Глава 148. Пролог (часть 1)

— Я не знаю, — колебался голос Убийцы Небесной Звезды. — Это тяжело. Сложно сосчитать, скольких я убил. Ты говоришь, что погибли многие, но один человек не может взять на себя всю ответственность, ведь жертвы обитали в разных мирах…

Он на ощупь вытащил свой старый дневник. Подобно тому, как Ким Юл оставил след в виде Убийцы Небесной Звезды, так и Убийца Небесной Звезды оставил дневник в жизни, где его воспоминания исчезали.

— Богиня Защиты. Старик, спрятавшийся в Глуши. Поклонник Слепых Глаз.

Это были созвездия, уничтоженные Убийцей Небесной Звезды. И когда он читал имена, символы, записанные в ровных строчках, загорались красным.

— Большая Змея, возникшая из Семи Звуков. Аист, поющий Песни Вселенной. Ведьма, умершая на Холодном Рассвете. Лев, мечтающий о Смерти. Ядовитый Цветок на Трупе. Луна в Последний День Месяца. Черный Дракон, живущий в Спящем Озере…

Имена звучали одно за другим. Казалось, им не будет ни конца, ни края. После того, как Убийца Небесной Звезды нараспев произнёс имена нескольких сотен созвездий, он медленно взглянул на меня.

— Я не знаю. Не могу ответить. Но когда я попал в тело Ким Юла, тот был обижен и проклинал мир. И я сочувствовал ему. Поэтому и согласился помочь Ким Юлу отомстить тем, кто довёл его до такого, — на какое-то время он замолчал. — Значит… — пробормотал он. — Я тоже заслуживаю мести миров.

Убийца Небесной Звезды закрыл дневник.

— Даже если я покончу с собой, этого будет недостаточно в качестве извинений. Я принёс в миры вечную боль. Они тоже надеются, что я буду страдать вечно. Но смысл страданий… Разве страдания помогут извиниться перед теми, кто уже умер?

Я кивнул.

— Директор Библиотеки.

Словно дожидаясь, когда его позовут, она выглянул из-за книжной полки. Его щёки зарделись.

— Добро пожаловать! В отличие от прошлого Апокалипсиса, в этот раз я даже не мог посмотреть на вас. Мне пришлось в спешке читать только что написанное дополнение к оригинальному «Рассказу о Небесном Городе». Охо-хо, это действительно…

— Хватит, иди сюда.

— Чем дальше, тем грубее Король Смерти ведёт себя со мной… — Директор Библиотеки неуверенно подлетел ко мне. — Итак, я здесь. Чего ты от меня хочешь? Я сделаю всё, что ты скажешь.

— Дай мне «Героический эпос о Репарте Айгим».

— Эх… Хоть я и сказал, что сделаю всё, но… Все книги, что я здесь храню, – мои священные реликвии. Только я могу их создавать. Поэтому так сложно расставаться с ними… — Директор Библиотеки, естественно, отдал мне книгу.

— Убийца Небесной Звезды.

— Да?

— Эта книга рассказывает твою историю. Про то, как ты впервые попал в другой мир, познакомился с Богиней Защиты, стал Репартом Айгим и Убийцей Небесной Звезды. Здесь записана вся твоя жизнь. Даже если ты потерял память, то это не навсегда. Ты можешь всё снова вернуть. Верни свои воспоминания.

В Библиотеке воцарилась тишина. Убийца Небесной Звезды молча смотрел на «Героический эпос о Репарте Айгим».

— А-а-а, — легко выдохнул Директор Библиотеки и посмотрел на нас двоих.

Созвездие сразу поняло смысл моих слов, а вот до Убийцы Небесной Звезды дошло не сразу.

— Ты сказал «снова».

— Да, так же, как ты только что взглянул на прошлое Ким Юла.

— С самого начала?..

— Да, с самого начала.

— Ты говоришь мне посмотреть всю мою жизнь с самого начала, то есть, несколько сотен лет?

— Это для того, чтобы ты подумал, сколько натворил, сколько миров растоптал и сколько жизней в этих мирах уничтожил. Твой первый шаг – это вспомнить всё. «Не забывай», – сказал Ким Юл, поставив свою жизнь на кон. Тебе тоже придётся шаг за шагом вспомнить себя.

Тишина.

— Я понял.

И снова стало тихо.

— Да, я решился.

И снова замолчал. Убийца Небесной Звезды забрал у меня «Героический эпос о Репарте Айгим». Для того, чтобы взять книгу, ему пришлось положить обратно свой дневник. Вместо дневника, в котором его жизнь складывалась в страницы день за днём, в его руке оказалась книга, где описывалась его жить от начала до конца.

— Да уж, — вздохнул Убийца Небесной Звезды забирая книгу. — Повторение жизни превратит мой мир в ад. У каждого человека свой собственный ад.

Убийца Небесной Звезды обернулся в ту сторону, где сидел директор.

— Староста.

Директор не сразу ответил. Он не мог – его отделяло несколько десятков лет.

— Да, Ким Юл.

Убийца Небесной Звезды тоже не сразу отозвался. Он не мог – его отделяло несколько сотен лет.

Десятки лет, которые пережил один человек, и сотни лет, которые пережил другой, витали в тиши Библиотеки.

— Ким Юл думал, что хочет простить тебя, — сказал Убийца Небесной Звезды. — Я думаю так же, как и Ким Юл. Ты заслуживаешь прощения.

Директор хватал ртом воздух. Он закрыл глаза. Хотя можно ли было сказать, что «директор закрыл глаза»? Наверное, нет. Ведь директор не контролировал своё тело. Его рот беззвучно открывался и закрывался, Директор Библиотеки хлопал глазами.

— Спасибо, — сорвался с его губ стон, похожий на дыхание.

Только это он и смог сказать.

«Прости меня», – хотел на самом деле сказать директор, но не смог. Слова, которые он не мог произнести, превратились в стоны.

— Я…

Эти стоны были не словами, а фрагментами. Но я, почему-то, мог видеть целую картину.

— Я… немного…

Если бы я жил немного лучше. Если бы я был немного сильнее. Если бы в детстве я был немного умнее.

И в этот момент я понял. По телу будто прошёл разряд от удара молнии. Глядя на плотно сжатые губы директора, его закрытые глаза и ладони, уткнувшиеся в пол, глядя на его состарившуюся кожу, дрожащие руки и согнутое тело, я кое-что понял.

«Ах».

Это и был предсмертный крик директора.

«Я должен это показать».

В этом мире есть люди, которые кричат.

«Я хочу это показать».

В этом мире смешались животные и люди. И среди них есть люди, что кричат. И этот крик звучит в моих ушах, а эта сцена стоит у меня перед глазами. Я только хочу показать этот предсмертный крик.

«Здесь есть люди».

Моё умение Бога Дьявола.

«Здесь тоже живут люди».

Очевидно, кто впервые использовали Умение Бога Дьявола – ученики школы Дьявола, которые впервые понимали доктрину школы – чувствовали то же, что и я сейчас: злость и грусть. Глядя на тех, кто страдал от голода, глядя на тех, кто страдал от жажды, глядя на девять жизней и девять смертей кажется, что это нельзя показать. Но я хочу это показать. Хочу рассказать об этом всем людям. Хочу показать, что у людей, живущих здесь, есть неизгладимые раны.

«Не забывай».

Я хочу вложить образ директора в своё Умение Бога Дьявола. И не только. Танец смеющихся детей из адского особняка; Злого Духа, что горько плакал и взывал к небесам, держа на руках труп матери и её ребёнка; фигуру мастера, которая размахивала мечом в заснеженной равнине. И Равиэль… Равиэль…

«Я не должен забывать».

Первая форма Умения Бога Дьявола – Смерть от Голода.

«Теперь я должен вложить что-то своё в Умение Бога Дьявола».

Первая форма – танец детей.

Вторая форма – крик Злого Духа.

Третья форма – меч Мастера.

Четвертая форма – жертва Равиэль.

Пятая форма – молчание директора.

«Я хочу вложить всё это».

Но смогу ли я? Сложно вложить в умение даже просто голод, а тут целая жизнь человека. Нет. Смогу ли я вложить жизни многих людей?

«Если посвятить этому всю жизнь…»

Стремление. Вся моя жизнь строится на стремлении.

«Нужно показать, что здесь жил человек. Нужно показать, что здесь умер человек. Нужно показать, как он жил и как умер. Нужно запечатлеть крик животных и крик человека. И если он смеялся, то дрожь от смеха».

Но…

«Пока нет».

Мне ещё нужно закончить работу. Много работы. Мне нужно заново создать Умение Бога Дьявола. Но я не могу этого сделать с текущем уровнем. Это потребует огромного количества духовных сил и труда.

«Хорошо… Я не буду торопиться. А сейчас сделаю то, что могу».

Я повернулся и посмотрел на нашу бодхисаттву Гуаньинь1.

— Директор… Хамустра.

Директор Библиотеки передёрнул плечами и, глянув на Убийцу Небесной Звезды и директора, съёжился.

— Это же моё старое имя, я стесняюсь! Зови меня как обычно.

— Пожалуйста, разреши Убийце Небесной Звезды прочитать «Героический эпос о Репарте Айгим», когда он того захочет. Не обязательно делать это в форме завоевания локации. Ведь ты же подобен бодхисаттве Гуаньинь этого мира. Позволь это сделать Убийце Небесной Звезды.

— Ах, хм, — Директор Библиотеки тяжко вздохнул и задумался. — Чтобы это сделать, придётся разделить мои силы… Я могу сделать его апостолом. Хм, некоторые созвездия создают огромное количество апостолов. Но мне от этого не по себе… Это не в моём духе…

И это говорил Директор Библиотеки, у которого не было ни подчинённых, ни друзей. Только странные горничные-закладки.

— Не нравится?

— Да, мне это не нравится…

— Я пожал его с помощью Приказа Возрождения Злых Духов, но в любом случае у Убийцы Небесной Звезды есть и другие куклы, которые скопируют его, благодаря Параду Марионеток. Есть какой-нибудь другой способ?

— Хм… Нет никакого другого способа.

— Это твой выбор.

— Но когда дело доходит до выбора…

— До сих пор тебе нравилась история Убийцы Небесной Звезды. И если следовать твоим же словам, то сейчас Убийца Небесной Звезды на развилке. И перед ним сейчас два пути.

— На развилке?

— Да, — я посмотрел в глаза Директору Библиотеки. — Первый путь: на нём он не встретит меня; он не будет помнить, чтобы я с ним встречался; он будет оставаться на пятидесятом этаже, как и всегда, но когда накопит воспоминаний за неделю, отправится на поиски созвездий.

Это путь куклы. Это путь, по которому Убийцу Небесной Звезды ведёт Парад Марионеток.

— Второй путь.

Там буду я и Убийца Небесной Звезды, с которым я здесь познакомился.

— Теперь Убийца Небесной Звезды знает Ким Юла и помнит обо всём. Он будет медленно наблюдать за жизнью Репарта Айгим, которая началась со смерти Ким Юла.

Это будет сложно.

— Его душа перенесётся в книгу, и он снова, шаг за шагом, будет проходить по тому пути в течение нескольких сотен лет.

Это будет больно и мучительно.

— Но на этом пути будем я и директор. Нет необходимости проглатывать всю книгу за один раз. Медленно, потихоньку, нужно будет читать по кусочку. Ровно столько, сколько можно переварить за один раз. В пути можно будет делать перерывы.

Это будет жизнью Убийцы Небесной Звезды. А когда-нибудь потом станет и жизнью Ким Юла.

— Выбери же путь, по которому пойдёт Убийца Небесной Звезды.

Директор Библиотеки посмотрел на Убийцу Небесной Звезды. Молчание созвездия длилось недолго.

— Убийца Небесной Звезды и воспитатель Короля Смерти, — Директор Библиотеки улыбнулся и протянул руки к Убийце Небесной Звезды и директору.

В тот день закончился чей-то эпилог.

— Не согласитесь ли вы стать библиотекарями?

И начался чей-то пролог.

Бодхисаттва гуаньинь, или Каннон, – богиня милосердия в буддизме.↩︎