Глава 892. Сражение

Божественный Император не успел среагировать перед этой неожиданной атакой. Его скула и нос были сломаны мгновенно, кровь лилась как густой кетчуп.

Когда кулак столкнулся с лицом, была порождена ударная волна, разнёсшая всё вокруг.

Компьютерная комната была уничтожена мгновенно. Да и не только она: практически вся подземная база была разбита. Больше десяти миллионов тонн камня обвалились, но ни единой пылинки не упало рядом с этими двумя людьми.

Божественный Император непонимающе прищурился: – Ты… разве я не убил тебя?

Он отчётливо помнил как его кулак раздавил тело Фана Синцзяня. Помнил ударные волны, из-за которых зал практически был уничтожен.

Фан Синцзянь потёр кулак и сказал: – А ты правда крепкий.

Своим прошлым ударом он собирался убить противника раз и навсегда, но Божественный Император оказался поразительно прочным. Несмотря на то что воля Фана Синцзяня достигла беспрецедентных пяти с лишним тысяч очков, ему удалось только сломать пару костей, вместо того чтобы снести голову целиком.

Если бы этот удар врезался в землю, то началось бы десятибалльное землетрясение. Астероид он бы разнёс в клочья.

Но Божественный Император только получил травму.

Естественно Фан Синцзянь не стал отвечать на вопрос Божественного Императора. На самом деле восстание машин было следствием его искусства иллюзий.

Его целью было уничтожить копии сознания Божественного Императора на других серверах, но он не ожидал, что это будет сделать так просто.

Вообще Божественный Император не был дураком. Просто он очень вспыльчивый и в злости поступает безрассудно.

– Ты меня одурачил?

Фан Синцзянь не собирался отвечать. Его воля сканировала тело противника, и вскоре он понял, почему тот настолько прочен.

Каждая частица тела Божественного Императора отразилась в разуме Фана Синцзяня. Во-первых, его кожа состояла из кипящих субатомных частиц, которые превращали все атаки в тепловую энергию, которую использовали для восстановления затраченной энергии. Затем, все частицы под его кожей постоянно исчезали и появлялись, можно сказать, что он постоянно регенерирует, а потому он мгновенно восстановится, даже если его уничтожить целиком, и никому даже не увидеть какой урон был нанесён.

По факту, хотя казалось, что Фан Синцзянь превратил лицо Божественного Императора в кровавое месиво, поврежден был только внешний слой его тела, в то время как все органы, мышцы, и кости были в порядке.

Лицо Божественного Императора задрожало, и внутренние частицы заполнили пустоту во внешнем. Серьёзные раны восстановились.

Фан Синцзянь впервые встречал противника с таким физическим телом. Можно сказать, что только его кожа способна полностью блокировать девяносто процентов энергии даже самых мощных атак, использовав их для восстановления собственной энергии.

Оставшаяся энергия исчезает вместе с постоянно обновляющимися частицами, а потому никакой урон на нём не задерживается.

Божественный Император сжал кулаки и хладнокровно засмеялся: – У меня тело великого мага, я бессмертен и неразрушим. Даже если погибнет мир, я буду в порядке. Тебе даже не представить мою силу. Мусор. Я бы сказал, что пожелаешь об этом, но нет. Не успеешь.

Сразу же после этого раздался гром, и они столкнулись как две кометы. Чудовищная сила превратила всё вокруг в пыль, кинетическая энергия превратилась в тепловую, подняв пламя до небес. Они пронзили всю подземную базу, оставив на её месте гигантский кратер под открытым небом.

С другой стороны, семь экспертов Божественного уровня Альянса сражались. Практически в первое же мгновение Золотая Пагода была открыта по команде Цю Дао, и бессчётные армии роботов вломились внутрь. Но в следующее мгновение четыре волны воли уничтожили их.

Тем не менее, против бесконечных роботов, сколько бы они не сражались, их не становилось меньше.

Более того, не больше чем в десяти километрах была ещё сотня гигантских драконов. Они открыли свои пасти и выстрелили лучами плазмы, пронзившими небо. Облака исчезли с неба, горы и реки испарились.

Несмотря на это, четырём объединившимся волям удалось сдержать атаку. Но в итоге им пришлось перейти в оборону.

С другой стороны, Вань Тун продолжал поддерживать Поле Антиэфира, Старый Тянь не отел сражаться, так что сражался только Цю Дао, не позволяя им вырваться из окружения армий роботов.

Король Змей издал рёв и превратился в бирюзовый свет. Никакие выстрелы плазмы не могли никак на него повлиять.

Это было Божественное Пылающее Телосложение, созданное им в этом мире. Оно позволяло ему игнорировать девяносто девять процентов тепловых атак.

Тем не менее, стоило ему сдвинуться с места, как перед ним появился Цю Дао. Он неожиданно прыснул чёрной водой в Короля Змей, которая тут же окружила его. Это было также неожиданно, как если бы дождь пошёл с земли на небо.

Эта техника называлась Мёртвой Рекой Преисподней, и на её создание у Цю Дао ушли годы изучения микромира. Она не только могла остановить движение большинства физических материалов, уменьшив температуру до абсолютного нуля, но и содержала информационные останки бессчётных людей, которые умерли на Земле за это время. Миллиарды ненависти, отчаяния, и ярости.

Если в кого-то попадала эта атака, то движения цели замораживались, а воля получала неизгладимое пятно. Это великая техника, как в защите, так и в нападении.

Король Змей фыркнул. Он знал эту технику, и знал, что от неё можно только отступать.

Но и Цю Дао не стал преследовать его.

В глазах четырёх экспертов появилось отчаяние.

На самом деле попытка Короля Змей прорваться была блефом: они хотели заманить и убить Цю Дао. Но он не погнался.

Лидер Альянса оставался спокойным и собранным, и ни разу не вошёл в кольцо сражения. Только когда кто-то пытался покинуть кольцо окружения он выступал вперёд и останавливал их. В остальное время армии роботов потребляли энергию противников.

В то же время, пока четыре эксперта продолжали сражаться, не желая сдаться, Цю Дао прищурился. Со взмахом его длинных роб, холодный свет исчез вдали, а затем вернулся с крохотным ледяным дворцом.

Зрачки Короля Змей сжались, и он свирепо воскликнул: – Цю Дао, ты что задумал?

Цю Дао улыбнулся, и крохотный дворец мгновенно растянулся до размера поля. Затем он схватил десятерых учеников внутри и потянул их к себе.