Наступил июль. Летняя жара добралась до пика, и человечество, казалось, было готово признать своим величайшим спасителем уже не Боевого бога Ким Сихуна, а Уиллиса Кэрриера, изобретателя кондиционера.
— Уа-а-ах…
Кан У сладко зевнул, потянулся и взял с прикроватной тумбы телефон. Семь утра.
«Давно так хорошо не спал».
В последние дни разломы открывались то здесь, то там, не давая ему толком отдохнуть. Но минувшая ночь прошла спокойно, и Кан У впервые за долгое время как следует выспался.
Впрочем, сном приятные события ночи не ограничились.
— Хи-хи. Проснулись, господин мой?
Лилит, очевидно, проснувшаяся раньше, всё это время лежала рядом и любовалась спящим мужем. Теперь она придвинулась, легко поцеловала его и устроила голову у него на плече.
— Давно мы не проводили время так… обстоятельно, — промурлыкала она с лукавой улыбкой и ткнула его пальцем в грудь. — Вчера вы превзошли самого себя.
Из-за постоянной занятости Кан У супругам редко выпадала возможность побыть вдвоём. Зато вчера они наверстали упущенное с таким размахом, что осталась довольна даже Лилит — а ведь речь шла о настоящем суккубе.
— Последние дни замотался, — ответил Кан У.
— Мне повезло. Вы наконец освободились именно тогда, когда пришла моя очередь.
Чтобы каждой доставалось время наедине с мужем, жёны установили очерёдность: если не намечалось особого праздника или события, они проводили с ним ночи по очереди.
Однако получить свою ночь по расписанию вовсе не значило провести её вместе с Кан У. Разлом мог открыться где угодно и когда угодно. Порой он даже не успевал показаться дома, и очередной супруге приходилось в одиночестве засыпать на огромной кровати. Особенно часто такое случалось в последние недели.
— Зато теперь должно надолго затихнуть, — сказал Кан У.
За десять лет он заметил закономерность: после серии разломов наступал период покоя. Иногда на несколько недель, а иной раз на месяцы.
Следовательно, можно будет наконец без спешки побыть с жёнами и восполнить всё, что они недополучили, пока он носился по миру.
— Какое счастье, — хихикнула Лилит. — А то ещё немного, и терпение Сольа бы лопнуло.
— …Это ты о чём?
— Разве вы не заметили? Как только очередь доходит до Сольа, обязательно открывается новый разлом. И вы пропадаете на целые сутки.
— А-а… правда ведь.
Из-за непрерывной беготни Кан У потерял счёт дням. Но теперь припомнил: с родной они не оставались наедине уже почти две недели.
— Ёнчжу просто расстраивается, когда не видит вас, а вот Сольа приходится особенно тяжело.
Кан У прекрасно знал почему. В Сольа по-прежнему жила ангельская сущность с её врождённой склонностью к одержимой привязанности.
— Хм… Может, стоило всё-таки находить для неё время, несмотря на разломы?
— Не переживайте. Сегодня вечером как раз её очередь. Уж постарайтесь уделить ей побольше внимания.
— Само собой.
Он собрался подняться, но Лилит вдруг схватила его за плечо и потянула обратно на постель.
— Эй!
Кан У удивлённо посмотрел на неё. Лилит прижалась к нему, слегка надув губы.
— Я, конечно, не так страдала, как Сольа, но тоже ужасно скучала, пока вы были заняты. Побудьте со мной ещё немножко.
— Ха-ха. Как прикажете, моя королева.
— Ох, как приятно слышать от вас «моя королева»!
Лилит обвила длинной ногой его бедро. Нежное тепло её тела ощущалось даже сквозь ткань. Она прижала Кан У к себе, точно дорогую подушку, и принялась неторопливо поглаживать его подбородок, словно любовалась бесценной драгоценностью.
— И какое же наказание заслужил непослушный раб, оставивший свою госпожу в одиночестве?
— Погоди, я уже раб? — изумился Кан У.
Только что был Повелителем демонов, и вдруг — бесправный невольник. У них тут что, Французская революция случилась?
— М-м… Не портите мне игру, — проворчала Лилит и ущипнула его за бок.
Кан У рассмеялся. Раз жена так старается, грех не подыграть.
«Ладно. Войду в роль. Взгляд испуганный, голос дрожит… Страх, но с лёгким предвкушением».
— Я-я приму любое наказание, какое угодно моей королеве!
— Ах вот как? Тогда…
— Только без щупалец.
— Ц-ц.
Что ещё за недовольное цоканье?!
— Ну что ж, придётся придумать что-нибудь другое.
Лилит задумчиво прижала палец к губам. Вскоре её глаза загорелись: похоже, она нашла выход.
Она приподнялась, перекинула ногу через Кан У и уселась ему на живот.
— Ну-ка, открой ротик. А-а…
Повинуясь королевскому приказу, Кан У послушно разомкнул губы. Лилит медленно вложила ему в рот палец. Он слегка пососал его и недоумённо посмотрел на жену.
«И это наказание?»
Для Лилит всё происходящее было на удивление невинно.
— Ах… Да, вот так. Какой же ты послушный раб…
Но, если ей нравится, почему бы и нет?
— Не могу… До чего же вы милый… — выдохнула Лилит.
Она наслаждалась лёгким щекочущим ощущением на кончике пальца. Со стороны происходящее и впрямь выглядело весьма безобидно — по крайней мере, по меркам королевы суккубов. Только её ощущения были совсем другими.
«Восхитительно!»
Смотреть сверху вниз на Кан У, который лежал под ней и покорно держал во рту её палец… Потрясающе! Ей почти верилось, что сейчас она и вправду королева, а могущественный Повелитель демонов — её покорный раб. Это пробуждало глубоко укоренившуюся жажду власти и подчинения. Более того, отсутствие сильных физических ощущений лишь обостряло душевное возбуждение.
Когда Кан У, совсем по-детски, стал посасывать её палец, Лилит ощутила, как по позвоночнику пробежала сладкая дрожь.
— Фух… Может, теперь простить тебя?
— Ффё, уфе ффо? — невнятно спросил Кан У.
С пальцем во рту «Всё, уже всё?» прозвучало именно так.
— Нет, рановато. За то, что оставил хозяйку одну, придётся потерпеть ещё, — передумала Лилит.
Она вынула палец. От него потянулась тонкая ниточка слюны.
— М-м…
Лилит поднесла тот же палец к собственным губам и медленно облизала, точно леденец. То ли воодушевление изменило её ощущения, то ли ещё что, но даже слюна, которая обычно казалась бы неприятной, вдруг приобрела восхитительный вкус.
— Теперь следующее наказание…
Она загадочно улыбнулась и вытянула руку вверх, будто потягиваясь после сна. Сквозь полупрозрачную чёрную ночную сорочку белела кожа подмышки.
— …Только не это, — пробормотал Кан У и сглотнул.
Лилит взяла его за затылок и потянула к себе, направляя лицо под поднятую руку.
— Ты ведь понимаешь, что должен сделать?
— Ваше величество, а у вас, оказывается, очень специфические вкусы.
— Тогда заменим на щупальца?
— Ой, ваше величество, да у вас даже подмышки прекрасные!
Кан У обнял жену и покорно уткнулся лицом в обнажённую кожу. Они оба ещё не успели принять душ, но вместо неприятного запаха он ощутил только мягкий аромат её тела — словно Лилит только что надушилась.
— А-ах…
Дыхание королевы суккубов стало горячее.
— Как же хорошо… господин мой.
— Э? Уже опять «господин»? Я, значит, из рабов мгновенно выбился в хозяева?
У вас тут государственный строй меняется чаще погоды!
— Неважно! Теперь мне всё равно!
Какая разница, королева она или нет, когда всё зашло так далеко?
Окончательно утратив интерес к ролевым тонкостям, Лилит с горячим вздохом опрокинула Кан У на кровать. Однажды разгоревшееся желание уже не собиралось стихать.
И спальня наполнилась жаром — не менее палящим, чем летнее солнце за окном. Жаром, против которого был бессилен любой кондиционер.
— Фу-ух. Пора вставать. Дети уже давно в школе.
Видимо, остальные жёны решили дать им спокойно насладиться редким выходным. Обычно Сольа или Ёнчжу заглядывали к завтраку, стучались, звали к столу. Сегодня же их никто не потревожил, и Кан У с Лилит провалялись вместе чуть ли не до обеда.
— Чувствую себя школьником на летних каникулах, — улыбнулся он.
Точно такое же чувство бывает, когда всю учебную четверть встаёшь в семь утра, а потом однажды просыпаешься после десяти и понимаешь: никуда идти не надо.
— Кстати, у детей скоро действительно каникулы, — вспомнила Лилит. Она поднялась с постели и сладко потянулась, сияя довольством.
— Уже? Быстро время летит.
— Ёнчжу как раз предлагала съездить всем вместе куда-нибудь на отдых.
— Отличная идея. Куда хочется?
— Хм… Пока ничего не приходит на ум.
— Да мы не торопимся. Каникулы ещё не начались.
— Верно. Спрошу Сольа и Ёнчжу, вместе придумаем.
— Ага.
— Ну что ж, мне, к сожалению, пора по делам.
— По каким?
— Помните, о чём рассказывал господин Сихун?
— А-а… Про созвездие?
— Именно. Даже если «Гардианс» занимается расследованием, сидеть сложа руки я не намерена. Взяла из Девяти кругов ада несколько суккубов, сейчас готовлю из них разведчиц.
Суккубы-разведчицы… Бр-р. Даже представлять не хочется.
— А я тебя тут не слишком задержал? — спохватился Кан У.
— Хи-хи. Если господин мой пожелает, я и весь день проведу с ним в постели.
— Спасибо, мне и так хватило счастья.
Начиная с прошлой ночи они вдоволь насладились обществом друг друга.
— Тогда я пойду, господин мой.
Они вместе приняли душ и переоделись. Лилит напоследок поцеловала мужа.
— Ах да! Сольа собиралась после школы сводить детей в универмаг, так что тоже вернётся поздно.
— Правда?
— А Ёнчжу сегодня на работе… Значит, у вас впервые за долгое время будет возможность хорошенько отдохнуть одному.
Одному. В своём доме. И правда редчайшая роскошь с тех пор, как появились дети.
— Отдыхайте, господин мой!
— И ты береги себя.
Проводив Лилит, Кан У опустился на диван. Дом окутала непривычная тишина — такая полная, будто кто-то выключил звук в кинотеатре. Даже просторные комнаты, в которых он прожил почти десять лет, казались незнакомыми.
«А ведь приятно иногда остаться вот так одному».
Он вытянулся на диване и закрыл глаза. Не стал ни включать телевизор, ни ставить музыку. Хотелось просто слушать тишину, неспешную, словно течение ручья.
— А-а… Благодать.
Он успел лишь немного насладиться редким покоем, когда…
ЩЁЛК!
Входная дверь распахнулась, и в прихожую вошла Ёнчжу.
— Уф-ф! Ну и пекло! На улице просто баня!
Она скинула обувь и заметила мужа на диване.
— О! Смотри-ка! Сегодня разломы не открывались? С чего это ты дома?
— Ага. Думаю, какое-то время будет спокойно.
— Красота! А то я тебя последние дни и в глаза не видела. Уже успела почувствовать себя вдовой при живом муже.
Так вот почему его никто с утра не будил. Не из уважения к выходному — жёны просто были уверены, что он опять где-то носится. Звукоизоляция их общей спальни была такой, что могла поспорить с противоядерным бункером; из коридора ни за что не определить, есть ли кто-нибудь внутри.
Но это ещё ладно.
— А ты почему уже вернулась? Разве не на работу пошла?
— Пошла. И уже отработала.
— …Отработала?
Почему, интересно, его жена заканчивает рабочий день в час пополудни?
Загружаем комментарии…