Глава 465. Центральное Бюро (часть 7)

Дойл сидел в главной командной рубке летающего замка, Лапуты, просматривая входящие доклады с разных этажей Башни.

— Спасибо всем, — ответил Дойл.

Замок Демонической Красавицы, Иллюзия Рыцарства, Железный Трон и Дети Леса — самые сильные из всех организаций, имеющих отношение к Артии, доказавшие свою верность Королю Теней и готовность стоять на передовой во время сражений, уже прославились как Четыре Чёрных Крыла.

Ещё до того, как Ён У исчез по личным делам, эти четыре силы уже честно исполняли приказ уничтожить все остатки Кровавой Земли, Элохима и Армии Дьявола, а также захватить контроль над другими кланами ниже пятидесятых этажей. Благодаря чему нижние этажи и области за пределами Башни теперь прочно утвердились как территории Артии. Бунтовщики, отказавшиеся признать власть Артии, бежали на верхние этажи. Остальные покорились новому порядку.

Во время экспансии 52-й этаж стал новой ареной битвы между силами Артии и теми, кто им противостоял. В настоящий момент Артия находилась в процессе перераспределения сил, чтобы пробить эту преграду — она готовилась к удару и быстрому продвижению по этажам.

Тем временем элитные члены Артии сосредоточились на подъёме на Башню, которое до сих пор откладывали. Однажды им придётся столкнуться на 77-м этаже с Белым Драконом и победить. А на время воплощения этих планов Дойлу был поручен контроль за всеми вопросами от имени Ён У.

— Брат, можно спросить, почему ты так одержим господством? Ты как будто стремишься к системе ещё более жёсткой, чем система Восьми кланов.

Пока Ён У не покинул 51-й этаж Дойла разобрало любопытство, и он спросил, почему Ён У так стремится подчинить другие кланы и выстроить новый порядок. К этому моменту все видели в нём лишь одно — тирана.

Когда-то Ён У был всего лишь ещё одним элитным Игроком, чьи качества признала Башня. Однако по мере продвижения по этажам, каждый раз ускользая из лап смерти, он как будто ожесточился. Им овладела одержимость поглотить всю Башню, как будто это компенсация, которую Башня ему задолжала. Складывалось впечатление, что он хочет соперничать с Оллфован, совсем как Королева Лета в прошлом.

Однако, насколько знал Дойл, Ён У на самом деле не свойственна жажда власти и почёта. Он мстил тем, кто был причастен к несправедливой смерти его младшего брата и наказывал тех, кто отвернулся от него, когда тот оказался в беде. Поэтому Дойл думал Ён У удовлетворится возрождением легенды о Небесном Крыле и Артии. Однако планы, воплощаемые Ён У, в корне отличались от того, чего ожидал Дойл.

— Дойл.

— Да?

— Мне как-то пришло в голову.

— Что?

— Пока существует эта Башня, война не закончится. Даже после того, как я исполню свою месть, самый главный враг останется.

— И кто же это?

— Сама Башня.

Дойл утратил дар речи.

— Я собираюсь в один прекрасный день разрушить Башню. Для этого мне нужно больше верующих.

Дойл не понимал какую картину пытается изобразить Ён У. Он мог лишь догадываться, что у того есть далеко идущий план, куда большего масштаба, чем мог вообразить Дойл. Последователи Ён У где-то в глубине души верили, что бы ни задумал Ён У, он не причинит им вреда.

«Пусть мне больно, но, если такова воля бога, я, его апостол, должен лишь наблюдать и следовать ей».

Апостолы действуют во имя своего бога. Они возглавляют верующих, чтобы нести его слово миру. Вскоре Артия станет собранием верных, а Дойл будет посредником между ними и их богом. Он не может сомневаться в своём боге или оспаривать его волю.

Впервые в жизни Дойл сделал собственный выбор, а значит он будет служить всем сердцем. Тем более, что это переломный момент времени.

— Через пять дней, как только завершится восстановление 51-го этажа, мы заложим там базовый лагерь. Это будет форпост нашей завоевательной войны, каждый клан, включая Чёрные Крылья, должен прислать своих лучших солдат и ранкеров в базовый лагерь. Я верю, что Дети Леса не допустят перебоев в поставках, — сказал Дойл, следуя приказам Ён У.

— Да, сэр.

— Да, сэр.

Когда на него посыпались ответы, Дойл откинулся в кресле, прикрыв глаза. Бесконечная работа выматывала, но он понимал, что перед реальным завоеванием его занятость с каждым днём будет только расти. Ему просто хотелось ненадолго прикрыть глаза. Фантом Королевы Лета у него за спиной заглянул ему через плечо, развернулся и исчез.

Лапута погрузилась в тишину.

***

— Эм-м, босс.

Когда Химикат вошёл в туннель, его окликнул один из верных подчинённых, Судо, и долго смотрел ему в лицо. Судо был лидером группы, напавшей на Ён У.

— Что? — спросил Химикат.

Заметив острый взгляд Химиката, Судо машинально выпрямился. Эти глаза принадлежали убийце, вырезавшему сотни Игроков, не моргнув и глазом. От его взгляда у любого по спине побежал бы холодок. А любой, кто бросил бы ему вызов, уже бы лежал с отсечённой головой или превратился в красное пятно среди Камней Кровавых Слёз.

Судо тоже почувствовал, как по спине пробежал холодок.

«Но он меня пугает больше, чем капитан», — подумал Судо, вспомнив непоколебимые пылающие глаза Ён У.

Его страх перед Химикатом исчез. Если Химикат был свирепым зверем, Ён У больше напоминал… призрака. Бесшумно передвигающегося призрака, безжалостно пожирающего свои жертвы целиком. Было в нём нечто непостижимое, пробирающее до костей. Он напоминал ему Короля Му, ещё одного элитного Игрока, вошедшего в Башню несколько десятков лет назад и сотрясшего установленный порядок.

Химикат был сильнейшим среди заключённых пещеры и ему больше всех досталось от Короля Му. В конечном итоге ему пришлось признать превосходство и учителя, и ученика. Не удивительно, что он в таком скверном расположении духа.

Заглянув в непредсказуемые глаза Химиката, Судо замешкался, хотя считал, что нужно высказать мнение своих людей. Он покосился на Мэри, но Мэри продолжала насвистывать в сторонке, словно ничего не видела и не замечала взгляд Судо… или не хотела замечать.

«Проклятая девка на побегушках!» — пробормотал еле слышно Судо, поклявшись при случае дать ей пинка.

— Что такое! — заорал Химикат, вырвав Судо из задумчивости.

— Эм… р-разве… нам не следует… и-использовать Камни Кровавых Слёз? — выдавил, заикаясь, Судо.

— Камни Кровавых Слёз? — повторил Химикат, в его глазах блеснуло безумие.

Судо энергично закивал.

— Если мы позволим ему распоряжаться здесь, как он хочет, между братьями возникнет раскол. Пока этого не случилось, разве нам не стоит поставить его на место на глазах у всех?

— Хм-м.

Яростное безумие Химиката как будто отступило. Он ненадолго задумался, потом сказал:

— Ты знаешь, что означает использовать Камни Кровавых Слёз, не так ли?

— Да, знаю.

— Нет. Не знаешь, — понизил голос Химикат.

— Сэр, я знаю, — уверенно ответил Судо.

Он уже начал высказываться, так что его голос обрёл силу.

Адамантин, способный увеличить магическую силу до чудовищного уровня, сделан из Камней Кровавых Слёз, которые добываются только в Пещере Яанека. Частично именно по этой причине многие заключённые решают не покидать пещеру, даже отработав своё наказание. Как только дневная норма выполнена, любой может добыть ещё немного минерала. Если удастся набрать побольше, после возвращения в Башню у них будет огромное преимущество: они соберут достаточно материалов, чтобы создать артефакты высочайшего уровня.

Судо, Мэри и Химикату поручено захватить Пещеру Яанека. Точнее у них два поручения: собрать как можно больше Камней Кровавых Слёз и найти дремлющую Эссенцию Крови, скрытую где-то в глубине пещеры.

Пусть Центральное Бюро закрывает глаза на их персональные коллекции Камней Кровавых Слёз, они никому и никогда не позволят забрать Эссенцию Крови. Так что на протяжении последних нескольких десятилетий группа одного за другим тайно собирала братство и искала Эссенцию Крови.

К этому моменту они уже знали, где находится Эссенция: в сердце пещеры. Но из-за неизученности её глубин даже Центральное Бюро толком не знало, какие опасности там бродят. Братству оставалось лишь найти путь к сердцу пещеры. Как вдруг появился ученик Короля Му. Это точно совпадение?

Они не думали, что какая-то информация об их деятельности просочилась, но Центральное Бюро могло что-то заметить. Какой бы ни была причина, появление ученика внесло значительные изменения в их планы. Чем пристальнее внимание Тарнека и остальных Привратников, тем сильнее ограничены их действия. К тому же собранное ими братство не едино идеологически, их интересует лишь распределение запасов при добыче Камней Кровавых Слёз и Эссенции Крови.

Если Химикат потеряет власть, высока вероятность, что их иерархия и союз распадутся. Некоторые уже встревожены. Чтобы сохранить братство и снова сосредоточиться на поиске, им необходимо как можно скорее устранить неожиданную переменную.

К счастью, есть один способ применения Камней Кровавых Слёз. Высшее руководство уже выяснило как можно их использовать, чтобы благодаря их силе обойти системные ограничения и восстановить свои навыки и ранг. В пещере столько Камней Кровавых Слёз, что шагу ступить некуда. Если извлечь сразу все, Центральное Бюро обязательно раскроет их план. Но если применять камни дозировано, можно избежать внимания Центрального Бюро. На самом деле они уже несколько раз проверяли план в действии. А если они хотят бросить вызов Ён У, придётся пойти по меньшей мере на такой риск.

«Можно поднять бунт», — подумал Судо.

— Вы все так считаете?

Спросил Химикат, глядя на остальных братьев. Поскольку ему известно то же, что и Судо, он понял каковы его намерения и что тот имеет в виду. Все твёрдо кивнули.

— Хорошо. Дайте подумать. Я дам ответ в течение дня.

— Спасибо, что прислушались к нашему мнению.

— Мне нужно собраться с мыслями. Оставьте Мэри, а остальных уведите.

Судо посмотрел на девушку-хафлинга. Химикат всегда советовался с ней, когда доходило до важных решений касательно действий братства. Вероятно, он полагался на уникальные знания хафлинга. Слабые расы, как правило, умели развивать качества, необходимые для выживания.

Когда Химикат и Мэри остались наедине, Химикат вдруг опустился на колени и ударил лбом в землю.

Бам!

Кожу на лбу рассекло, брызнула кровь. Его неожиданные действия совершенно не соответствовали имиджу и престижу того, кого называли Палачом Раскалённых Песков. Дикие, свирепые глаза смягчились, как у невинного агнца. Если бы кто-то, кто знает Химиката или его братство, увидел эту сцену, они были бы поражены.

Но словно привыкнув к такому поведению, Мэри, скрестив ноги, села на ближайший камень. Она больше не казалась занятой и почтительной по отношению к братьям. Напротив, во всех её движениях засквозило высокомерие лидера, язык тела полностью изменился.

— Я очень сожалею.

— Ерунда. Не может всё постоянно идти гладко. Это не твоя ошибка. Кто мог предположить, что появится этот проклятый ученичок Короля Му? Даже высшее руководство этого не ожидало.

Химикат руководил действиями Братства в Пещере Яанека, однако их отслеживание и оценка были задачей Мэри. Он знал, что когда-то её репутация достигала звёзд и что она древнее существо. Химикат даже догадывался кто она на самом деле. Он был уверен, что если она захочет, многие — если не все — заключённые и охранники погибнут на месте.

— Что мне делать?

— Ты должен вспомнить, как давным-давно Король Му подорвал наш авторитет и престиж.

Вспомнив о событиях судьбоносного дня, она пришла в ярость. Все их тщательно подготовленные планы в одночасье потеряли смысл из-за разрушительной ярости Короля Му. Тот всегда так делал, когда ему становилось скучно. Его попытки развеяться приводили к разрушительным последствиям чудовищной силы, включая уничтожение всей Эссенции Крови, которую им удалось на тот момент найти.

— Как сказал Судо, неважно, знает ученик или нет о том, что мы делаем.

Мэри скрипнула зубами. Её глаза сверкнули злобой.

— Должно быть, он пришёл с каким-то планом. Наверняка, случится некое сенсационное происшествие, совсем как в прошлый раз. Велика вероятность, что вся наша работа пойдёт прахом.

— В таком случае мы тем более должны использовать Камни Кровавых Слёз против него!..

— Нет. Этого будет недостаточно, — отрезала Мэри, потом покачала головой и продолжила: — Очевидно, он уже обошёл ограничения системы, как его учитель тогда. Нам не выжить, если полагаться только на Камни Кровавых Слёз и на их увеличение нашей магической силы. Нам нужно любой ценой восстановить защиту системы Башни.

«На ученика не накладываются ограничения Башни?»

Понимание этого абсурдного факта красноречиво отразилось на лице Химиката.

— К-как…

— Поверь мне. Я знаю наверняка. Думаешь, у Однорогого племени нет своих проклятых средств, не полагающихся на систему?

«А…»

Химикат невольно сглотнул. Последствия даже идиоту понятны. Все высшие ранкеры знают о неодолимой стене Однорогого племени: Мугонге.

— Тогда… что мы можем сделать? — спросил он дрожащим голосом.

Глаза Мэри сверкнули.

— Нужно и дальше действовать по плану.

— Это…

— Хотя мы пока не установили точное местоположение Эссенции Крови, мы знаем его приблизительное местоположение, так что мы отправляемся туда. Скажи Судо и остальным, чтобы начинали восстание сейчас же.

Используя Камни Кровавых Слёз, чтобы восстановить защиту системы Башни, братство может поднять бунт и выступить против функционеров Центрального Бюро. Тем временем Химикат и Мэри под шумок отправятся к центру пещеры и добудут Эссенцию Крови. Если восстание окажется успешным, Пещера Яанека окажется в руках братства. Но даже в случае провала, они получат искомое, так что ситуация беспроигрышная. Хотя они на год опередили расписание, они почти готовы действовать.

Химикат встал. Безумие в его глазах, пригашённое Мэри, вспыхнуло с новой силой и распространилось по всему телу. Мэри тоже поднялась, чтобы исполнить зависящее от неё.

Вдруг вся пещера задрожала. У обоих по спине пробежал холодок, а когда они инстинктивно подняли головы, их лица застыли. Сверху сыпались обломки камней и пыль, на потолке появились трещины и расползлись по всему своду пещеры, тряска усиливалась.

«Не может быть. Этот ублюдок уже начал действовать?»

Хотя от ученика Короля Му ждали незамедлительных действий, никто не думал, что он устроит беспорядки всего через несколько часов после прибытия. С этого момента Стражи вроде Тарнека будут пристально следить за развитием ситуации.

Они только спланировали своё восстание, но за такой короткий отрезок времени случилось немыслимое. Ученик Короля Му оказался даже безумнее своего учителя!

Пещера тряслась, словно готовая рухнуть в любой момент.

— Чтоб его! — завопила Мэри, но её крик потонул в грохоте трясущихся стен пещеры.