Глава 694. Дерзкий план

— Нет! — воскликнул шокированный старший брат Хуа, потянувшись за талисманом тревоги. Он раздавил его, но тот не передал сигнал! — Мы попали в формацию. Мы в ловушке!

— Старший брат Хуа, спаси меня! — завопил худосочный практик, которого уже опутали бесчисленные стебли. Мир формации был полностью отрезан от внешнего. Старший брат Хуа так и не смог активировать ни один талисман. Он пытался спасти младших братьев, но он и себя-то едва мог защитить посреди воцарившегося хаоса. Хоть он и был довольно силен, но не мог бесконечно бороться со все прибывающими стеблями. Вскоре все трое оказались опутаны с ног до головы.

Цзян Чэнь использовал Семичастную Древнюю Формацию Бойни, чтобы создать это лесное царство и схватить этих троих с помощью Чарующего Лотоса Льда и Пламени. Лотос ушел под землю, как только Цзян Чэнь убрал диск формации. Цзян Чэнь переместился с пленными в отдаленную пещеру, вырытую с помощью лотоса, и быстро установил формацию, чтобы отгородиться от внешнего мира. Хотя они находились в сотнях метрах под землей, он не хотел рисковать.

— Кто ты такой? Как ты посмел! — надменно воскликнул старший брат Хуа, вскинув брови и оглядывая пленившего его практика. В пещере не было источников света, но практически все практики, достигнув определенного уровня, умели видеть в темноте. Его зрачки сжались, когда он вдруг понял, что перед ним собственной персоной стоит Цзян Чэнь, тот самый, которого они недавно обсуждали.

— Понял, кто я такой? — равнодушно улыбнулся Цзян Чэнь. — Ну и что мне с тобой делать: содрать с тебя заживо кожу или зажарить тебя живьем, пока от тебя не останется лишь прах?

Тощий практик, стуча зубами, выдавил:

— Цзян… Цзян Чэнь, мы… мы просто выполняли приказы. Не… не убивай меня… Я сдаюсь!

— Если я не ослышался, вы, вроде как, собирались взять Лин Би’эр в плен, чтобы выманить меня? — холодно произнес Цзян Чэнь, сверля пленников взглядом.

Тощий, дрожа всем телом, пустился в объяснения:

— Нет… Я бы не посмел. Я… просто пошутил! Ну как такой слабак, как я, сможет схватить практика сферы мудрости? Ну это же шутка, ясное дело, что это просто шутка!

Старший брат Хуан громко выругался:

— Заткнись, Чжан Лаосань! — затем он вскинул голову и добавил: — Цзян Чэнь, ты силен, спору нет. Но совладаешь ли ты со всем Великим Алым Срединным Регионом? Совладаешь ли ты со всей Вечной Небесной Столицей в одиночку?

Цзян Чэнь не собирался ни с кем спорить и лишь безучастно улыбался. И Алый Регион, и Вечная Небесная Столица были в его черном списке. Однажды все они заплатят за содеянное.

Цзян Чэнь повернулся к Хуан’эр и произнес:

— Госпожа Хуан’эр, быть может, вам стоит отойти в сторону?

Хуан’эр знала, что Цзян Чэнь собирается убивать. Она лишь покачала головой, слегка улыбаясь. Она следовала пути боевого Дао с самого детства. Убийства и насилие не были для нее чем-то невиданным. Цзян Чэнь произнес:

— Брат Лун, пожалуйста, покажись. Я предоставлю тебе удовольствие разобраться с этим человеком.

В это же мгновение Лун Сяосюань появился с порывом ветра. Огромные челюсти сомкнулись вокруг старшего брата Хуа, и в стороны брызнула кровь и ошметки плоти. Изо рта Лун Сяосюаня потекла кровь, забрызгавшая двух других пленных, отчего тощий в ужасе завыл. Если бы не формация, быть может, его вопли услышали бы даже на поверхности сквозь толщу земли. Лун Сяосюань довольно рыгнул, проглотив старшего брата Хуа. Затем он обратил взор на двух других.

Тощий в ужасе закричал:

— Не ешьте меня, пожалуйста, не ешьте меня! Я сдаюсь! Разве этого недостаточно?!

Второй стал бледнее мертвеца. Казалось, он хочет что-то сказать, что сдерживается. Он с трудом сглотнул.

— Хочешь жить? Назови хоть одну причину не убивать тебя, — безжалостным тоном произнес Цзян Чэнь.

Тощий тут же ответил:

— Я назову, назову! У меня есть ценные сведения! — скороговоркой выпалил он.

— Примерно двадцать сект четвертого уровня были отправлены сюда по приказу самого Великого Алого Императора.

— Какова же тогда роль Вечной Небесной Столицы? — холодно спросил Цзян Чэнь.

— Вечная Небесная Столица… Сначала мы ничего о ней не знали. Лишь позднее мы узнали, что они контролируют Великий Алый Срединный Регион.

Цзян Чэнь покачал головой:

— Это я и так знаю. Если у тебя нет более ценных сведений…

— Есть, есть! Я знаю, что… Королевский Дворец Пилюль сбежал с Великой Церемонии Мириады, но они не вернулись в обитель секты.

Эта информация была весьма полезна. Цзян Чэнь холодно усмехнулся:

— Почему я должен тебе верить?

— Это… это правда! Я уверен, что частично из-за этого нам приказали разбить здесь лагерь, чтобы схватить главу дворца. Вышестоящие утверждают, что у него есть несколько духовных растений земного уровня, а может, и небесного уровня. Мастер Гун Уцзи лично приказал схватить его. Ах, да, вот еще что: группа практиков во главе со старейшиной по имени Юнь Не была схвачена Сектой Великого Камня; они уже должны направляться в столицу Великой Алой Империи.

— Старейшина Юнь Не? Кто еще? — нахмурился Цзян Чэнь.

— Там еще… Эм, все выжившие были отправлены в Великую Алую Империю.

Тощий напряг память и вспомнил кое-что еще:

— Ах, да, вокруг твоего дома была возведена крайне мощная формация, которую было чрезвычайно трудно сломать. Для этого потребовались совместные усилия самого мастера Гун Уцзи и глав Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Мастер Гун Уцзи был так восхищен мастерством создателя формации, что решил лично остаться и подождать его, то есть твоего, возвращения, — тощий из всех сил старался польстить Цзян Чэню. — Мастер Гун Уцзи сказал, что мы должны схватить того, кто установил формацию, иначе в будущем ее создатель станет смертельной угрозой для всех нас. Господин Цзян… вы — выдающийся гений, вас боится сам мастер Гун Уцзи, несмотря на мощную защиту и все меры предосторожности…

Цзян Чэнь махнул рукой, давая понять, что ему надоело это подхалимство:

— Что насчет людей из моего дома? И древесного духовного родника? Кто увел людей и забрал родник?

— Те люди были схвачены и отправлены в столицы, как и старейшина Юнь Не. Родник? Я слышал, что его забрал мастер Гун Уцзи.

Гун Уцзи! Цзян Чэнь стиснул зубы. Это имя он хорошо запомнил.

— Как долго вы собирались оставаться в этом лагере?

Тощий тут же ответил:

— Я не уверен. Мы должны оставаться здесь столько, сколько прикажут вышестоящие. Господин Цзян, я… я рассказал вам все. Вы проявите великодушие и… не станете убивать меня?

— Есть тут кто-нибудь еще из Вечной Небесной Столицы, кроме Гун Уцзи?

— Да! Молодой гений, кажется, внук Гун Уцзи. Он уже достиг пятого уровня сферы мудрости, хотя ему всего тринадцать лет. Он может сравниться с самыми выдающимися гениями Зала Громовой Ноты.

— Как же его зовут?

— Как зовут? Хм… Я слышал, что все называют его молодым мастером Ци. Значит, его полное имя — Гун Ци.

— Гун Ци, Гун Ци, — проговорил Цзян Чэнь; в его голове мигом созрел чертовски дерзкий план. — Расскажи мне еще об этом Гун Ци.

Тощий понятия не имел, что задумал Цзян Чэнь, он лишь хотел выжить. Пусть он мало что знал о Гун Ци, он тут же вывалил все, что помнил:

— Гун Ци любит испытывать себя. Каждое его появление — головная боль для лучших гениев Зала Громовой Ноты и Секты Великого Камня. Делиться советами им несложно, но мальчик не умеет держать себя в руках. Гении из нашей секты не смеют сражаться с ним в полную силу, боясь покалечить его и навлечь на себя гнев мастера Гун Уцзи. Поэтому все избегают его из страха…

— Ты уверен в достоверности этих сведений? — пристально взглянул на тощего Цзян Чэнь.

— Всецело! Все, что я рассказал — чистая правда. Сейчас об этом практически все знают. Старший брат Дин Жун, к примеру, вызвался патрулировать отдаленный проход, чтобы избежать Гун Ци. Старший брат Дин Жун — практик пятого уровня сферы мудрости, он входит в тройку сильнейших гениев нашей секты. Гун Ци постоянно докучал ему, но старший брат всякий раз находил отговорки…

Дин Жун был гением Зала Громовой Ноты, который следил за этим участком со старейшиной восьмого уровня сферы мудрости. Цзян Чэнь сперва думал, что у них были какие-то другие планы. Но оказалось, что они просто избегали Гун Ци.

— Где Гун Ци обычно проводит тренировочные бои? Гун Уцзи всегда за ними наблюдает?

Немного подумал, тощий осторожно ответил:

— Я помню, что, хотя мастер Гун Уцзи не всегда приходит смотреть на бои, там всегда присутствует немало экспертов. Все боятся… боятся, что они могут случайно ранить Гун Ци. Все опасаются последствий.

Цзян Чэнь задумался. Все молчали. Тощий дрожал от страха. Он не знал, пощадят ли его теперь, хоть он и много чего рассказал. Немного пораскинув мозгами, Цзян Чэнь придумал смелый план. Он устремил на тощего ледяной взгляд:

— Ты оказался сговорчивым. Но Зал Громовой Ноты вторгся на территорию Королевского Дворца Пилюль и тебе, как соучастнику, не избежать смерти…

Тощий позеленел:

— Не убивайте… не убивайте меня!

— Не убивать, говоришь? — произнес Цзян Чэнь с едва заметной улыбкой. — Я могу дать тебе шанс, раз уж ты предоставил мне сведения.

— Я сделаю все, что вы прикажете! — с отчаянным и искренним взором воскликнул он.

Цзян Чэнь кинул ему в рот пилюлю:

— Ешь.

Тощий скривил лицо. Он не смел отказываться, хотя понимал, что ничего хорошего это не сулило. Ему оставалось лишь собраться с силами и проглотить пилюлю.

— Эта пилюля была выплавлена из Миазмы Божественного Недоумения. Без моего специального противоядия ты умрешь за три дня. Даже король пилюль девятого уровня не сможет спасти тебя, не зная состава этой Миазмы.

— Да… да… — печально выдавил тощий, понимая, что у него не было выбора. — Молодой мастер Цзян, я сделаю все, что вы прикажете.

— Отлично. Сперва убей его! — произнес Цзян Чэнь, складывая несколько ручных печатей. Чарующий Лотос Льда и Пламени ослабил хватку.

Второй практик закричал:

— Чжан Лаосань, ты что, с ума сошел? Думаешь, он тебя отпустит? Да что на тебя нашло?!

Чжан Лаосань с несчастным видом произнес:

— Старший брат Фэн, пожалуйста, не вини меня…

С этими словами Чжан Лаосань вонзил меч в горло товарищу и дернул его вверх. Чтобы убедить Цзян Чэня в своей искренности, он заодно уничтожил даньтянь и сознание товарища.

— Хорошо, — равнодушным тоном произнес Цзян Чэнь. — Теперь я хочу, чтобы ты заманил сюда Дин Жуна.

Это было необходимо для осуществления плана.