Том 4. Глава 19. Новая битва

После того, как Е Тун пересекла мост, она внезапно почувствовала, словно какая-то невидимая нить судьбы порвалась. Она неожиданно ощутила, как ее разум опустел.

Она не могла сказать, чего конкретно она лишилась, но это чувство пустоты было довольно трудно вынести.

Е Тун сидела одна, погруженная глубоко в собственные мысли, в надежде найти ответ. Она поразилась, обнаружив определенную фигуру в своей голове.

– Может ли это быть он?

Е Тун была удивлена, но другой голос в ее голове будто говорил ей, что это не было неожиданностью.

После нескольких часов отдыха отряд продолжил свое шествие. Когда они прошли сквозь густой туман, перед их глазами предстал город. Весь этот город был землей мертвой тишины – в нем не было ни шума, ни жизни. Повсюду лежала пыль. Было неизвестно, сколько лет этот город провел в тихом мраке. Они обыскали множество строений, и так и не смогли найти ни единого трупа или хотя бы скелета. Никто не смог найти ключ к разгадке исчезновения всех городских жителей.

В домах жители оставили чайники на плитах, утварь на столах, и незастеленные покрывала в спальнях. Однако найти следов хозяев не удавалось.

Исследование проходило гладко. В центре города находился несравненно огромный храм, сложно было пропустить такую мишень. После того, как они вошли внутрь, всех тут же шокировала сцена, возникшая у них перед глазами.

Огромный храм оказался невероятно просторным. Однако на этой гигантской площади в сотни квадратных метров не было ничего кроме высокого постамента-сцены, возведенного прямо в ее центре. В каждом из четырёх углов сцены находилась хрустальная скульптура. Четыре женщины с вытянутыми руками показывали в одну точку на небе, словно молились о чем-то.

Место, куда они указывали, пустовало, но у всех присутствующих в сердцах возникло одинаковое чувство, что на этом месте раньше что-то определенно было.

Исчезнувший предмет, скорее всего, и являлся тем сокровищем, которое они так упорно искали.

Марис хотел было взлететь на сцену и всё детально изучить, но его удержал Садизон, который указал на землю и сказал:

– Посмотри под ноги!

Марис посмотрел вниз и тут же сглотнул холодный воздух.

Полы во всем холле были покрыты пересекающимися орнаментами резьбы, которые при более внимательном рассмотрении оказывались взаимосвязаны. В глазах Мариса это имело смысл, потому что это был изначальный массив, который заполнял собою весь храм.

Посмотрев на этот массив под ногами, а потом обратно на сцену, на Мариса внезапно снизошло озарение:

– Это жертвенный алтарь!

Садизон с серьезным выражением лица медленно кивнул в ответ.

Эти выгравированные в полу узоры, формирующие массив, по сути представляли собой каналы, которые должны были обеспечивать нужную среду. Вероятнее всего, движущей силой для такого огромного массива служила не только изначальная сила. И жертвенный алтарь, как и предполагало его название, требовал жертвоприношения, чтобы показать себя в действии.

Только что это за жертва и что за среда нужна? Как это было связано?

* * *

В городе Черного Ила Цянь Е не покидал уединенной комнаты в течение двух дней и одной ночи.

Практически всю кровь арахнида уже поглотило и внизу живота Цянь Е остался лишь небольшой водоворот. Он был полностью сформирован из чистейшей изначальной силы тьмы, которая, согласно признакам распределения, была чрезвычайно близка к вершине изначальной темной силы.

Однако Цянь Е понятия не имел, что эта сила Брамса была выкроена из его врожденной физической силы. Виконт-арахнид сохранял свой облик получеловека даже после того, как вступил в бой, и не мог свободно переключаться между формами человека и паука, как большинство других высокоранговых арахнидов. Причиной этого была недостаточно чистая линия крови.

Это, конечно, вызовет большой переполох, если в лагере Вечной Ночи обнаружат, что он способен очищать столь чистую изначальную силу тьмы от примеси нечистой изначальной крови.

Впрочем, Цянь Е сожалел и о другом. По сравнению с масштабом плотности изначальной силы рассвета, количество этой изначальной силы тьмы было несколько маловато. На самом деле, он и не ожидал какой-то невероятно глубокой силы тьмы, но такую очевидную разницу не заметить было очень трудно.

Небольшой водоворот продолжал неустанно вращаться. Мрачный и бездонный, он был похож на гущу черных облаков, и если кто-нибудь продолжил бы смотреть в него продолжительное время, то смог бы увидеть иллюзию безграничной тьмы, окрашенную цветом крови.

“Черное и красное есть Таинство.”

В Древнем Манускрипте Клана Сун эта странная запись гласила, что тот, кто сумеет культивировать главу Таинство, окажется на грани перехода на следующий этап. Глубоко в сердце Цянь Е вздохнул – финал был уже неизбежен.

По истечении двух дней и одной ночи он постепенно вернул свою истощенную изначальную силу рассвета на ее привычный уровень. Приливы рассвета проплывали по кровеносным сосудам Цянь Е, в то время как водоворот вращался в области его даньтяня. Как изначальная сила тьмы после завершения процесса уплотнения отреагирует на его родную изначальную силу рассвета? Вскоре результат станет видимым.

Что это будет? Лед и пламя, не имеющие возможности находиться рядом, как доказывают 1200 лет человеческого опыта, или невероятное равновесие заката и рассвета, как описывается в Древнем Манускрипте Клана Сун?

Цянь Е не стал долго об этом размышлять, ведь его вовсе не пугал предстоящий исход. На данный момент у него, по сути, не было выбора. Он лучше рискнет жизнью, чем будет беспомощно наблюдать, как изначальная сила тьмы разъедает его.

Пока он проводил изначальную силу тьмы сквозь последний цикл, обороты водоворота ускорялись несколько раз. В конечном итоге водоворот сократился до черного кристалла размером с кончик пальца.

«Как мог появиться такой предмет?» – поразился Цянь Е. Конечно же, это была хорошая новость, что изначальные силы тьмы и рассвета не вступили в конфликт, но равновесия между ними он тоже не почувствовал.

Черный кристалл неожиданно треснул и разбился, прежде чем Цянь Е смог расширить свое сознание, чтобы исследовать его дальше. Из него появилась едва различимая струйка золотой темной энергии крови, тонкая настолько, что ее едва можно было разглядеть.

Цвет и блеск этой новорожденной энергии крови был скорее темным. Несмотря на то, что она была чрезвычайно слабой, в ней содержалась аура, которая была холодной, благородной и внушала благоговейный трепет. Она также несла в себе некую древнюю и покинутую атмосферу, словно прошла через бесчисленное количество лет.

Эта темная золотая энергия крови начала медленно двигаться, и подобно комете в небе, повсюду оставляла после себя некий слабый след. Он исчезал не сразу, а только через некоторое время.

Цянь Е поизучал его минуту и в ее хвосте неожиданно обнаружил некую слабо различимую рунаречь. Просто из-за того, что золотая энергия крови была слишком мала, след за ней был еще меньше, поэтому было трудно утверждать, действительно ли он что-то там видел.

Темно-золотая энергия крови сперва странствовала только по месту, усеянному фрагментами черного кристалла. Эти крупицы исчезли, как только энергия крови продвинулась дальше. Затем она поплыла вверх против течения крови Цянь Е, словно ознакамливаясь с новым окружением.

Ему вдруг показалось, что первоначальная золотая энергия крови обладала собственным интеллектом, в то время как эта более всего походила на новорожденного ребенка.

Темно-золотая энергия наконец добралась до его сердца. Символ способности зрения не рассеялся, утратив золотую энергию крови, и всё ещё находился в его сердце. Темно-золотая энергия крови была похожа на маленькое любопытное дитя – она несколько раз покружилась вокруг символа, пытаясь коснуться его своей небольшой головкой, прежде чем устремилась прямо в него. После чего она свернулась в кокон и впала в спячку, словно наконец убедилась в том, что это место действительно является ее новым домом.

Покинув комнату практики, Цянь Е увидел Сун Ху, который сидел снаружи. Казалось, что он ждет здесь довольно давно. После великой битвы было много дел. Сун Ху не стал бы приходить сюда и тратить свое время, если бы на то не было крайней необходимости.

– Что-то случилось?

Цянь Е вытянул руки и позволил Седьмой и Девятой сменить его пропитанную потом одежду.

Сун Ху ответил:

– На болоте уже удалось обнаружить следы следующего отряда темных рас. Генерал Вэй просил, чтобы вы пришли к нему, как только закончите практику, чтобы разобраться с вопросами обороны.

Большинство офицеров экспедиционной армии уже ушли, когда Цянь Е наконец добрался до оперативного штаба. Несколько представителей личной охраны клана Вэй тоже получили свои миссии и уже собирались уходить.

Вэй Байнянь стоял перед картой зоны военных действий. Услышав, как вошел Цянь Е, он обернулся и произнес:

– Есть хорошие новости и плохие. Какие хочешь услышать первыми?

– Хорошие.

Раз Вэй Байнянь все еще был в настроении шутить, ситуация, вероятно, еще не ухудшилась до катастрофического уровня. Однако Цянь Е заметил, что выражение на лицах офицеров, мимо которых он проходил, было вовсе не радостным.

Вэй Байнянь сказал:

– Хорошая новость в том, что передовой отряд темных рас, который мы только что уничтожили, по сути, был половиной всех темных сил, направленных сюда. Более того, цена, которую пришлось заплатить за эту победу, оказалась чрезвычайно малой по сравнению с предыдущими военными кампаниями экспедиционной армии.

Цянь Е кивнул:

– А плохая новость?

Вэй Байнянь печально улыбнулся и ответил:

– Плохая новость в том, что хотя темные расы и не получили подкреплений, они, кажется, не планируют менять маршрут. Разведка только что доложила, что они обнаружили на болоте новое подразделение во главе с Соддо Раздирателем Душ.

– Раздиратель Душ? Это то самое племя оборотней?

– Именно. Раздиратели Душ – одно из десяти величайших племен оборотней, оно известно своей кровожадностью и жестокостью. Но, кроме этого, проблема еще и в том, что Соддо Раздиратель Душ тоже является Воителем.

Цянь Е непроизвольно нахмурился:

– Два Воителя?

Вэй Байнянь с мрачным выражением на лице кивнул в ответ:

– Да, они отказались от идеи изменить маршрут даже после того, как потеряли половину армии. Эта зона военных действий явно является просто небольшим сектором для развертывания их сил. Направление двух Воителей на территорию, которая не может расцениваться как важный стратегический пункт, означает, что сила наступления темных рас на этот раз совершенно беспрецедентна.

Цянь Е подошел к Вэй Байняню и, осматривая карту с новыми отметками, спросил:

– Генерал, как ваши раны?

– Я более-менее оправился. К счастью, я взял с собой особые лекарства из собственных запасов. Вначале я не хотел их использовать, но кто же знал, что на поле битвы появится оборотень-Воитель! Эх, этот препарат стоил как изначальное оружие шестого уровня.

В это мгновение Вэй Байнянь пожал плечами. Похоже, он весьма неохотно расстался с ним.

Особые препараты, способные залечивать травмы Воителей за короткий период времени, были большой редкостью. Это был козырный туз, способный в случае опасных ситуаций сохранить жизнь Воителю. Но, из-за скорого прибытия другого Воителя темной расы, у Вэй Байняня не было другого выхода, кроме как восстановиться до своего пикового состояния настолько быстро, насколько это возможно.

После этого Вэй Байнянь вновь вернулся к разговору о насущных делах:

– Я уже организовал срочный перевод войск из другой линии обороны, оставив там лишь войска, достаточные для поддержания порядка. Так мы хотя бы сможем сохранить преимущество в силе. Твой корпус наемников Темного Пламени будет отвечать за оборону этой позиции – стометровый участок стены города и три соседних квартала.

Цянь Е указал на карту и произнес:

– Эта область кажется немного уязвимой.

В это мгновение он почувствовал в левой руке, которой он оперся на стол, некоторый комфорт и слегка ее подвинул. Весь стол для совещаний с громким звуком рассыпался на бесчисленное количество мелких деревянных щепок, даже военная карта на нем порвалась в клочья.

Левая рука Цянь Е все еще опиралась на уже пустое пространство. Цянь Е был крайне изумлен произошедшим.

Вэй Байнянь тоже немало удивился и, не удержавшись, спросил:

– Что это было?

– Я… эм… похоже, я случайно приложил чуть больше сил, – произнес Цянь Е, заикаясь.