Глава 1280. Сотня ударов

Ужасающий красный свет полностью заполнил Ван Линя. Этот свет исходил из крови, с которой слился Изначальный Дух Ван Линя. Под влиянием этой необыкновенной силы разрушенное смертное тело Ван Линя неожиданно, в мгновение ока, вновь собралось воедино.

Это застало Ван Линя врасплох, и у него не было времени подумать. Он отчётливо ощутил, что сила кровяных клеток, с которыми слился Изначальный Дух, стремительно рассеивалась по мере того, как восстанавливалось тело Ван Линя.

Могло получиться так, что спустя совсем небольшой промежуток времени, сила кровяных клеток полностью исчезла бы.

Но всё это уже не имело для Ван Линя никакого значения. В одну секунду его тело снова собралось, безумное намерение завладело Ван Линем. Твёрдо посмотрев на Шуй Даоцзы, Ван Линь одним рывком подался вперёд.

В момент рывка тело Ван Линя с грохотом изменилось и снова превратилось в смертное тело Древнего Бога величиной в несколько сотен чжанов! Шестая звезда в его межбровье начала вращаться, а звезда Домена законов природы только усиливала её вращение. На первый взгляд могло показаться, что появился Древний Бог Семи Звёзд!

Яростная аура распространялась от Древнего Бога. В эту секунду Ван Линь словно проглотил Фрукт вознесения Бессмертных и впал в безумие!

Он не мог умереть, совершенно не мог умереть, и любой ценой желал уничтожить, истребить всех и вся на своём пути!

Раздался рёв!

Рёв Ван Линя был подобен рёву древнего чудовищного духа. Его рука сжалась в кулак, и Ван Линь направился прямо к Шуй Даоцзы. В тот момент, когда Ван Линь выбросил кулак вперёд, замысловатые слова речи Древнего Бога сорвались с его губ!

Божественных способностей у Древних Богов немного, но все они могущественны и абсолютно не поддаются пониманию культиваторов. Как только раздалось эхо от песнопения Ван Линя, огромная жизненная сила Древнего Бога внутри него неожиданно вырвалась наружу!

— Техника Древнего Бога, призыв Духа, истребляющего жизнь!

Ван Линь низко зарычал и нанёс удар кулаком. Этот удар потряс Небо и всколыхнул Землю так сильно, что пространство перед Ван Линем внезапно разрушилось, а жизненная сила внутри него яростно рассеялась, превратившись в мощную силу, от которой затрепетали Небо и Земля. Эта сила, находившаяся в кулаке Ван Линя, с грохотом устремилась прямо к Шуй Даоцзы.

Раздался грохот, и регион планет пятого уровня едва не был разрушен полностью. Кулак Ван Линя опустился и внезапно столкнулся с ладонью Шуй Даоцзы! Раздался гром, из тела Ван Линя брызнула кровь, и его откинуло прочь на тысячу чжанов. Ван Линь кое-как остановился и яростно и свирепо снова рванулся вперёд.

Выражение лица Шуй Даоцзы было тем же, что и всегда, но его ладонь слегка онемела. Вся его культивация была направлена на сопротивление Семицветному гвоздю в его межбровье. Выделенной силы было немного, но мощи его ладони всё ещё хватало, чтобы уничтожить культиватора полной завершённости Разрушения Границ Тьмы.

— Божественная способность обмена жизненной силы на энергию всего лишь временная мера. Посмотрим, сколько ударов ты сможешь отразить!

Как только Шуй Даоцзы замолк, Ван Линь приблизился так же, как и в прошлый раз, и с грохотом нанёс второй удар. Когда он занёс кулак, часть всех его жизненных сил вновь рассеялась. Почти все его волосы были седыми, но в ту секунду разом потускнели, а звезда в межбровье потемнела.

Раздался грохот от второго удара! В тот миг, когда кулак Ван Линя столкнулся с ладонью Шуй Даоцзы, Ван Линь, превозмогая внутренние раны, мрачно рассмеялся. Но он не отступился, а, наоборот, яростно нанёс третий, четвёртый, пятый, шестой удар… В мгновение ока Ван Линь нанёс десять ударов!

На десять ударов было потрачено слишком много жизненной силы. По мере того как кулак, наносивший удары, опускался раз за разом, чудовищный грохот раздавался вокруг, и регион планет пятого уровня полностью разрушался!

Бесчисленные трещины сформировали бурю, которая сметала с лица земли всё в регионе планет пятого уровня. Чем больше было обрушено ударов, тем больше волос опадало с головы Ван Линя, а на нём самом появлялось всё больше морщин. За секунду Ван Линь совершенно постарел.

Но его глаза по-прежнему горели красным светом, и в них по-прежнему читалась яростная воля к борьбе!

Непрерывно грохотали раскаты грома, удары один за другим обрушивались на Шуй Даоцзы, давая ему отпор. Лицо Шуй Даоцзы оставалось прежним после второго удара, но к шестому он отдёрнул руку и отступил на пару шагов назад, а из его открытого рта вырвался туман.

Туман должен был противостоять ударам Ван Линя, которые культиватор собирался нанести!

— Даже если ты – смертное тело Древнего Бога, эта божественная способность всё равно тратит твои жизненные силы, а такое почти невозможно выдержать. Сражаться со мной таким способом крайне забавно!» — Шуй Даоцзы холодно усмехнулся, а Семицветный свет в его межбровье был уже полностью подчинён. Как бы ни вращался Семицветный гвоздь, он не мог проломить лоб Шуй Даоцзы, но вот пронизывающая боль тем не менее непрерывно пульсировала в межбровье.

— Этот гвоздь Чжан Цзуня уровня Пустоты Духа слишком странный, и, к счастью, тебе никак не додуматься до того, как именно его использовать. Но ведь нужно ещё и не допустить превращения гвоздя! — Шуй Даоцзы низко зарычал, и вся его культивация вырвалась наружу, одним неожиданным выбросом стремясь разрушить Семицветный гвоздь!

В одну секунду большая часть жизненной энергии Ван Линя рассеялась, напоминая старика, оказавшегося в тупике. Смертельная Ци распространялась толчками, звезда в межбровье Ван Линя ещё более потускнела, а тело покрылось морщинами. Похоже, даже тело Ван Линя стремительно старело.

Но пламя в его глазах загорелось ещё ярче, и с холодным рёвом Ван Линь вновь рванулся вперёд. Как мотылёк, который прекрасно знает, что в конце концов погибнет, но всё же стремится к огню, так и Ван Линь понимал, что идёт на верную гибель. Но мотылёк не всегда слепо стремится к огню, а иногда имеет и более важную, высшую цель – погасить его!

Рванувшись вперёд, Ван Линь сжал кулак и вновь замахнулся. Мир потряс давно забытый грохот, который зазвучал повсюду. И пока Ван Линь наносил один за другим одиннадцатый, двенадцатый, тринадцатый удары… Вплоть до девятнадцатого, раскаты грома всё звучали.

Каждый удар нёс с собой силу пика культивации Ван Линя, наибольшую мощь Древнего Бога, и расходовал его жизненную силу!

Грохот потряс небо и всколыхнул землю, из глаз, ушей, рта и носа Ван Линя хлынула кровь – он был почти на грани жизни и смерти. Но его кулак ни на мгновение не останавливался, и в ту секунду даже Шуй Даоцзы невольно пришёл в изумление!

Пока звучал гром, туман Шуй Даоцзы продолжал сопротивляться. Туман не только не рассеялся, а, наоборот, устремился верх, собираясь поглотить Ван Линя.

— Если бы ты, вкладывая столько же сил, смог нанести больше сотни ударов, то, давая отпор Семицветному гвоздю, у тебя получилось бы ранить меня. Какая досада, что сейчас только девятнадцатый удар, а ты уже на пределе, и твоя жизненная сила полностью иссякла. Мне даже нет нужды убивать тебя, ещё мгновение – и ты умрёшь сам!

Холодный голос Шуй Даоцзы всё звучал, но Ван Линь уже не слышал. Его уши были заполнены кровью, и он практически не слышал ничего из того, что происходило вокруг.

Ван Линь был чудовищно измотан, его охватило страшное безразличие. Дыхание смерти уже немного коснулось его сознания, словно забирая его далеко-далеко, уводя из жестокого мира культивации, избавляя от всех страданий.

Даже красный свет в его глазах погас, а сами глаза потускнели.

Но в тот момент, когда туман, приближаясь к Ван Линю, хлынул вперёд и хотел уже поглотить культиватора, Ван Линь внезапно поднял голову, а его тёмные глаза неожиданно вспыхнули светом!

— Я всегда был культиватором, так как я могу бояться битвы? Я понял, что главное в этой битве не желание сражаться, а, несмотря на осознание неминуемой гибели, решимость дать отпор! — Ван Линь мрачно рассмеялся и шагнул вперёд, поднял руку и яростно нанёс удар!

Двадцатый удар!

С первым ударом изо рта Ван Линя полилась чёрная кровь, но это его не остановило, а заставило дико рассмеяться. Его смех оглушал, отражая непоколебимость Ван Линя и презрение к законам природы всего мира и всех живых существ!

— Я, Ван Линь, культивирую с шестнадцати лет! — обрушился двадцать первый удар! Туман взревел, не останавливаясь ни на секунду.

— Я покорил высочайшие пики, убил Тэна Ли, — обрушился двадцать второй удар! В один миг, поглощавший Ван Линя туман, неожиданно замер.

— Я сбежал в Море Демонов, сформировал золотой Дан! — двадцать третий удар! Туман внезапно задрожал, а где-то внутри него зазвучал пронзительный рёв.

— Я достиг стадии Зарождающейся Души, истребил всех до последнего в клане Тэн, потряс Сузаку, обучался в секте Тянь Юнь! — Ван Линь, дико смеясь, двинулся вперёд, будто бы говоря с самим собой, но его кулак продолжал яростно наносить удары – двадцать четвёртый, двадцать пятый, двадцать шестой! Туман с грохотом рассеялся, из-за неожиданного напора вынужденный, в конце концов, отступить на три чжана!

— Я достиг стадии Познания Инь и Ян, трёх Сфер Разрушения Границ Тьмы! Преодолел все опасности на своём пути, не склонился перед миром, не сосчитать, скольких убил! — двадцать седьмой, двадцать восьмой, двадцать девятый, тридцатый удар! Туман отступал, а его рёв становился ещё яростней. В конце концов, объятый ужасом, туман отхлынул прочь.

— До сих пор не было конца убитым мной. Я культивировал две тысячи лет, достигнув моего нынешнего уровня! — обрушился тридцать первый удар… И уже тридцать девятый

— Я сражался с Небом, сражался с Землёй, а сегодня моя схватка и вовсе с тем, чьё могущество на третьем шаге культивации. Не жаль будет умереть! — сороковой, сорок первый, сорок второй… Пятьдесят третий удар!

— Я жалею лишь об одном – что не могу вернуть к жизни мою любимую. Но мы с ней умрём вместе, и ничто не сможет нам помешать! — обрушился пятьдесят четвёртый, пятьдесят пятый, пятьдесят шестой удар… Шестьдесят четвёртый! Отхлынувший туман с грохотом рассеялся, растаяв без следа.

— Даже если жизненная сила оставит меня, что мне с того! — шестьдесят пятый удар, шестьдесят шестой, шестьдесят седьмой… И вот уже Ван Линь нанёс семьдесят пятый удар!

Ван Линь был полностью покрыт алой кровью, и сам он был одной сплошной кровью, а его тело стремительно уменьшалось, чудовищно старея. Ощущение близкой смерти накрыло Ван Линя, всё у него внутри умирало, а жизненная сила иссякла окончательно!

Ведь ещё на двадцать третьем ударе его жизненная сила иссякла, а остальные удары Ван Линь наносил благодаря мощи слияния кровяных клеток Изначального Духа!

— Я обошёл весь мир и стал невероятно могущественным. Даже если я погибну в сражении, что мне с того! — прохрипел Ван Линь, а в его голосе словно чувствовался привкус крови. Этот хрип приводил в смятение всех, кто его слышал!

Семьдесят шестой, семьдесят седьмой, семьдесят восьмой… Восемьдесят четвёртый удар!

— Моя жизненная сила иссякла, я одной ногой стою в могиле, но удары божественной способности ещё не завершены. Свет течения времени, поверни для меня вспять пять тысяч лет и дай мне жизненную силу этих пяти тысячелетий! — Ван Линь, запрокинув голову, рассмеялся. Нанося восемьдесят четвёртый удар, он непрерывно шагал вперёд, напоминая бессмертного, который сражается, не страшась ни Неба, ни Земли. Шаг за шагом Ван Линь продвигался вперёд, полный решимости непременно погибнуть!

Не нашлось никого, кто бы смог преградить ему путь!

В глазах Шуй Даоцзы мелькнула серьёзность, которую редко можно было там увидеть. Только сейчас он почувствовал, что перед ним происходит что-то прекрасное и выдающееся!

Как только затихли слова Ван Линя, разрушившееся звёздное небо вокруг него превратилось в океан, из которого с грохотом появились высокие каменные ворота. Царивший здесь холод древности окружил Ван Линя, поворачивая время вспять!

Восемьдесят пятый, восемьдесят шестой, восемьдесят седьмой удар… Наконец, сотый удар!

За это короткое время Ван Линь истратил всю силу кровяных шариков, он истратил всю Изначальную Силу своего тела, чтобы использовать технику Течения Времени, и, повернув время на пять тысяч лет назад, получил достаточно силы, чтобы совершить сто неописуемых, поражающих душу ударов!!

Эти сто ударов были самыми яростными за всю жизнь Ван Линя, это… вся его жизнь!