Глава 86.1 Сердце читателя (часть 2)

У меня аж мурашки пошли. Его уровень интереса – 95! Прямо перед моими глазами развернулась картина того, что станет с человеком, когда его уровень интереса достигнет 95-ти.

— До того, как я увидел Вас, я был слеп, как Шим Бок Са!* — кричал Директор, пытаясь схватить мои ступни. — До того, как я услышал Ваши слова, я был глухим!

(П.п.: Шим Бок Са – герой вебтуна, основанного на популярной в Корее «Сказке о Шим Чон». Шим Бок Са – слепой мастер боевых искусств.)

Ему удалось отрезать ноготь на мизинце моей ноги с помощью кусачек, и его глаза просто засветились от счастья.

— Вы – мой луч света в темном царстве! — блеск его глаз устрашал меня. — Все, решено, с сегодняшнего дня я конфуцианец! Я стану ученым, что почитает только Вас!*

(П.п.: В корейском языке имя героя – 공자 (кон-ча/гон-джа) – записывается точно так же, как и имя Конфуция. Конфуцианцы почти поголовно были учеными (сонби), так как изучение грамоты и конфуцианских писаний было обязательным.)

— Эй, хватит!

«Боже мой! Где вы видели ученого, что охотился бы за ногтями на ногах?» — хотел спросить я, но передумал, когда увидел глаза Директора. Его взгляд как бы говорил, что он проигнорирует все, что я ему скажу.

— Если Вы продолжите в таком темпе, то не сможете попасть в следующий Апокалипсис… — он тяжело вздохнул.

Внезапно он отпустил мои ноги и у меня опять пошли мурашки. Хотя он и прекратил свои попытки схватить меня, я еще какое-то время не мог успокоиться. Разве это не сумасшествие?

Директор Библиотеки мучался. Вы только посмотрите – конфуцианский ученый в глубокой скорби.

— Я не шучу. Это угроза.

Но несмотря на эти слова, в этот момент я почувствовал облегчение.

— Впрочем, проанализировав Ваш характер, я понимаю, что от этого не будет толку…

Что? «Проанализировав характер»?

— Потому что я знаю Вас. В других Апокалипсисах будут такие же персонажи, как Дьявольская Луна. Персонажи, умершие несправедливой или обидной смертью. Вы будете пытаться им помочь, Вы не сможете стоять в стороне, — улыбнулся Директор. — Не недооценивайте меня! Я знаю о Вас больше, чем Вы сами! Да я могу написать сочинение на двух листах с подробным описанием того, как Вы ели орехи в свой первый день в Хрониках Небесного Дьявола! Я могу рассказать, какими пальцами правой или левой руки Вы держали их…

Сумасшедший, псих, безумец, умалишенный, чокнутый, ненормальный психопат! Ну вы только посмотрите на его глаза!

— Гон Джа, а теперь послушно подойдите, чтобы я мог подстричь Вам ногти! Ведь я проявил любезность и не усыпил Вас с помощью благовоний.

— Я в ужасе от вашей любезности!

— Гон Джа, Вы совсем меня не понимаете. Я никогда и ни для кого не проявлял такую любезность. Увы и ах! Насколько же одинока и неказиста была моя жизнь, что я только один раз с момента своего рождения проявил любезность? Насколько же я был хладнокровным? И все же, я понимаю Вас, лучезарный Гон Джа…

— Отойдите от меня, или я скажу, что ненавижу вас.

На этот раз Директор Библиотеки действительно остановился.

— Отойдите от меня на пять шагов. Иначе я действительно это скажу.

Он тихо отступил.

— И обращайтесь ко мне как раньше, потому что, откровенно говоря, это было ужасно. А еще, Бога ради, верните мои волосы и ногти!

— Не буду! Ты мне грубишь, это несправедливо! — он скорчил плаксивую гримасу и крепко схватился обеими руками за шелковые мешочки, но хотя бы он вновь перешел на «ты». — Только через мой труп! Нет, подожди, я немного преувеличил, не нужно меня убивать… Воистину, ты причиняешь мне боль…

Последние слова Директор бормотал себе под нос, выглядя при этом как умирающий хомячок. В конце концов, мне кое-как удалось успокоить его, и шелковые мешочки с их отвратительным содержимым были сожжены под душераздирающие крики Директора. Но сразу после этого он как ни в чем ни бывало начал делиться своими впечатлениями:

— Это было потрясающе! — Директор посмотрел на Хроники Небесного Дьявола, что получили новый конец. — То, как ты позаботился о Дьявольской Луне, достойно восхищения! Ты без проблем мог бы закончить историю, даже если бы просто стал ее учеником, но ты не остановился на этом! Великая Битва Чести и Дьявола, достойный соперник… Ох, я испытал такое же наслаждение, как если бы отведал бинсу с шоколадом.

— Тогда это значит, что теперь мастера из Хроник Небесного Дьявола станут частью 22-ого этажа?

— Ну конечно! — рассмеялся Директор в ответ. — Другие охотники будут иметь свободный доступ на 22-ой этаж. Также у них будет возможность изучить навыки боевых искусств, которые хранятся в Небесном Павильоне. Это полностью твоя заслуга, Гон Джа.

Я потер подбородок.

— Меня кое-что интересовало, пока я был в Апокалипсисе. Поэтому я хочу кое-что спросить у вас, как у Директора Библиотеки…

— Спрашивай о чем угодно! Я отвечу на практически любые твои вопросы!

— Для начала, я бы хотел попросить вас больше не пытаться стащить с меня обувь, да, спасибо. Мой вопрос такой: почему Хроники Небесного Дьявола стали Апокалипсисом?

Директор Библиотеки склонил голову. Мой вопрос показался ему странным.

— Почему? Хм, а для этого нужна какая-то определенная причина?

— Я вот думаю, — я снова надел обувь, — может быть, вам нравятся счастливые концовки? Или, наоборот, печальные? У вас же есть какие-то предпочтения.

Директор Библиотеки ответил почти мгновенно:

— Концовка – это точка, пункт, где заканчивается жизнь персонажа. Эта жизнь может быть счастливой, а может быть полна мук. С одной стороны, мое читательское сердце хочет, чтобы персонажи были как можно счастливее. Но, с другой стороны, мне хочется разделить с ними их печали и неудачи.

— Значит, плохая концовка – это тоже достойный финал?

— Да, конечно.

— Но это вызывает у меня еще больше вопросов.

Я резко схватил Директора за запястье и конфисковал ножницы. Тот подскочил, чтобы вернуть их, но не смог допрыгнуть до нужной высоты.

— Получается, даже без моего вмешательства Хроники Небесного Дьявола закончились бы должным образом. Но вам такая концовка показалась неправильной. Мастер и глава Фракции Чести старались делать все, что в их силах, до самого конца. Пусть даже после того, как глава Фракции Чести умер, Дьявольская Луна сошла с ума… это все равно финал ее жизни, — я посмотрел в глаза Директору. — Так почему Хроники Небесного Дьявола включены в перечень Апокалипсисов? Разве сценарий, при котором глава Фракции Чести умирает, а Дьявольская Луна сходит с ума, нельзя считать достойным окончанием?

На самом деле, этот вопрос созрел у меня в тот момент, как я увидел сказку «Мы и наш жертвенный агнец». Это буквально был мир с достойной концовкой. Ну, если не считать того факта, что сам я не мог этого признать.