в зону из которой нет выхода. Единственный выход — завладеть реликвией, хранящейся в центре этого лабиринта туннелей, но это можно сделать только путем кровавого жертвоприношения. И до сих пор никому не удалось пролить достаточно крови, чтобы обойти чары.

Значит я не ослышался. Кейдж тоже это сказал…

В этой зоне находится реликвия.

Я неотрывно следил за Кейджем, пока он говорил: его руки постоянно тянулись к оружию, его ухмылка то и дело сползала с покрытого грязью лица, но тут же возвращалась на свое место, а еще пока он говорил, то опустил голову и расправил плечи, словно бык. Все это создавало слегка угрожающий образ, похожий на звериную защитную реакцию перед потенциальной угрозой.

— Мы хотели бы увидеть эту реликвию, — мягко сказал я. — Ты отведешь нас к ней?

— Отвали, стручок! — рявкнул один из громил, указывая на меня мечом.

Кейдж хрипло усмехнувшись отступил на шаг назад и развернулся на месте так, словно находясь на военной службе. Из земли вырвалось тонкое каменное копье и пронзило руку выкрикнувшего человека, отправив меч в полет. Кейдж пнул мужчину в колено, отчего-то хрустнуло и выгнулось, затем схватил за горло и повалил на землю.

— Я не помню, чтобы позволял тебе говорить! — прорычал Кейдж брызжа слюной ему в лицо. Он поднял руку над головой и на спине вспыхнули руны, его руку от локтя вниз покрыл черный камень излучавший оранжевый свет и такой сильный жар, что я мог почувствовать его даже находясь в нескольких футах от них.

Словно кувалда, горящая перчатка снова и снова погружалась в лицо человека, наполняя пещеру запахом горелой плоти. Остальные восходящие расступились. Некоторые наблюдали за происходящим с каким-то мерзким предвкушением, но большинство отводили глаза.

Когда от лица восходящего уже ничего не осталось помимо обгоревшего мяса, Кейдж поднялся. У него появилась легкая отдышка, а вокруг сотворенной перчатки вздымался дым с мерцающим в нем огнем. Хрустнув шеей и вздохнув, он повернулся лицом к Каэре.

— Тут нужна была твердая рука, — сказал Кейдж, посмеиваясь. — Твердая рука, поняли?

Каэра сморщила нос от отвращения, тем временем люди Кейджа разразились заливистым смехом. Я же сохранял невозмутимость.

— Пустая трата крови. Тьфу-ты, — раскаленная перчатка рассыпалась на пепельные кусочки, когда Кейдж отозвал заклинание. — Тут такое дело, новоприбывшая. На доверии строится доверие. Во-первых, ты и твой мальчик-слуга пойдете с нами в лагерь. И там мы сможем решить, кто что увидит, хорошо?

Каэра открыла рот, и по ее выражению мне стало ясно, что она собиралась отклонить предложение Кейджа. Я схватил ее за рукав и слегка дернул.

— Госпожа, отказ от предложения этого человека не принесет ничего хорошего. Посмотрите, что он сделал со своим собственным союзником. Мы должны пойти с ним и посмотреть, что он скажет.

— Хорошо, — ответила она, озадаченно посмотрев на меня. Обращаясь к Кейджу, она сказала: — Мы пойдем с тобой.

— Мудрый у тебя маленький помощник, — хмыкнул Кейдж. — Вряд ли безрунец. Должно быть, ссаный Часовой прячет свою ману, а? — он посмотрел мне в глаза и сплюнул на землю. — Или, может, леди держит тебя рядом для иных целей, а, мальчик?

Я отпрянул от его пристального взгляда, чем лишь рассмешил его и его людей.

— Ну что тогда? — спросила Каэра, лавируя, между нами. — В твой лагерь?

— Гости вперед, — сказал Кейдж, указывая на туннель, словно швейцар, приветствующий нас в лучшей гостинице Алакрии. Его люди расступились, образовав узкий проход для нас с Каэрой.

— Неужели просто убивать всех и вся, что попадается на нашем пути, начало тебе надоедать? –спросил Реджис. — Что это за приступ кроткости и смирения?

— Просто оставайся внутри и сохраняй бдительность, — огрызнулся я.

— Ладно, — проворчал он.

Согласно образу внедренного воспоминания, зона целиком состояла из земляных туннелей. В них было полно изгибов и поворотов, будто какой-то гигантский червь прогрыз землю, оставив после себя этот лабиринт. Жилы некого раскаленного докрасна камня местами пробивались из земли, проливая на туннели ржавый свет.

Местами из стен туннеля выступали корни с толстыми лозами, Кейдж быстро предупредил нас обходить их стороной.

— Я бы избегал душителей. Думаю, мне не нужно объяснять это название.

Мы так часто сворачивали с одного направления на другое что мне было тяжело представить наше местоположение даже приблизительно, тем временем Кейдж продолжал говорить:

— Это война, в которой вы оказались, друзья. Хаос и кровопролитие, восходящие предают ради шанса получить настоящую, клянусь Вритрой, реликвию. Даже будь у нас возможность уйти, большинство просто не воспользовались бы ею. Уж точно не с таким призом на кону.

— Тут должно быть что-то еще, — сказала Каэра. — Восходящие — это не дикие животные.

— Все было еще хуже, когда я только попал сюда, — гордо сказал Кейдж. — Беспросветная кровавая баня, в которой каждый человек стремился убить любого на своем пути к вершине.

— Что изменилось с вашим приходом? — спросил я, осторожно обходя еще одну большую лозу, заграждавшую половину туннеля.

Кейдж горделиво хмыкнул.

— Я навел хоть небольшой порядок, конечно же! Проломил достаточно черепов, чтобы доказать свою силу, а затем заставил остальных перестать убивать друг друга. Создал племя, дал им цель. Мы взяли под контроль святилище, и с тех пор я решал, кому жить, а кому умереть.

Я уловил едва уловимую угрозу в его тоне.

— Если только подумать о том, насколько меньше людей стало погибать с тех пор, как я попал сюда, то я настоящий герой. Спаситель, а не какой-то там мясник, как вы, возможно, считаете.

Я оглянулся назад. Кейдж кивал головой, с ухмылкой на лице, полностью довольный собой.

— Насколько глубоко уходят туннели? — спросила Каэра. — Есть ли им конец?

— Это своего рода лабиринт, что образует большой круг, в центре которого находится святилище реликвии, — ответил он.

— Достаточно большой, чтобы заблудиться и умереть с голоду до того, как кто-либо тебя найдет, — я отчетливо услышал холодную насмешку в его голосе, когда он добавил: — Но туннели все еще полны безумных восходящих, которые только и ждут, чтобы перерезать вам горла в темноте, и они как раз-таки доберутся до вас раньше.

Узнать, что реликвия находилась в центре лабиринта это уже что-то, однако у меня пока не было никаких ориентиров, чтобы сказать где мы находимся. Но, как бы ни было интересно нахождение еще одной реликвии, мне было любопытно кое-что другое.

— Если это место настолько велико, то может быть, вы просто еще не нашли портал на выход…

— Нет! — рявкнул Кейдж, звук его шагов оборвался. Я обернулся и увидел, как он хмуро смотрит на меня, сжимая и разжимая кулаки. Короткие горящие шипы выступили из стен туннеля вокруг нас. — Ты сомневаешься во мне, мальчик? Множество сильных мужчин погибло в туннелях в поисках выхода. Мы знаем, как выбраться, так что только идиот будет продолжать искать. И ключом служит…

— Кровь, — насмешливо подумал Реджис синхронно со словами Кейджа,

— Так что нам просто нужно выяснить, как использовать ее.

Я кивнул, делая робкий шаг назад и наткнулся на лозу, сползающую со стены туннеля. Она кинулась на меня словно змея. Душитель обернулся вокруг ноги и погрузился в грязь, пытаясь утянуть меня за собой.

Мелькнул клинок Каэры, разрезав корень прямо у самой земли. Он ослабил хватку, начав извиваться у моих ног, словно умирающий червяк. Я отполз подальше от него в грязь, а Кейдж и остальные разразились диким смехом.

Кейдж рывком поднял меня на ноги и положил руку на плечо, вытирая слезы вместе с соплями со своего ярко-красного лица, все продолжая хохотать.

— Знаешь, пацан, мне не помешал бы хороший шут, — сказал он между приступами смеха. — Пожалуй, все же есть причина держать тебя при себе.

Реджис с наслаждением вздохнул.

— Это забавно. Я могу наблюдать, как над тобой издеваются, и в то же время с нетерпением предвкушать момента, когда ты раздавишь их причиндалы.

Потребовался еще час, чтобы добраться до лагеря Кейджа. Я задавался вопросом, как он смог так быстро добраться до портала на выход, но эта мысль улетучилась, как только я вошел в большой туннель с гладкими стенами.

В отличие от естественных путей, которые привели нас сюда, лагерь восходящих имел явные признаки вмешательства магии при создании. В отличии от низких туннелей, в которых почти везде едва ли можно было ходить прямо, здесь потолок был пятнадцать футов высотой. По меньшей мере сотня небольших осветительных приборов была подвешена над нами, отбрасывая смуглый, но достаточно яркий белый свет на людей, находящихся здесь.

Около дюжины человек в заляпанной грязью броне населяли туннель, который имел протяженность почти в семьдесят футов и ширину в тридцать. Некоторые из них тренировались, но большинство сидели вокруг маленьких, пылающих красным костров и разговаривали приглушенными, усталыми голосами.

Еще несколько были полуобнажены и скованы кандалами на запястьях, лодыжках и шее.

Каэра с удивлением глубоко вздохнула, но нашла в себе силы прикусить язык.

Закованные в кандалы мужчины были тощими и полностью коричневыми от грязи с длинными, неряшливыми бородами и спутанными волосами. Но кроме того, я заметил на их спинах руны, что выдавало в них магов. Двое вместе несли большой глиняный кувшин — осторожно избегая огромного корня душителя, растущего на одной из сторон пещеры, — в то время как третий произносил заклинание над аналогичным кувшином в дальнем конце лагеря. Еще один поворачивал вертел над огнем, жаря какое-то мясо. И мне совсем не хотелось знать чье мясо это было. Несколько из них опустив глаза стояли у открытых дверей ведущих к ряду небольших пещер, проделанных в главном туннеле.

Кейдж хлопнул меня по плечу покрытой шрамами рукой.

— Добро пожаловать в мой замок. Дом Людей в Клетке!

— Здесь нет женщин, — тихо сказала Каэра так, будто говорила сама с собой.

— Ах, ну, что-либо стоящее редко встречается в этой бездне отчаяния, — невесело проворчал Кейдж. — Еда, вода, развлечения…

Пока он говорил его глаза устремились к моей спутнице, медленно осматривая ее сверху вниз снова и снова.

— Дикарь, — сказала она, глядя ему в глаза.

— Да ну, прекрати! — взвыл он от смеха. — Когда-то давно я, как и ты был высшекровным. Однако здесь кровь у всех красная и легко пускается.

Он пронесся мимо нас, широко раскинув руки, когда вошел в лагерь.

— Ваш спаситель вернулся! — крикнул он громким голосом. — И я привел новых рекрутов!

Восходящие начали собираться, еще несколько человек вышли из пещер в стенах, но люди в кандалах, казалось, никак не отреагировали. Они лишь останавливались чтобы поклониться всякий раз, когда Кейдж проходил рядом, но в остальном продолжали выполнять свои обязанности.

— Хватит таращиться! — внезапно крикнул Кейдж, толкая одного из людей — дистрофичного мальчика, и судя по виду неровной растительности на лице, ему было не больше шестнадцати — отчего он споткнулся и упал, чуть не приземлившись в огонь. — Возвращайся к работе!

Пока мы шли, я вглядывался в их лица, и видел на них лишь запавшие глаза, впалые щеки и, прежде всего, суровые взгляды, которыми они то и дело смотрели на нас. Каждый из них был готов убить по одному слову лидера, несмотря на подобное обращение. Скорее всего отчаявшихся людей здесь скармливали реликвии, и чтобы избежать этого они выбрали ярость и ненависть. Это были выжившие. По их глазам я видел, что они пошли на ужасные вещи ради выживания.

Кейдж привел нас в самую большую из пещер, но называть ее простой пещерой было бы преуменьшением. Талантливый маг выделил себе пространство, достаточно большое для семьи из четырех человек. Полы были обделаны чем-то похожим на мрамор, в то время как красноватые стены вырезали так, чтобы они выглядели словно кирпичные. Каменную мебель покрывали меха и одеяла — все это значительно больше, чем один человек мог бы принести с собой в реликтомбы.

Огромная кровать занимала центр одной стены и была завалена большим количеством мехов и спальными мешками, в свернутом виде, связанными вместе шелковыми шнурами.

— По крайней мере, тебе не пришлось отказываться от своего роскошного образа жизни высшекровного, — саркастически сказала Каэра, осматривая его импровизированный дом.

Кейдж завалился в шезлонг и закинул грязный ботинок на каменную подставку для ног.

— Признаю, все не так уж плохо. Там я был лишь четвертым сыном слабеющей крови, но здесь я словно Владыка.

Каэра закатила глаза.

— И что же случится, когда Ассоциация Восходящих узнает о том, что произошло в этой зоне конвергенции? Ты будешь казнен.

Кейдж ухмыльнулся ей, словно редкозубая акула.

— Но только при условии, что мы когда-либо сможем выбраться, миледи. И если сможем, то это будет означать, что мы прихватили и реликвию. Всем будет плевать какими средствами ее заполучили, — он заложил руки за голову и уставился в потолок.

— Представь это. Первая живая реликвия, возвращенная за сколько лет? Два десятилетия? Три? Богатств хватит на каждого из нас, чтобы сохранить свою кровь сильной на протяжении многих поколений.

По кислому выражению лица Каэры я понял, что она знала, Кейдж был прав.

Шаркающий звук шагов под дверью уведомил о прибывшем человеке, он поклонился, пытаясь удержать тяжелую бочку с какой-то плещущейся жидкостью. Он был очень бледным, как и его волосы серо-каштанового цвета, которые вяло ниспадали на плечи. Он лишь мельком взглянул на нас с Каэрой своими как агат черными глазами, прежде чем спотыкаясь подойти к столу, сгорбившись под тяжестью бочки.

— Ах, Крыс, как раз вовремя. Это труасианский стаут? — спросил Кейдж, облизывая губы. Когда он увидел мой недоумевающий взгляд, то подмигнул. — Какой-то дурак засунул половину таверны в свое пространственное хранилище. Но тем лучше для нас.

Его лицо приобрело печальный вид.

— Он почти кончился, не так ли, Крыс?

Человек названный Крысом вытер пот со лба, постукивая по бочонку.

— Боюсь, что так, господин. Осталась всего одна бочка бледного из Сехз-Клара.

Кейдж фыркнул.

— С таким же успехом можно пить мочу Крыса, — он сплюнул на землю.

Крыс был одет в простую льняную рубашку и брюки, без брони. В отличии от других, на нем не было кандалов. Он избегал взглядом Кейджа, покорно опустив голову, когда он говорил, его голос звучал мягкими и безобидным. Он сразу напомнил мне одноименного зверька, заметавшегося по углам комнаты, стараясь не быть раздавленным.

Как ни странно, он был достаточно опрятным. Он отличался от других, кто был покрыт грязью так, словно это их вторая кожа кто имел комья грязи даже в волосах. На его одежде и лице не было и пятнышка грязи, несмотря на лохматость. Лишь на руках были заметны какие-то признаки грязи.

Его бегающие глазки на мгновение остановились, заметив, что я смотрел на него, но тут же продолжили свой путь.

— Возможно ли… — начал я, но мой голос дрогнул. — Увидеть реликвию сейчас?

Кейдж взял у Крыса глиняную кружку и пригубил ее, сделав несколько глотков, при этом пролив, по меньшей мере половину на бороду и нагрудник.

— Ах, хорошо. Хоть все хорошие вина и в Этриле, но эти труакийские ублюдки знают, как варить пиво.

Он поставил кружку и наклонился вперед, бросив на меня любопытный взгляд. Однако, его следующие слова были обращены к Каэре.

— Сейчас ты на моей территории. Я вижу, что ты сильна, быть может, даже почти ровня мне, один на один, — по его усмешке было видно что он в это не верит, а просто проявляет вежливость, — но в моем распоряжении две дюжины жестких ублюдков, а у тебя один робкий мясной щит.

Каэра скрестила руки на груди, выглядя невозмутимой.

— Ты хочешь увидеть реликвию. Тебе стоило бы найти себе место тут, поскольку в ближайшее время ты не покинешь это место, — его лицо исказилось в уродливом, хищном оскале. — У меня есть свои желания и потребности. Так на что ты готова обменять ваши жизни?

— Будь у тебя все, чего хочешь, ты бы просто убил нас у портала, — Каэра наклонилась, оказавшись лицом к лицу с усеянным шрамами восходящим. — На самом деле я думаю, что тебе нужна помощь, и ты надеешься, что мы сможем ее оказать.

— Думаешь мне нужна помощь? Я знаю, как выбраться отсюда. Я решил эту проблему! Все, что мне нужно, это больше крови. — Кейдж внезапно встал, опрокинув подставку для ног и ткнул грязным пальцем в мою невозмутимую спутницу. — И я могу убить тебя и твоего мужчинку в любой момент, когда захочу.

— Тогда не должно быть проблемой показать нам реликвию, — холодно ответила Каэра.

Крыс нервничал, быстро постукивая пальцами по столу, его широко раскрытые черные глаза застыли на Кейдже. Когда он увидел, что я смотрю, то сразу прекратил и занялся наполнением еще одной кружки пива.

Кейдж впился взглядом в Каэру.

— Крыс отведет твоего слугу в святилище, чтобы он увидел реликвию. Но ты останешься здесь со мной, поняла?

— Нет, она должна пойти со мной, — быстро сказал я, придвигаясь немного ближе к ней.

— Боишься остаться без своей дамы-рыцаря, принцесса? — спросил Кейдж, проводя пальцами по рукояти своего ятагана.

— Твое предложение неприемлемо, — решительно сказала Каэра. — Я хочу увидеть ее собственными глазами, чтобы самой лучше оценить ситуацию.

— Ты ошиблась. Это не предложение. Это приказ — сказал он. — Он может идти, но ты останешься здесь. Со мной.

К этому моменту они вдвоем держали руки на рукоятях. Я предпочел бы не оставлять Каэру наедине с этим сумасшедшим убийцей, но и бросать маскировку пока не был готов.

Каэра посмотрела мне в глаза в поисках совета. Я незаметно кивнул, и она убрала руку с оружия. Кейдж же не спешил убирать.

— Ладно, — раздраженно сказала она, сдаваясь. Она подошла к предводителю, который всего на был дюйм выше ее. — Коснешься меня, и я отрежу любую нарушившую черту часть тела.

— Выпьем за это, — Кейдж протянул кружку Каэре, поигрывая бровями.

Крыс поспешно выпроводил меня. Несмотря на перспективы получения новой реликвии и встречи с еще одним джинном, я думал о Кейдже, точнее, как лучше поступить с ним, когда все закончится.