Глава 645. Нападение

– О? – притворно удивился Фан Синцзянь, хотя равнодушие скрыть не удалось. – Не врёшь?

Он крепко сжал кулак и раскололся на куски воли, тут же собравшиеся прямо перед Небесным Одеянием Паньу, уже занеся кулак для удара.

Пространство втянулось в вакуум, словно занавески бытия закрылись. Невыразимая сила продолжала бурлить внутри Одеяния, из-за чего оно вертелось как юла.

Сила этого удара оказалась даже более свирепой, чем все предыдущие атаки, и снова удивила сознание Одеяния. Однако реакция последовала быстро, – Бесполезно. Небесное Одеяние Паньу – это продукт нескольких десятилетий труда Династии Горного Моря. Меня невозможно победить.

Фан Синцзянь не обращал на него никакого внимания. Используя всю чудовищную мощь Телосложения Меча Соединяющего Небеса и своего собственного физического тела, он ударил снова.

Этот удар ладонью будто бы обрушил небеса на землю, утопив в почве горы и выдавив реки в океаны. Уже даже волны искажённого пространства почти не появлялись, а запечатанные чувства снова получили доступ к информации. Потому что эта атака была нужна не для искажения пространства или запечатывания пяти чувств. Он просто ударил всей доступной себе мощью.

Одеяние задрожало, и его воля, находящаяся глубоко внутри, свирепо взвыла, – Да сколько же раз мне повторять!? Бесполезно! Кем бы ты ни был, никогда тебе не сломать эту Божественную Броню!

Фан Синцзянь не сказал ни слова. Он просто продолжил бить со своей полной силой. Следующий удар заставил броню завертеться и полететь в небо.

Но прежде чем броня успела улететь, он расколол своё тело и со скоростью света обогнал её, оказавшись прямо под ней. Следующий удар добавил Одеянию скорости и оно пулей вылетело из пещеры. Но Фан Синцзянь догнал его снова, и снова ударил.

Хотя на Небесное Одеяние Паньу были потрачены все запасы ресурсов Династии Горного Моря, всему есть предел. К тому же, за время существования всей Династии метаморфоз мира так и не начался, а потому их понимание Божественного уровня ограничивалось только четвёртым рангом.

Так что, несмотря на колоссальный объём затраченных ресурсов, оно уступает Адской Броне Белой Кости, созданной Святым Адамом.

А сам Фан Синцзянь уже второго ранга Божественного уровня, его воля, сжатая Телосложением Меча Соединяющего Небеса, не имеет себе равных. С такими способностями нечего страшиться даже на третьем ранге Божественного уровня. Победитель заранее не известен даже в сражении с пятым рангом.

Поэтому, три последовательных удара, отправили безумно дрожащее Небесное Одеяние Паньу в небо. Словно большой колокольчик, оно улетало всё выше, сопровождая полёт звоном металла. Сила Фана Синцзяня не позволяла Одеянию даже шевельнуться.

Удар за ударом, броня дрожала всё сильнее. В пустом пространстве даже что-то хрустнуло и переломилось, предзнаменую скорую поломку брони.

С боевой волей в тысячу сто пятьдесят очков, а физической силой на уровне пятисот… Фан Синцзянь стал эталоном, символом силы. Жизненная энергия и кровь в его теле кипели. Каждая мышца, каждая кость, каждая капля воли, всё его тело безумно напряглось, вытягивая всю доступную силу.

Всего девять ударов, каждый сильнее предыдущего, и с каждым звуки становились тише. В радиусе нескольких километров наступил полный вакуум и звуки уже не могли передаваться. И всё это было вызвано крошечными каплями силы, которым удалось вырваться из искажённого пространства, направляющего все силы удара в одну точку.

Спустя девять ударов Фан Синцзянь остановился в воздухе, красный как помидор.

Если бы кто-то сейчас поставил ему градусник, то тот бы сразу лопнул; его температура тела достигла пятисот градусов Цельсия. Белый пар испарялся со всего его тела, словно он кипящий чайник.

Небесное Одеяние Паньу померкло и потемнело, словно могло рассыпаться в любой момент. Из красивого лебедя оно превратилось в уродливого гусёнка.

Сознание Одеяния скрывалось в его глубочайшей части. Оно дрожало из-за ужаса перед чудовищной силой Фана Синцзяня.

«Да как такое возможно-то вообще? Кто он такой? Как он может существовать? Как можно сломать Небесное Одеяние Паньу грубой силой?»

Естественно, это представление не могло пройти незамеченным для шести глав кланов. Но действовать сразу они не стали, а дождались, пока Фан Синцзянь закончит наносить удары и ослабит Одеяние настолько, насколько это возможно.

– Идут, – безумно прокричала воля Джейкоба в головах остальных. – Давай!

Шесть столбов света появились мгновенно. Весь тропический остров окружил святой свет и гимны, пришедшие с неба. Словно сам Бог опустил Свой взор.

Джейкоб взлетел выше и невидимые волны воздуха прошлись по всему острову:

– Да пребудет со мной свет. Святой свет, даруй мне силу.

Его руки сформировали две печати, которые начали быстро сменять друг друга, перейдя за сотню.

И тогда небо полностью почернело.

Не просто потемнело. Небо в радиусе нескольких сотен километров полностью погрузилось во тьму. Словно весь свет кто-то украл.

– Злой дух! Убей его!

Великая бронзовая дверь медленно открылась в небе над островом, и безграничный свет повалил из неё. Перья, святой свет, гимн, и существа материальные и нематериальные повалили из врат.

Врата Небес позволяют использовать энергию всего света в радиусе нескольких сотен километров.

Какая чудовищная температура и энергия будет достигнута, если собрать весь этот свет в одном месте? Поток энергии, можно сказать, безграничен.

Столб белого света выстрелил из врат, словно громадный меч, способный разрезать сам мир напополам. Свет окружил Фана Синцзяня и врезался в море.

За какую-то секунду сотни тонн воды испарились и туман заполнил всё вокруг.

«Успех!» – обрадовался Джейкоб. – «Луч Врат Небес был укреплён волей шести экспертов Небесного уровня, а движется он со скоростью света, поэтому от него даже уклониться нельзя. Одного мгновения достаточно, чтобы полностью испепелить эксперта Божественного уровня первого ранга. Хотя этот человек очень силён, сражение с Небесным Одеянием Паньу должно было его значительно ослабить».

Тем не менее, Джейкоб хорошо знал, что нельзя недооценивать противника, особенно если этот противник в одиночку победил Божественную Броню, с которой они вшестером не справились.