Глава 906.1. Три Священные земли в критическом состоянии!

Ему хотелось закричать «Не обращайте внимания на меня!», или же «Отомстите за меня!»… Сказать хоть что-нибудь, чтобы его братья опомнились и пришли в себя, попробовать оградить их от такого же исхода, или сказать им, чтобы взяли соответствующую плату за его страдания!

Но как только он попытался открыть рот, его глотку уже пронзил острый и безжалостный кинжал! В одно мгновение все внутренности его ротовой полости превратились в фарш. Следующий шаг был не менее жестоким, чем предыдущий – новый удар пришёлся на место талии и разрубил его пополам…

Снова удар, и его несчастная голова подлетела высоко вверх! Пока она крутилась в воздухе, его глаза ещё продолжали смотреть, они были полны отчаяния и безысходности! Так как он увидел, что его братья уже абсолютно перестали себя контролировать, увидев его смерть! Каждый из них бездумно и оцепенело продолжал смотреть на него, убитый горем и печалью… Его голова непрерывно крутилась, как и его глаза. При виде своих братьев его лицо принимало жалобный умоляющий вид: «Не надо так убиваться по мне! Лучше подумайте про врага, будь осторожны!»

Всех шестерых братьев уже поглотила тяжкая скорбь, никто не обратил внимания на его последнее выражение лица, на его последнее наставление…

Наконец, голова командира отряда Циша прекратила своё движение… его глаза, наполненные бесконечным беспокойством и заботой, навечно застыли!

На словах все звучит очень долго и затянуто, однако, на самом же деле, от начала нападения отряда Семи Звёзд, и, заканчивая отрубленной головой командира отряда Циша, прошло мгновение!

Однако за это мгновение произошли такие безжалостные и крайне жестокие события! Командир отряда Циша, пребывая в состоянии совершенных физических и духовных сил, в одночасье превратился в настоящий фарш, и был обезглавлен!

Все люди трёх Священных земель пришли в оцепенение! На поле боя произошёл очень внезапный поворот, который никто из них никак не ожидал, всё произошло так быстро и так резко, и к тому же настолько кровожадно!

Части тела, которые были отброшены, ранее ещё не успели опуститься на землю, и по-прежнему продолжали кружиться в воздухе. Все, как один, застыли, наблюдая над этой ужасающей картиной. Все шестеро братьев бездумно бросились к месту, где был расчленён их брат…

Однако мастера отряда «Семи Звёзд» не теряли зря времени! Воспользовавшись моментом, когда их враг был убит горем, они тем же временем применили ещё более суровую и сокрушительную атаку!

Двое из них получили тяжёлые ранения, когда командир Циша мужественно пытался отбиться! Тем не менее это не повлияло на их сложившееся боевое расположение, и они, словно дикий тигр, изо всех сил снова бросились в атаку!

Мастерам Священных земель было трудно поверить своим глазам, ведь их родной брат, с которым они были бок о бок почти шесть сотен лет, в одночасье был убит! Родной брат ещё недавно был жив, а через миг уже стал трупом! Это такой огромный удар для них!

Мгновенно их глаза стали кроваво-красными, а в голове наступила пустота! Сердце разъедала пульсирующая боль, словно только что убили… тебя самого! Они забыли о времени, они забыли, где они находятся, в этот миг мир для них остановился!

Они неистово кричали изо всех сил, неоднократно повторяя имя брата и взывая к уже остывающим конечностям… Острые и безжалостные кинжалы врага были тут как тут. Хэ Чжицю и Хай Вуй одновременно громко закричали:

— Осторожней!

Силы обоих Шенхуанов были на высоком уровне, однако никто из братьев так и не услышал их криков. Наверняка, если бы в эту минуту началось землетрясение, они бы тоже этого не почувствовали!

В эту минуту в их головах не было ничего лишнего! Даже мысли о том, чтобы отомстить врагу за брата ещё не успели подняться в их головах, они были так убиты горем! Они скорбели по родному человеку!

В это время семь убийственных кинжалов с оглушительным свистом неслись на них!

…Они даже не применили Суань, чтобы защитить себя!

Хай Вуй громко закричал:

– Прекратите!

Его тело резко взлетело в воздух. Как только он поднялся, он сразу же обнажил свой меч. Если действительно угодить под раздачу его меча, даже семи Достопочтенным мастерам не поздоровится, а кто-то бы даже мог умереть в тот же миг!

В конце концов, их схватка продолжается уже довольно долгое время, их силы израсходованы как минимум наполовину, и, к тому же, некоторые из них ранены!

С противоположной стороны, словно облако, взлетела Мэй Сюэ Янь, она резко взмахнула своим мечом и спокойно произнесла:

– Шенхуан Хай, это бой не на жизнь, а на смерть! Если вы нарушите обещание и вмешаетесь, вас неминуемо ждёт потеря вашего звания!

Меч Хай Вуя сверкал как звезда, однако Мэй Сюэ Янь была также ослепительна, как снегопад, заслонивший солнце!

В мгновение оба мастера уже висели в воздухе над полем боя, озаряя светом всё пространство!

– Прекратите! – разгневанно закричал Чу Вухуй.

Мечи обоих мастеров уже практически соприкоснулись друг с другом, как Хай Вуй резко повернулся, возвратившись на своё место.

В этом коротком противостоянии Мэй Сюэ Янь всё равно была в более выгодном положении!

– Выиграл – значит, выиграл! Проиграл – значит, проиграл! Хай Вуй, разве тебе это незнакомо? Может, ты никогда не держал пари? – оба глаза Чу Вухуя налились кровью, и он строго сказал: – Это битва не на жизнь, а на смерть, и пусть ты не хочешь с этим мириться, ты должен это сделать! Ты должен стерпеть даже смерть человека! От этой войны зависит репутация трёх Священных земель! Думаешь, твоё легкомысленное вмешательство — это просто пустяк? Ты понимаешь, что ты мог испортить всю многолетнюю репутацию Священных земель в один миг?

Хай Вуй сквозь зубы произнёс:

– Но… они на самом деле очень жестоки…

– Что? Жестоки? Это прямая обязанность врага! В такой битве пуститься во все тяжкие, действовать жестоко и безжалостно – это лучшее решение! – Чу Вухуй фыркнул: – Изначально обе стороны обговорили условия битвы. Битва заканчивается только после смерти! Неужто ты этого не понимаешь? Люди Священных земель погибли, мне тоже от этого тяжело! Но даже когда настолько тяжело, нужно терпеть, условия должны быть соблюдены! Мы можем лишиться жизни, однако чести – никогда! – Чу Вухуй говорил грубо и жёстко, всё его лицо было наполнено гневом!