Глава 983. Кланяться в ноги

— Что? Да пошёл нахрен! Ты надоел мне своей болтовнёй. Я лично выдерну твой язык и скормлю его собакам! Какой-то жалкий, полулысый старик возомнил себя мудрецом… Будь тебе хоть сотни лет, ты — ограниченный человек без каких-либо способностей. Это только показывает, что ты не то, что некомпетентный, а попросту ленивый и тупой! С какой стати ты, настолько ограниченный, лезешь не в своё дело и вообще открываешь рот? Разве тебе не стыдно перед этими людьми? — со злобой гаркнул Цзюнь Мосе.

В этот момент все вздрогнули!

Казалось, что этот парень совсем перестал чувствовать страх во время состязаний, сейчас он выглядел очень бойким… Говоря о споре один на один, во всем Призрачном Дворце не найти ему достойного соперника. Он действительно слишком острый на язык…

После того, как старик хотел вступиться за семью Чжань, теперь уже было неважно, кто из братьев даже напрямую попросит о помощи, взглядом или словом, приятель это их или близкий друг — любой отвернётся и сделает вид, что не замечает просящего. Разве они не видели, как отругали этого старика? Если они выступят, то их также обругают и унизят в хлам… Что тогда будет с их репутацией?

На самом деле они не могли просто так отделаться от этого человека… Он же — «легендарный обладатель непревзойдённой сущности». Если даже семья Чжань замышляла против него коварные планы, но не осмелилась убить его, то кто они вообще такие, чтобы лезть туда? Что они скажут ему? Они не смогут урегулировать конфликт, но они не дураки, чтобы сражаться против этого гения…

Цель Цзюня Мосе, несомненно, была достигнута.

Теперь братья Чжань оказались в совершенно одиноком и беспомощном положении.

В конце концов, Мяо Сяо Мяо всё взвесила, обдумала, после чего подошла к нему и прошептала:

— Брат Мо… На сегодня хватит. Не перестарайся, позволь вам обоим — и тебе, и семье Чжань — выйти из сложившейся ситуации с достоинством. Если ты окончательно оскорбишь семью Чжань, в будущем это приведёт к…

— Нам обоим выйти из сложившейся ситуации с достоинством? Это выгодно только для братьев Чжань! Какой мне от этого прок? Неужели ты думаешь, что после сегодняшних событий, у нас ещё есть надежда на мирные отношения? После того, сука, что эти двое творили? После того, как этот мудень повёл себя с тобой? А потом ещё на пару с подпевалой-братишкой вовсю пытались унизить меня и не дать ни шанса подняться? Подумай немного — если сегодня я от всей души унижал их всё время, что длились эти блядс… долбаные испытания, неужели они смогут забыть всё это, а семья Чжань будет милостива ко мне и не затаит обиду? — удивлённо посмотрел на неё Цзюнь Мосе.

— О… ну, если говорить об этом… нет, — Мяо Сяо Мяо сразу поняла, что она была слишком идеалистична.

Как бы то ни было, Мо Цзюнь уже оскорбил семью Чжань, и, если он ещё сильнее их обидит, кажется, это уже не будет иметь значения. Ситуация стала серьезной до такой степени, что хуже уже некуда. Даже если в этот момент она станет в десять раз серьёзнее, результат останется таким же…

— Я хочу сказать, чтобы вы двое поторопились. Мы же все очень занятые люди, не так ли? К чему тянуть время? — Цзюнь Мосе нетерпеливо сказал Чжань Цифэну: — Такой пустяк… Я же не прошу вас покончить с собой, это ведь намного сложнее. Не то, что десять раз поклониться мне, называя «владыкой», да? Это не сложно: преклонить колени и сказать пару слов, вот и всё… Будете и дальше ломаться, как девчонки?

Все тут же попадали со смеху!

«Всего лишь» десять раз поклониться, называя «владыкой»? «И всё»?

Почему он говорит, что это легко? Может тогда сам попробует?

— Мо Цзюнь, ты действительно хочешь загнать нас в тупик? Ты действительно хочешь довести ненависть между нами до такой степени, что мы никогда не сможем её разрешить? — пронзительно посмотрел на него Чжань Юшу.

— Господин Чжань, наверняка, шутит. Какая может быть между нами ненависть? Разве это не простой спор, в котором вы проиграли? Вы только что сказали «любишь играть — умей платить», к тому же вам известны последствия нарушения соглашения. Право выбора остается за вами… Но раз вы подняли этот вопрос — я тоже не хочу много говорить, просто задам вам встречный вопрос. Только что я выиграл пять туров подряд. А если бы я проиграл хоть в одном, вы бы так же, спокойно, отказались от поставленных передо мной условий? Не делай другим того, чего себе не желаешь! Не рой другому яму, сам в неё попадёшь! — Цзюнь Мосе с насмешкой посмотрел на него: — Господин Чжань, я хочу дать вам один совет. Не думайте, что вы — самый умный в этом мире, а остальные дураки, которыми вы можете манипулировать ими. Я действительно должен был вам это посоветовать… В этом мире действительно очень много умных людей! А ещё много тех, кто ведёт себя намеренно глупо и по-идиотски, чтобы сбить с толку противника. Людей, замышляющих недоброе, естественно, тоже немало…

Внезапно прозвучал спокойный голос: — Господин Мо, конечно, превосходный и умный человек. Всё это он уже давно предвидел и полностью контролировал ситуацию с самого начала. Я ведь прав?

На площадке появился старик в белом одеянии

— Чжань Бинфэн! Главный придворный старейшина семьи Чжань, а также младший брат прежнего главы семьи Чжань! Оказывается, он пришёл лично! — взволнованно сказала Мяо Сяо Мяо Цзюню Мосе, чтобы тот был в курсе о статусе этого человека. А то сейчас и на него налетит со своими претензиями…

Когда братья Чжань увидели этого старика, в их глазах словно заблестели слова «Спаситель», как будто тонущий человек вдруг увидел возле себя плывущее бревно!

— Главный придворный старейшина? Не думаю… — Цзюнь Мосе усмехнулся про себя. Он считал, что всё происходящее не имеет большого значения. К тому же, этот человек, который появился в момент, когда семья Чжань уже полностью опозорилась, занимал довольно высокое положение, но в подлинном смысле этого слова он не был главным старейшиной…

Казалось, что этот так называемый «главный старейшина» — всего лишь прикрытие…

Конечно, нельзя недооценивать влияние этого «главного придворного старейшины». Он уже достиг уровня второго Императора, и этого достаточно, чтобы называть себя равным второму учителю Бай Цифэну…

— Осмелюсь спросить, почему вы внезапно появились здесь? Неужели хотите помочь братьям Чжань выкрутиться из этой щекотливой ситуации? — посмеиваясь, спросил Цзюнь Мосе.

Несмотря на предупреждение Моя Сяо Мяо, он нисколько не стеснялся в выражениях!

— Семья Чжань дорожит своей репутацией. К чему им выкручиваться, если они готовы выплатить долг? — твёрдо сказал Чжань Бинфэн. — Более того, эти проходимцы не получили заранее согласия семьи, они самовольно заключили такое серьёзное пари. Даже если вы не потребуете от них исполнения условия, я не смогу отпустить их так просто!

— Верно говорят: любишь играть — умей платить. Я, определённо, не смогу отказаться от пари, — ничем себя не выдав, сказал Цзюнь Мосе. — Даже если ваша семья не берёт на себя ответственность за их действия, братья Чжань дали клятву на крови во имя предков восьми династий и потомков! Это могут подтвердить присутствующие свидетели… А так же, небо и земля — мои свидетели!

Услышав, о том, что «небо и земля свидетели», Чжань Бинфэн был шокирован, он понял, что соперник не успокоится.

Однако, Чжань Бинфэн достиг своего положения и с ним тоже не так легко справится. Он улыбнулся и сказал:

— Господин Мо, пожалуйста, успокойтесь. Сказанное слово назад не вернёшь. Независимо от того, есть ли клятва на крови, или нет — семья Чжань не будет отрицать условия договора. Сегодня я пришёл, чтобы заставить этих подлецов исполнить условия пари!

Договорив, он вышел вперёд и встал перед Цзюнем Мосе. Он повернулся и строго сказал:

— Ах вы, негодяи! Вы смеете играть, но не хотите проигрывать. Как вы смеете уничтожать репутацию семьи Чжань. На колени и выполняйте условия пари!

Чжань Цифэн и Чжань Юшу, с мертвенно-бледными лицами, опустились на колени. Конечно же, по правилам они должны поклониться ему десять раз, называя «владыкой».

Выражение лица Мяо Сяо Мяо мгновенно изменилось.

Цзюнь Мосе фыркнул и спросил:

— Что они делают? Они кланяются, но ничего не говорят?

Чжань Бинфэн — высокопринципиальный человек, но встал перед молодым господином Цзюнь. Тень его крепкого тела падала на господина Цзюнь. Чжань Цифэн и Чжань Юшу начали кланяться ему десять раз, называя «владыкой».

Чжань Бинфэн, на самом деле, их дядя…

Исполнение условий пари… действительно было мерзко!

Когда Цзюнь Мосе задал этот вопрос, они не стали ничего отвечать. Что на это можно было вообще ответить? Мудрый человек с первого взгляда понял бы, что они оба эксцентричны и хитры. Но они не стали отвечать, потому что это выглядело бы как очередная отговорка…

Неужели они не станут называть его «владыкой»?

— Ох… друг Мо, мы действительно сегодня проиграли. Да, любишь играть –умей платить. Дружок Мо, будьте уверены, что вы попадёте в Сад чудодейственных растений, через пять дней он открывается. Я ручаюсь репутацией нашей семьи, что вы туда зайдёте! Что касается условия спора — вы можете в любое время к нам обратиться, и мы непременно его выполним! — Чжань Бинфэн рассмеялся и сказал: — Сегодня наша репутация пострадала из-за этих подлецов. Я должен вернуться в храм предков семьи Чжань, чтобы решить, какое они понесут наказание. На этом я вынужден с вами попрощаться, — он внезапно наклонился, махнул рукой Чжань Цифэну и Чжань Юшу, и с хлопком вылетел в окно, в мгновение ока и следа его не осталось.

Он скрылся, не оставив возможность Цзюню Мосе что-то сказать в ответ…

— Чёрт! Наглец! Нахальный старик! У семьи Чжань попросту нет ни стыда, ни совести! Негодяй, ещё и главный старейшина, тьфу! Чушь! — можно сказать, Цзюнь Мосе задыхался от ярости и прямо-таки разразился бранью.

Он громко бранился, хотя все знали, что семья Чжань повела себя нахально, но последние десять поклонов — это позор, от которого семья Чжань не сможет избавиться! Несмотря на то, что Чжань Бинфэн пытался выгородить братьев!

Все знали почему они сделали десять поклонов…

Все присутствующие не смели и слова вымолвить. Кажется, за тысячи лет никто не смел так ругать семью Чжань перед такой большой аудиторией. Сейчас был слышен только голос талантливого Мо Цзюня. Любое неосторожно произнесённое слово могло обидеть семью Чжань. Не стоит совершать необдуманные поступки, ведь в любой момент всё может измениться…