Глава 81.1 Самый убогий в мире (часть 1)

В тишине снежного поля раздались посторонние голоса:

— Что, черт возьми, здесь творится?

— Я жив?

— Это деревня Персикового источника?

Последнее, что последователи Школы Дьявола и Фракции Чести помнят – это их собственная смерть. Они помнят, как их укусили зомби, но они не знают, что и сами были зомби. Им показалось, что они всего один раз моргнули, в то время как на самом деле прошло несколько лет. Некоторые провели в таком состоянии все три года.

— Ученик… — Дьявольская Луна уставилась на снежное поле, не веря своим глазам.

— Да, мастер?

— Так ты пришел из внешнего мира, а не из-за Северной Стены? Это… эта магия – не то, с чем могут справиться обычные люди. Получается, это или секретная техника воскрешения легендарного даоса, или я не заметила, как умерла и попала в деревню Персикового источника…

— Нет-нет, — я покачал головой. — На самом деле, как и вы, они больше не смогут использовать боевые искусства. Они стали куда слабее в сравнении с тем, какими были. Но это не деревня Персикового источника, у них сохранились все их воспоминания. Проверьте это сами, мастер.

Под ее легкой поступью хрустел снег. Это был хруст мастера, у которого вырезали ядро, хруст воина, потерявшего свою силу, хруст женщины, что в течение трёх лет не переставала бороться с болезнью. Это были шаги Дьявольской Луны. Моего мастера.

Легкой походкой она подошла к последователям Школы Дьявола. Они пытались понять, что происходит.

— Мы должны тщательно изучить обстановку. Успокойтесь! Нужно отправить кого-то на разведку…

— Богиня Армии Кровавых Призраков!

Внезапно они замолчали. Группа из двенадцати последователей Школы Дьявола умолкла, с блеском в глазах уставившись на главу.

— Дьявольская Луна?

Мастер выдохнула, из ее рта вырвалось облачко густого белого пара.

— Богиня Армии Кровавых Призраков?

— Это действительно Богиня Армии Кровавых Призраков!

Тишина была заразительна. Сначала всего десять людей молчали, затем сотни других тоже позакрывали свои рты, а потом и вся тысяча. Снежное поле стало абсолютно безмятежным.

— Лунная Тень Бога Дьявола.

— Да.

— Дьявол Призрачного Пламени.

— Да, глава.

— Меч Дьявола…

— Жду ваших указаний.

Мастер начала называть имена членов Школы Дьявола одно за другим. Названные ученики опускались на колени, ничего не сказав. В ответ слышался только хруст – это скрипел снег под коленями учеников.

— Я вас потеряла, — мастер протянула руку. — Я всех вас лишилась, — она погладила щеку одного из членов Школы Дьявола. — Дети мои…

Ее рука тряслась. Увидев, что глава дрожит, последователи поспешно склонили головы. Казалось, их верность заключается в том, чтобы не замечать того, что не следует видеть. Вся тысяча членов Школы Дьявола смотрели в пол. Но не только они были шокированы.

— Э-эм… — старый монах погладил свою бороду. — Я пересек реку, и пещера должна была стать моей могилой. Но даже если я закрою глаза, пейзаж не изменится. Горы нет, а вокруг заснеженное поле…

— Мо-монах!

— Видимо, я упал и все перемешалось. Я просто закрою глаза и приму свою судьбу. Но чего же ждет от меня Будда?

— Я смотрю, ты не избавился от привычки нести этот бред!

— Ты снова жив, мой старый друг!

— Я тебе не друг.

— А-ах! Без сомнения, это чудо – дело рук Нефритового Императора!

— Не неси чепухи. Я монах, тебе не следует осквернять мой слух своими грязными словами. Ты злой дух, и я не попадусь на твою удочку. Ты специально затеваешь ссору, в то время как я хочу просто тихо отправиться в свой храм.

— Увы! Я смотрю, наш высокопочтенный гость знает, как обуздать страсти и охладить пыл от приятной встречи. Из-за этого так и хочется врезать тебе кулаком!

Мастера Школы Дьявола молчали. Последователи Фракции Чести шумели. Все переживали воссоединение по-своему.

Время шло. Первой, кто обернулся и посмотрел на меня, была мастер. Между нами установился зрительный контакт. Ее глаза блестели. Я могу прочитать ее сердце в глазах. Моё сердце чувствовало то же самое.

— Я… — мастер открыла рот и обратилась к главе Фракции Чести: — Со Пэк Хян – глава Школы Дьявола.

— Дьявольская Луна.

— Может, сегодня я и не пробудился ото сна, может, я всего лишь больная, что ходит во сне…

Стоял полдень, но заледеневшее поле не менялось даже под лучами солнца. Снежный покров мог немного растаять, но вскоре покрывался новым слоем, поэтому казалось, что солнце никогда не сможет растопить этот пейзаж.

— Возможно, даже Бог Дьявол спит. Эта жизнь принадлежит тем, кто перенес болезнь. Этот мир принадлежит тем, кто имеет одинаковую мечту.

Некоторые мечтают о бледности, но палящий солнечный свет рушит их планы. Следовательно, просто родиться с белоснежной кожей недостаточно. Мир постоянно уничтожает все белое. Всегда нужно быть готовым, что белый цвет раздавят, разобьют и рассеют.

— Я до сих пор не забыла название болезни, от которой страдаю. Мечта, что я вижу во сне, до сих пор не охладела. Я еще никогда никого не отпускала в этом мире. Барая!

Снег хрустел.

— Я здесь, и я буду здесь до конца.

Снег тает и снова покрывает все вокруг.

— Я – глава Школы Дьявола, — продекламировала вполголоса мастер. — И Школа Дьявола просит о 990-ом сражении.

Все вокруг молчали, даже суматошная и шумная Фракция Чести притихла. Для мира боевых искусств это был последний шанс. Последняя возможность решить, кто победит в войне.

Они не могли поступать сейчас самонадеянно и дерзко. Если слова в последние минуты жизни – это завещание, то сейчас члены Фракции Чести готовы его озвучить. И люди в белых одеждах искали глазами человека, который бы представил волю Фракции Чести.

— Глава Фракции Чести из семьи Нам Гун, — старик поклонился. — Верховный мастер Нам Гун Ун, Отшельник Западного Моря.

Тысяча человек из Школы Дьявола и тысяча человек Фракции Чести стояли лицом к лицу.

— Твоя Школа Дьявола превратила предсмертный крик народа в учение. Предсмертный крик стал местью, месть стала кровью, что окрасила мир в красный цвет. Вы закрылись в своей скорлупе! Небо и земля обагрились кровью, а вы все еще притворяетесь жертвенным агнцами.

Этот голос установил границу между последователями Фракции Чести и Школой Дьявола.

— Вы праздно кричите, прячась за юбкой Дьявольской Луны. Прячьтесь и дальше, пока народ страдает! — взревел старик глава Фракции Чести. — Идите же! У вас есть руки и ноги, как долго вы будете терпеть этих призраков прошлого? Хуаянь* говорит, что даже пень будет приносить плоды, если зацветет. Но что насчет вас? Вы просто садовники, что из своей боли создали целый цветочный сад!

(П.п.: Хуаянь – название школы и философии буддизма Махаяны. Дословно можно перевести как «цветочная гирлянда». Суть этого учения: «все в одном, одно во всем», то есть, человек и все вокруг является отражением.)