Том 13: Глава 263. Гость с Севера (часть 4)

Черепаха-дракон (龍龜).

Божественное животное и один из пяти Духов (五靈).

Пять Духов-Зверей: Имуги, Огненный Цилинь, Драконья черепаха,  Пэн [1] и Пхун (Ветер) Бэкхо (Белый Тигр).

Как следует из названия, это дух дракона с головой дракона и телом черепахи.

С течением времени у большинства духовных зверей их тела растут и начинают генерировать более сильную духовную силу, а духи драконов проявляют свою силу в количестве голов.

Торговцы часто поклоняются драконьим духам как богам и молятся им о благополучном прибытии и отправлении товаров, и делают амулеты.

Согласно древним Саги  (史記 — исторические записи), во времена Трёх властителей и пяти императоров [2] (三皇五帝) появился шестиглавый дух дракона и забрал жизни половины жителей Чжунъюня.

В то время существовала легенда о том, что трое из Пяти Императоров, Цзян Шэнь-нун (伏羲氏), Фуси (神農氏) и Нюйва (女媧氏), возглавили свой народ и убили духа зверя ради мира.

— Драконы — действительно опасные существа. Это не то, с чем легко справятся даже герои.

Поскольку Хон Пхальу высказал свое мнение, даже Моён Ган настаивал на том, что просьба о помощи должна быть отклонена.

Говорил он это предельно серьезно, но с дрожащим взглядом.

Люди клана Моён, происходившие из павшей династии Янь, очень хорошо знали силу дракона.

— В прошлом династия Янь встречалась с трехглавым драконом. У вас есть какие-нибудь идеи о том, что произошло?

Из-за этого одного трехглавого дракона было уничтожено пять городов и погибли тысячи людей.

Только задействовав множество воинов и помощь Мурима, дракон был убит.

Поэтому Моён Ган и другие, лучше других знакомые с легендами и рассказами о драконах, поскольку сами были свидетелями разрушений, которые приносили эти звери, называли это духовное существо бедствием (災殃).

— Их не зря называют катастрофой. Даже если это неправда, я не вижу необходимости для нас изо всех сил помогать им, когда мы знаем, что сила нашего клана Юйлинь значительно уменьшилась, — высказался Моён Ган.

С другой стороны, глава храма Шаолинь Гак Ён, второй лидер Сил Справедливости, придерживался другого мнения.

— Амитабха. Слова Лидера Моёна понятны, но если мы проигнорируем просьбу Ледяного дворца Северного моря, они не только понесут большой ущерб, но и могут исчезнуть. Мы подписали с ними соглашение и пообещали помогать друг другу, когда возникнет что-то, с чем невозможно будет справиться.

— Даже если и так…

Прежде чем он успел закончить, вмешался четырнадцатый лидер Сил Справедливости Чжок Ян.

Среди кланов, которые поклонялись даосизму, он «умеренной фигурой», и придерживался нейтральной позиции.

— Лидер Моён. Даже я думаю, что слова святого в этом вопросе верны. Если дух нашего клана стремится к справедливости (正義崇尙) и поклоняется к ней, не кажется ли вам, что мы должны действовать первыми? Не нарушаем ли мы её?

— Кхм!

Как только он упомянул о позиции Юйлинь, Моён Ган не смог это опровергнуть.

Однако Хон Пхальу было что сказать.

— Как сказал лидер, справедливость — это наш дух. Поддержание справедливости должно быть нашим делом, но Силы Зла на западе и клан Шести Искусств Бога Клинка на востоке преуспевают, и даже силы Демонического культа крепнут с каждым днем. Кто сохранит справедливость, если что-то случится во время этой миссии?

— Если мы сможем помочь им так, чтобы это не повредило нам…

— Нет. Разве он только что не сказал, насколько опасен трехглавый дракон? Он уничтожил пять городов. Итак, я полагаю, вы понимаете, насколько опасным может быть четырехглавый дракон, верно? Скорее, мы должны быть благодарны, что это случилось на Севере, а не в Цзянху…

— Амитабха! Лидер Хон, ваши слова чрезмерны!

Это была одна из их самых интенсивных встреч.

Ни одна из сторон не хотела отступать, и у обеих были разумные аргументы.

Великому Лидеру пришлось бы принять чью-то сторону.

«Мнения обеих сторон справедливы, поскольку они стремятся к благополучию Сил Справедливости. Но есть одна вещь, которая меня беспокоит».

Опасность, которой они могли подвергнуть себя, не принималась во внимание.

Если это действительно был дракон, запечатанный целую вечность и недавно вырвавшийся, северяне должны дать им более подробную информацию.

Пока лидеры спорили о драконе, И Мока беспокоили детали.

«Хм-м?»

Однако был кто-то еще, кто обращал внимание на ту же часть, что и И Мок.

Его второй сын, Кан Соа.

Он был тем, кто излучал совершенно другую атмосферу, чем Ён Бусо. Этот парень был полон типичных духом Сил Справедливости.

Взгляд его словно мог видеть любого насквозь, и это заставляло людей чувствовать угрозу.

«Он достаточно талантлив».

И Мок крепко зажмурился.

Первый ребенок, Ён Бусо, был возвращен Силам Справедливости месяц назад.

[Монстр… этот человек — монстр. Тьфу!]

Когда Ён Бусо прибыл, даже несмотря на то, что его рука была отрезана, он не прекратил тренировки.

Однако, как и у любого могущественного человека, чья гордость была сокрушена полным поражением, его разбитое сердце и дух не проявляли никаких признаков выздоровления.

«Поскольку он предпочел скрыться в темноте, я не пытался использовать его…»

Кан Соа был самым амбициозным из троих детей, которых он вырастил.

Самое страшное было то, что, несмотря на свои амбиции, он знал, как дождаться подходящего момента, прежде чем раскрыть себя.

Это была движущая сила, которая могла заставить его развиваться бесконечно, но Великий Лидер И Мок никогда не воспринимал его всерьез.

[Силы Зла должны быть уничтожены.]

Кан Соа делал то же самое заявление в течение последних десяти лет.

Великий лидер И Мок знал, каким был его характер.

Он боялся, что, если этот ребенок возьмет власть Юйлинь в свои руки, весь Мурим будет запятнан кровью.

[Разве талант Кан Соа не сравним с талантом Ён Бусо?]

[Не лучше ли пока оставить место нового преемника открытым?]

Была причина, по которой И Мок снял Кан Соа с этой должности.

С тех пор как Ён Бусо стал калекой, он очень старался смириться с общим мнением, и даст Кан Соа шанс.

Итак, в качестве теста он недавно заставил его присутствовать на различных собраниях.

Может быть, этот спящий дракон, спрятавшийся в тени, в конечном итоге проснется?

Кан Соа, который был в раздумье, встал и посмотрел на других лидеров, прежде чем сказать.

— Великий Лидер. И другие присутствующие здесь лидеры, можно мне попросить вас об одолжении?

Взгляды всех, кто уже некоторое время спорил, обратились к Кан Соа.

«А?»

Даже И Мок был озадачен.

Он не ожидал, что парень выскажет свое мнение на такой важной встрече, на которой присутствовал впервые.

То же самое было и с остальными, которые смотрели на него.

— Амитабха. Одолжение? — спросил Гак Ён из храма Шаолинь.

Кан Соа был лидером Полка Черных Теней, одной из четырех основных сил Сил Справедливости, наряду с Белым Полком Ён Бусо.

На вопрос Гак Ёна Кан Соа вежливо указал на дверь комнаты и сказал.

— У меня есть вопрос к посланнику Ледяного дворца Северного моря. Могу я вызвать его на минутку в комнату?

Моён Ган прищурился и спросил:

— Но этот вопрос ещё не решен.

Это подразумевало, что он, будучи ребенком, не имел права выражать свое мнение.

Тем не менее, Кан Соа ответил, не выказывая никакого намерения отступать.

— Это важный вопрос, который определит, следует ли нам двигаться на Север или нет.

— Что-то, что поможет нам решить?

— Хм…

Всех немного шокировали слова Кан Соа.

Дан Чжусон, который ждал в другой комнате, вошел с озабоченным выражением лица.

Глаза наполнились предвкушением, в надежде, что они пришли к благоприятному решению.

Вопреки его ожиданиям, Кан Соа прикоснулся к посланию и спросил:

— Я хотел бы задать вопрос посланнику с Севера. Согласно содержанию, говорится, что вы пытались найти подземный путь, разбивая лед, чтобы отыскать потерянное сокровище Ледяного дворца. Это значит, что вы не знали, что дракон был жив, верно?

Дан Чжусон был разочарован.

Они были заняты в течение одного часа, но, похоже, решение ещё не было принято.

Однако он не выразил своего сожаления и ответил:

— …Прошли сотни лет с тех пор, как дракон был заморожен во льду и запечатан. Мы предположили, что монстр давно мертв.

— Да? Хм, это не имеет значения.

Взгляд Дан Чжусона стал холодным.

Ему не нравилось, что Кан Соа допрашивает его.

Не обращая на это внимания, тот продолжил говорить.

— Однако в этом послании написано, что это произошло из-за мощности бомбы, которую вы получили от Цзянху.

При этих словах выражение лица Дан Чжусона посуровело.

Поколебавшись мгновение, он коротко ответил:

— …это верно.

— Вы написали о бомбе, которую получили от Цзянху. Не могли бы вы рассказать мне подробно о том, где вы её взяли?

— Насколько это важно?

Кан Соа ответил на вопрос взволнованного Дан Чжусона.

— Если мощность этой бомбы достаточно велика, чтобы уничтожить место, где был запечатан дракон, то её взрывная сила необычна.

— …верно.

— Было упомянуто, что бомба прибыла из Цзянху, с Центральных равнин.

— …

— Но бомба с такой мощностью равна Громовой бомбе [3] (震天雷) императорского дворца, и, тем более, она не должна передаваться другим. К такому не имеют доступ даже Юйлинь, у которых тесные отношения с императорской семьей.

— Ах!

Услышав слова Кан Соа, все лидеры воскликнули.

Они были так сосредоточены на вопросе о драконе, на бедствии, что упустили из виду то, о чем говорил Кан Соа.

— Я слышал, что во время войны в замке Цзинь, под землей было заложено большое количество бомб.

Кан Соа предположил, что бомбы принадлежали клану Шести Искусств Бога Клинка.

Вот почему он задал этот вопрос.

Ответ, какое отношение Ледяной дворец Северного моря имеет к клану, заставит лидеров принять решение о помощи им.

От них что-то скрывали.

Теперь все были сосредоточены на Дан Чжусоне.

Озадаченный, он некоторое время размышлял, а затем ответил, сделав глубокий вдох.

— Фух, это вопрос внутренних дел во дворце, так что предполагалось, что это будет раскрыто только позже. Я буду честен. Бомбы были получены от чудовищной группы с Центральных равнин. Они пришли во дворец и подарили их.

— Чудовищная группа?

— Ни чиновники, ни дворцовые люди не знают, кто они такие.

— Что это должно означать?

— Мы только слышали, что это был клан из Цзянху, у которого были большие связи с тремя старейшинами нашего дворца.

— И даже они не знают?

— Они сказали, что не могут раскрыть личность, пока ситуация не станет чрезвычайной, мы не в курсе.

Лидеры были в замешательстве.

Даже если это было так, если у этих трех старейшин были такие отношения, это означало, что у них был высокий статус, которому никто не мог противостоять.

— Ты хочешь сказать, что эти старейшины не раскрывают этого? Нам трудно это понять.

На слова Кан Соа Дан Чжусон ответил дрожащим голосом.

— Что мы может услышать от людей, которых больше нет в этом мире?

— Простите?

— Король и трое старейшин погибли, когда были заключены подо льдом вместе с этим драконом.

«?!»

Все были шокированы открывшейся горькой правдой.

Поскольку печать, которая была на буклете, принадлежала заместителю короля, они предположили, что с дворцом что-то не так, но они никогда не предполагали, что это могло произойти.

С горечью в голосе И Мок извинился:

— Нам очень жаль это слышать. Мы будем оплакивать их.

— Спасибо за ваши слова, но смерть нашего короля не была несчастным случаем.

*Ах!*

Дан Чжусон достал что-то из рукава и положил на стол.

Это была хорошо сложенная бумага.

Моён Ган, который был ближе всех, развернул бумагу, к которой была прикреплена ткань, и показал её остальным.

— Э-это?

Читайте ранобэ Наномашины на Ranobelib.ru

— Единственное, что уцелело от израненных тел.

В тот момент, когда они увидели это, все поняли.

Следы на ткани.

«Клан Шести Искусств Бога Клинка!»

Следы, оставленные на этой ткани, были такими же, как от Экстремального Искусства Бога Клинка.

Они сражались с ними в замке Цзинь, и смогли четко распознать их.

Проницательность Кан Соа оказалась верной.

***

(Офигенно, следующий отрывок анлейт решил почему-то сделать новой главой.)

Новый филиал Демонической Академии.

Чхон Ё Ун посмотрел на шрамы, которые остались на торсе Бэкхёна, который снял свою рубашку.

Он очень хорошо знал их.

Очевидно, это рана была нанесена Экстремальным искусством Бога Клинка.

— Узнаете? — спросил Бэкхён с жестким выражением лица, когда все остальные в комнате выглядели странно.

Великий страж, Марагём кивнул и ответил:

— Экстремальное искусство Бога Клинка. Это техника, используемая кланом Шести Искусств Бога Клинка.

— Клан Шести Искусств Бога Клинка!

Дан Бэкхён, услышавший эти слова, не смог скрыть своего удивления.

Даже придя в Цзянху, он не мог понять, что это была за техника, которая поставила его на грань смерти.

— Разве это не тот клан, который появился совсем недавно?

Поскольку это была странная техника, он подумал, что уважаемый Владыка Демонического культа и другие кланы Цзянху могут знать о ней. Но источником его раны была опасная группа, гораздо более опасная, чем он ожидал.

«Они и до Севера добрались».

Подумал про себя Чхон Ё Ун.

Дан Бэкхён, который доказал, что он человек из Ледяного Дворца Северного моря, благодаря словам Ван Чжона, показал им рану, пытаясь объяснить процесс получения нефритовой таблички бывшего Владыки.

— Ты сказал, что они были приглашены тремя старейшинами?

— Ха-а-а… Да, трое старейшин знали кого-то из клана, кто занимался бомбами, и хотели, чтобы всё прошло гладко.

Говорили, что в Ледяном дворце Северного моря давно затерялся священный предмет.

Сокровище, которое символизировало Ледяной дворец и передавалось из поколения в поколение.

Однако в процессе усмирения Черепахи-Дракона, которая появилась в Северном море сотни лет назад, воины дворца принесли себя в жертву, похоронив себя вместе с драконом и Суро.

— И поскольку с тех пор прошли сотни лет, мы подумали, что дух, должно быть, замерз там насмерть.

Король вместе с тремя старейшинами и группой клана Шести Искусств Бога Клинка, которые привезли бомбы, сумели прорваться сквозь ледяные стены и айсберги, и успешно проникли в подземелье.

— В то время я ничего не знал. У них были свои причины помогать нам.

Поскольку старейшины скрыли свои личности, предполагалось, что никаких дурных намерений не будет.

И подземелье, о котором им всегда говорили, оказалось очень глубоко.

— В какой-то момент мы даже не знали, насколько глубоко мы погружаемся.

Сначала они надеялись найти только сокровище, но, вопреки их ожиданиям, первым они отыскали Дракона, который был заморожен во льду.

Появление Черепахи-Дракона было более величественным, чем они себе представляли.

— Именно там они показали своё истинное лицо.

Группа внезапно напала на них.

Король, воины Ледяного Дворца Северного моря, как им и подобает, спокойно отреагировали на внезапное нападение.

Однако произошла неожиданная засада.

— Трое старейшин, которых мы считали союзниками…

*Скрип!*

Бэкхён заскрежетал зубами, вспомнив, что произошло.

— Эти ублюдки нанесли удар в спину нашему королю!

Король, на которого напали доверенные подчиненные, позже был ранен врагами и скончался на месте.

Оставшиеся воины Ледяного дворца сражались, но они не могли продержаться долго из-за падения боевого духа, а враг был слишком силен для них.

— Я думал, всё кончено.

Но произошло нечто неожиданное.

Никто не знал, что почему, но бомба, что у них была, взорвалась.

— Лед раскололся… этот… монстр… он был выпущен. Случилось то, чего никто и представить себе не мог. Кто бы мог подумать, что чудовище, замороженное сто лет назад, всё ещё живо?

Такого не ожидал даже клан Шести Искусств Бога Клинка.

Освобожденный ото льда, который держал его в плену сотни лет, дракон свирепствовал, и клан бросился убивать его.

— Драконья черепаха… настоящее чудовище.

Бэкхён не мог забыть тот рев монстра.

Люди клана Шести Искусств Бога Клинка объединили свою внутреннюю энергию, но даже не поцарапали чешую черепахи.

Напротив, их поразила молния, и они умерли.

Мгновенно.

Однако среди людей клана Шести Искусств Бога Клинка был человек, который казался другим.

— На его лице была железная маска. Он был каким-то другим. И…

Боевые искусства его были поразительны.

Человек, который вначале бездействовал, и которого не победил бы даже Король, будь он жив.

— Но даже у этого чудовищного человека не было другого выбора, кроме как уступить перед настоящим монстром.

Черепаха-Дракон была буквально сама по себе катастрофой.

Каждый раз, когда она делала шаг, все вокруг сотрясалось. Дан Бэкхён знал, что не справится с этим, поэтому, израненный, сбежал.

К счастью, его не поймали.

— Я бежал как сумасшедший, не оглядываясь назад.

По пути наверх он услышал мощный взрыв под землей.

Вся пещера изо льда затряслась, как будто вот-вот рухнет, а испуганный Бэкхён побежал еще быстрее.

— Бомба.

Бэкхён кивнул.

— Возможно… эти ублюдки взорвали бомбу, чтобы убить Черепаху-Дракона.

Он убежал далеко.

И сотрясающаяся подземная пещера погрузилась в тишину.

Не было слышно звуков битвы.

Когда он добрался до середины пещеры, Бэкхён, истекающий кровью остановился на пару секунд, чтобы перевести дух.

— Я думал, что я единственный, кто остался в живых. Думал, что даже дракон погиб. Но всё это было иллюзией.

В земле появилась трещина, и оттуда выглянула одна из драконьих голов.

То ли для того, чтобы утолить голод, дракон оскалил свои злобные зубы и попытался сожрать его.

— Я думал, что умру.

Внезапно кто-то вышел и проткнул дракону глаз.

Дракон взревел от боли, и его длинная шея и голова вскоре вернулись обратно в дыру, из которой он появился.

Подземная пещера сильно затряслась. Казалось, что дракон разозлился и хотел подняться наверх.

— Кто спас тебя?

Глаза Чхон Ё Уна блеснули.

Похоже, что он уже знал, кто это был.

— Тот самый человек в железной маске, который вначале бездействовал. Когда он спас мне жизнь, я не мог понять, что происходит.

Не было никаких сомнений в том, что он был членом клана Шести Искусств Бога Клинка.

Но Бэкхён не знал, почему он спас его.

И тогда человек в железной маске сказал ему:

[Убегай. И попроси о помощи. Не позволяй Драконьей Черепахе попасть к ним в руки.]

Он не знал, почему он это сделал, но он был человеком, который спас жизнь Бэкхёну.

Бэкхён решил, что он не может быть врагом, и попросил мужчину даже убежать с ним.

Однако человек в маске сказал, что ледяная пещера должна быть разрушена, чтобы Черепаха-Дракон не сбежала.

— А потом он дал мне это.

Бекхён указал на идентификационную табличку бывшего Владыки, Чхон Инчжи, которая лежала на столе.

Взгляд Великого стража Марагёма сквозь щели в маске стал трепетным.

— Человек в железной маске дал это тебе?

—  Он сказал: «Возьми это и иди к Владыке, Чхон Ма из Порядка Небесного Демона».

Он показал свою табличку и попросил использовать её, чтобы попасть к Десяти Тысячам Гор и войти в Демонический культ.

Из-за нехватки времени в пещере он не мог рассказать Бекхёну все подробности.

— Как ни странно, он назвал себя владельцем дощечки и не раскрыл, к кому принадлежала группа людей, нацелившихся на дракона.

Глаза Чхон Ё Уна расширились.

Но Бекхён, не замечая этого, закончил рассказ.

— После передачи нефритовой дощечки он исчез в дыре, из которой высунулась голова Черепахи-Дракона…

*Пам!*

Прежде чем он успел закончить, Марагём схватил мужчину за руки.

— Есть ли какие-нибудь приемы, которые ты помнишь, хотя бы немного движений, которые выполнял человек в железной маске?

— А… это была техника владения мечом, которую мне слишком трудно повторить…

— Подойдет все, что угодно. Это нормально, даже если ты всё испортишь. Если есть что-то, что ты можешь вспомнить, просто покажи один раз! Владыка!

Все внимание Марагёма было приковано к словам Бекхёна, который сказал, что боевые искусства человека в железной маске были захватывающими.

Если бы Бекхён мог вспомнить хотя бы немного из того, чему стал свидетелем, это могло бы очень помочь в установлении личности.

Чхон Ё Ун кивнул и дал свое разрешение.

Марагём вытащил свой меч, который висел у него на поясе, и передал его юноше.

Это было неловко, но Бекхён взял меч и закрыл глаза, чтобы вспомнить те моменты.

— Я не могу вспомнить всё в деталях, так что не ожидайте слишком многого.

После этих слов Бекхён взмахнул мечом.

Вспоминая всё, что он мог, о движениях, которые человек в железной маске выполнял против Черепахи-Дракона.

«Сделаю только то, что смогу вспомнить лучше всего».

Технику, которую использовал этот человек, было почти невозможно выполнить.

Потому что это была техника владения мечом, которую Бекхён никогда до этого не видел.

*Свист!*

Меч рассек воздух.

Это было больше похоже на тренировку владения мечом, чем на выполнение техники.

«Ах, это так неуклюже. Это единственный способ выяснить?»

В глазах Хо Бона юноша был настолько неряшлив, насколько это вообще возможно.

Однако Чхон Ё Ун и Марагём, которые наблюдали за его движениями, отреагировали по-другому.

Через некоторое время из их уст вырвались одни и те же слова:

— Меч Небесного Демона!

В неуклюжих движениях Бекхёна было слишком много брешей, но это было явно похоже на Двадцать Четыре Меча Демона.

При этих словах лицо Марагёма покраснело, а на глазах выступили слезы.

— А-а-а! Мастер! Он, несомненно, бывший Владыка!

[1] Правильно я теперь не доверяю анлейту, тут он писал про Гаруду, а на самом деле  вот:Пэн (кит. 鵬) — гигантская птица в древнекитайской мифологии. Впервые упоминается в книге философа Чжуан-цзы (IV век до н. э.), где описано её происхождение от исполинской рыбы Кунь (кит. 鯤) путём метаморфозы. Крылья Пэна подобны дождевым тучам, величина его спины — несколько тысяч ли (более тысячи километров). После превращения Пэн улетает в небесный пруд страны Наньминь («южный мрак»), при этом ветер, поднимающийся от взмаха его крыльев, вздыбливает волны на три тысячи ли (около 1,5 тысяч км). Без отдыха он способен преодолеть 90 тысяч ли (за раз облететь кругом земной шар). Отдыхает же один раз в шесть лун. В сравнительной мифологии Пэн сравнивается с другими гигантскими птицами — Рух и Гарудой, а рыба Кунь — с левиафаном.

[2] Три властителя и пять императоров (кит. трад. 三皇五帝, пиньинь Sānhuáng Wǔdì, палл. Сань хуан у ди) — собирательное понятие для легендарных правителей древнейшего периода истории Китая, относящегося к третьему тысячелетию до нашей эры.

Я не буду писать про всех, только про тех, что здесь были упомянуты:

1. Янь Ди (Yandi), имевший прозвище Цзян (Jiang) и получивший титул Шэньнун (Shennong) — «божественный земледелец». Был легендарным предводителем племен, обитавших в районе реки Цзян (Jiang). Его племена позднее переместились на восток по реке Вэй и Хуанхэ и обосновались в центральном Китае. Считается, что он научил людей земледелию и изобрел классический плуг.

2. Тайхо, получивший титул Фуси, — легендарный первый император Китая (Поднебесной), божество — повелитель Востока. Фуси считался владыкой Востока и представлялся существом с телом змеи или Лун (дракон), но с человеческой головой (описание Хуанфу Ми, 215—282), т.е в виде нага. Его временем года была весна, помощником был дух дерева Гоуман, державший в руках циркуль, который Фуси изобрёл. Цветом Фуси был зелёный. Его резиденция находилась в Чэнчжоу в Хэнани, в городе который существует поныне.

3. Несмотря на то, что Нюйва — сестра Фуси, она не значится в списках императоров.

Богиня Нюйва  — одна из великих богинь китайского (даосского) пантеона, создательница человечества, избавительница мира от потопа, богиня сватовства и брака.

Богиня Нюйва и её брат Фуси считаются первой божественной супружеской парой. Изображаются они обычно с переплетёнными змеиными хвостами, в головных уборах или халатах, обращённых лицом друг к другу, или отвернувшимися. Знаком Нюйвы (который она держит в руках) является компас. В её честь строились храмы, где во втором месяце весны приносились обильные жертвы и устраивались праздники в её честь как богини любви и бракосочетаний. Впоследствии образы Нюйвы и Фуси высекали также на надгробных плитах для защиты могил.

[3] Громовая бомба, также известная как бомба, сотрясающая небеса, была одной из первых бомб или ручных гранат в истории пороховой войны. Она была разработана в XII-XIII веках , во времена династий Сун и Цзинь. Её корпус был сделан из чугуна и наполнен порохом.