Глава 902. Снятие Родового Связующего Проклятия

Секта Девяти Солнц была одновременно шокирована и взбешена, но не то чтобы все эти события считались для них плохими новостями. Секта уже довольно давно пыталась найти хороший предлог для вторжения в Область Мириады. Сегодня у них наконец-то появилось оправдание. Уничтожение Подразделения Пурпурного Света было крошечным изъяном в общей схеме событий – оно никак не повлияло на ядро Секты Девяти Солнц.

Несмотря на свой первоначальный гнев, высшие руководители Секты Девяти Солнц тайно переполнялись радостью, когда отправляли большие группы проверяющих в Область Мириады. Нынешняя Область Мириады была охвачена хаосом, которым управляли Вечная Небесная Столица и Великий Алый Срединный Регион. Такой исход очень не понравился Секте Девяти Солнц. В конце концов, они давно строили собственные планы относительно Области Мириады. К несчастью для них, их планы не были столь велики, как планы Вечной Небесной Столицы. В конце концов, большая часть Области Мириады попала в руки Вечной Небесной Столицы и Великого Алого Срединного Региона. Сказать, что доля Секты Девяти Солнц была мала, было бы преуменьшением. Так как же секта могла остаться довольна таким исходом?

***

Оставив в стороне Область Мириады, которая собиралась снова погрузиться в хаос, вернемся к Цзян Чэню, который в настоящее время больше беспокоился о том, чтобы попытаться вылечить Хуан’эр от проклятия, и расположился в трех тысячах метров под землей в уединенном месте Региона Мечей. Он получил Траурное Древо, и только одна его часть была необходима, чтобы снять проклятие. Древо это было лучшим предметом для очищения души и закалки разума. Его часто использовали для таких целей даже на небесных планах.

Однако Траурное Древо, существовавшее на небесных планах, было намного старше и качественнее, чем то, что имелось на Континенте Божественной Бездны. Но, конечно, и Траурного Древа, которым он обладал сейчас, все еще было достаточно, чтобы вылечить проклятие Хуан’эр. Хотя процесс лечения был не особенно сложным, для его завершения потребовалось бы очень много времени. По подсчетам Цзян Чэня, чтобы полностью вылечить Хуан’эр, потребуется не менее трех-пяти месяцев.

Если лечение действительно длилось бы так долго, он, возможно, не смог бы вернуться на церемонию открытия Лазурной Пагоды. К тому же первое сражение, которое должно было произойти во время церемонии, было битвой мастеров пилюль. Цзян Чэнь больше не хотел ничего получить от Дао пилюль. Таким образом, сражения с мастерами пилюль у Лазурной Пагоды его не особо интересовали. В конце концов, он был абсолютным авторитетом среди мастеров пилюль в Лазурной Столице. Он был настолько велик, что даже Священной Павлиньей Горе пришлось полагаться на него в битве против Города Пылающей Пилюли. Учитывая, насколько известен сейчас был «король пилюль Чжэнь», ему больше не нужно было доказывать свою ценность. Фактически, он подозревал, что даже сам Император Павлин не ожидал, что он примет участие в этих битвах.

Процесс лечения был очень долгим, но Цзян Чэнь проводил весь процесс с особой осторожностью. Он запретил себе ошибаться. На самом деле ему пришлось вынести небольшой риск, чтобы покончить с проклятием, поскольку проклятие было чрезвычайно мощным. Но он руководствовался опытом прошлой жизни и хорошо разбирался в характеристиках проклятия. Поэтому процесс лечения протекал относительно гладко.

После введения сущности Траурного Древа в сознание Хуан’эр, Цзян Чэнь использовал собственное сознание, чтобы направить проклятие против силы Траурного Древа. Проклятие медленно, но верно очищалось, как шелк, вытягиваемый из плетеных коконов. Это было родовое проклятие, и поэтому оно было чрезвычайно сильным. Однако у всего в этом мире есть сопутствующая слабость, и Траурное Древо было тем самым предметом, который мог нейтрализовать и очистить это конкретное проклятие. Три месяца спустя, когда последний след проклятия был очищен, Цзян Чэнь, наконец, вздохнул с облегчением.

– Готово, – глаза Цзян Чэня были налиты кровью и казались уставшими. Последние несколько месяцев он работал непрерывно, и эта задача была для него утомительной, даже с учетом его уровня сознания.

И наоборот, Хуан’эр чувствовала себя намного лучше и более расслабленной, чем когда-либо прежде. Тьма, которая постоянно омрачала ее сознание, наконец, полностью исчезла. Купаясь в новом уровне комфорта, которым могли наслаждаться только обычные люди, Хуан’эр почувствовала, как ее глаза затуманились, несмотря на ее спокойный характер. Она крепко обняла Цзян Чэня, не желая его отпускать. Прямо сейчас единственная мысль, которая приходила ей в голову, заключалась в том, что этот мужчина был ее небом, ее землей и всем, чем она была сама. Ей было очень больно видеть, насколько Цзян Чэнь вымотался ради нее.

– Брат Чэнь, знать тебя – самое большое счастье в моей жизни, – тихо пробормотала Хуан’эр, как будто во сне. Наблюдая за тем, как Цзян Чэнь крепко спит в ее руках, она нежно поцеловала его в лоб, покраснев. Ее глаза были полны бесконечной любви. Хуан’эр родилась со спокойным характером, и ни одному молодому человеку никогда не удавалось оставить глубокое впечатление в ее сознании. Но этот мужчина – она пожертвует даже своей жизнью, чтобы защитить его.

Дух Цзян Чэня полностью восстановился после того, как он провел примерно четыре полных дня за восстановлением. Только сейчас у него появилось время тщательно изучить полученные награды. В битве против Лу Шинаня он получил большой котел, который мог служить хорошим средством защиты. Восемь статуй, которые раньше принадлежали принцу Шанпину, также были необычными. Единственное, о чем он сожалел, так это о диске формации. У Лу Шинаня оказалось немного больше хорошей добычи и шокирующее богатство. Естественно, теперь все это находилось во владении Цзян Чэня.

Цзян Чэнь также получил партию духовных трав небесного ранга от Лесных Демонов. Все они были настоящими духовными травами небесного ранга. Во время этого путешествия он добыл как минимум дюжину духовных трав небесного ранга. Следовательно, в настоящее время он обладал почти двадцатью духовными травами небесного ранга. Это определенно было шокирующее количество. Теперь лишь горстка Великих Императоров была богаче его. Конечно, самой большой наградой в этой поездке стало улучшение его культивирования. Цзян Чэнь уже заметил, что находится очень близко к шестому уровню сферы мудрости.

Воспользовавшись этим коротким промежутком, он пробил эту границу и плавно завершил восхождение. Однако Цзян Чэнь не был удовлетворен простым продвижением на один уровень. После восхождения он принял Пилюлю Улыбки Мудреца и продолжил культивировать. Пилюля Улыбки Мудреца была подарком лорда Клана Извивающегося Дракона и позволяла практику сферы мудрости продвинуться на целый уровень культивирования.

Цзян Чэнь не использовал эту пилюлю раньше, потому что хотел оставить ее именно на этот момент. Таким образом, он мог подняться на седьмой уровень сферы мудрости и сразу же стать экспертом небесной сферы мудрости. Когда он завершит свое вознесение в небесную сферу мудрости, его боевая сила и культивирование резко возрастут. Цзян Чэнь потратил в общей сложности три месяца, чтобы вылечить Хуан’эр от ее проклятия. Он справился досрочно. Однако ему потребовалось больше месяца, чтобы подняться к седьмому уровню сферы мудрости. Когда он достиг небесной сферы мудрости и ощутил, как в его тело приливает бесконечное количество энергии, то почувствовал себя поистине великолепно.

– Я, наконец, добрался до небесной сферы мудрости! – глаза Цзян Чэня заблестели от радости. Его культивирование не прекращалось с того дня, как он начал, и теперь он наконец достиг небесной сферы мудрости. Теперь он был уверен, что сможет сразиться с обычным экспертом императорской сферы даже без своего снаряжения, но Цзян Чэнь не расслаблялся только потому, что совершил прорыв. Хорошо используя импульс от своего вознесения, он начал практиковать Технику Меча Пяти Божественных Громовых Ударов. Он готовился к этой технике владения мечом с давних времен, и теперь его связь с Божественным Пятицветным Мечом стала почти идеальной. Он действительно обладал необходимой квалификацией, чтобы культивировать эту технику меча. Техника претерпевала бесчисленные эволюции от сложного к простому и наоборот. У нее было полно вариаций.

Естественно, Цзян Чэнь не мог овладеть техникой владения мечом за один день. Он должен был начать с самого простого движения. Его Божественный Меч также много раз модифицировался и обладал огромной силой. Даже простой удар мог вызвать большие разрушения и потрясения.

Первый прием техники владения мечом назывался «Сотрясающий Мир». Божественный Меч содержал Истинный Закон Пяти Громов. При выполнении этого удара ты убивал силой движения в сочетании с мощью и звуком грома. Цзян Чэню потребовалось полмесяца, чтобы, наконец, понять суть этого первого шага. Из-за прилива сил он выполнил ход так, что случайно разрезал целую горную вершину пополам.

– Поздравляю, брат Чэнь! Эта техника владения мечом совершенно необычна, – Хуан’эр не была дурой, и ее поразила мощь этой техники.

Цзян Чэнь усмехнулся:

– Я все еще не гожусь тебе в противники, если ты сразишься со мной в полную силу, Хуан’эр.

Теперь, когда Хуан’эр больше не была ограничена проклятьем, у нее больше не оставалось причин воздерживаться от сражений. Она красиво улыбнулась:

– Если бы на твоем месте оказался кто-то другой, я бы не стала спорить, брат Чэнь. Но почему-то мне кажется, что ты просто скромничаешь.

– Я не скромничаю. Еще в Королевском Дворце Пилюль тебе потребовался всего один удар, чтобы напугать Цао Цзиня и заставить его сбежать, зажав хвост между ног. Знаешь, эта история во дворце стала легендой.

Хуан’эр хихикнула.

– Я просто не могла ничего сделать, пока тебя не было рядом. Твоя репутация могла б пострадать, если бы я позволила ему вести себя так ужасно перед входом во дворец, не так ли?

Цзян Чэнь громко и счастливо рассмеялся. Ему было приятно видеть веселую Хуан’эр, которую больше не мучило проклятие. Одна из его величайших забот, наконец, разрешилась.

– Интересно, где же старейшина Шунь? Даже если он отправился на Остров Мириады Бездн, то уже должен был бы вернуться, не так ли? – он тихо вздохнул, вспомнив старейшину.

Хуан’эр также, казалось, немного забеспокоилась, вспомнив старейшину Шуня.

– Старейшина Шунь – упрямый человек, и он так заботится обо мне. Я просто боюсь, что он не захочет вернуться без Траурного Древа. Хуже того, я боюсь, что он может пойти на большой риск, чтобы найти его.

– Надеюсь, он скоро вернется.

Хуан’эр согласно кивнула:

– Кстати, теперь награда недействительна, верно? Давай найдем подходящее время, чтобы избавиться от нее. Было бы ужасно, если бы те, кто увидит это объявление, решил отправиться в пустынные дикие земли, чтобы найти Траурное Древо, и при этом потерял бы свою жизнь из-за реликвии Великого Императора.

Хуан’эр родилась с добрым сердцем, поэтому не хотела, чтобы кто-нибудь попал в беду из-за нее, тем более что теперь она была освобождена от проклятия. Цзян Чэнь кивнул:

– Пойдем. Все сделано. Давай вернемся в Лазурную Столицу.

Пара покинула свое укрытие и вернулась в город Тайя. Город произвел на Цзян Чэня довольно плохое впечатление. Он никогда не забывал тот факт, что город Тайя помог злодею Гун Уцзи в его попытке выследить Цзян Чэня. Теперь, когда он вернулся, Цзян Чэня интересовало, сможет ли он найти возможность выразить им свою «признательность».

Однако после того, как пара вошла в город, они услышали, что Вечная Небесная Столица и Небесная Секта Девяти Солнц начали сражаться друг с другом в Области Мириады. Секта Девяти Солнц утверждала, что Вечная Небесная Столица уничтожила их Подразделение Пурпурного Света. Тем не менее Вечная Небесная Столица заявляла, что Секта Девяти Солнц делала из мухи слона только для того, чтобы вторгнуться в Области Мириады. Ни одна секта не сдавалась, учитывая, что они были конкурентами, которые с самого начала участвовали во многих военных действиях. В результате эскалация настроений привела к полномасштабной войне, вспыхнувшей в Области Мириады. Эта новость подняла волну удовольствия в уме Цзян Чэня. Они начали сражаться друг с другом!