— П-Повелитель демонов?..
Мус едва заметно задрожал, произнося зловещий титул.
Небесный демон, Повелитель демонов — как бы ни называл себя этот человек, одно было очевидно.
Его мне не победить.
Как справиться с чудовищем, которое пожирает целые божественные области?
Мус прикусил губу и сжал кулаки.
Что делать?.. Как мне…
Он отчаянно искал способ выпутаться из ловушки, когда помощь внезапно пришла оттуда, откуда он меньше всего её ждал.
— Старший брат, я хочу расправиться с ним собственными руками, — холодно произнёс Ким Сихун, подходя к Кан У.
— А? Ты сам хочешь?
— Да. Иначе, боюсь, не успокоюсь.
— Хм… Оно и понятно. Ты сегодня и так многое вытерпел.
Кан У сознательно допустил опасность, чтобы подтолкнуть Канхёна к самостоятельному открытию двери. Но у Сихуна не было подобной цели. Он заранее знал, что враг попытается добраться до его дочери, и всё равно следовал плану, оставаясь в стороне и из последних сил сдерживая ярость.
Если подумать, Сихун пошёл на это ради меня.
Кан У не мог отказать ему в праве лично покончить с созвездием Мухи.
— Ладно. Я вмешиваться не буду. Разбирайся с ним сам.
— Спасибо, старший брат.
— Да брось. Это мне надо тебя благодарить.
Они заранее подготовили подстраховку на случай непредвиденных обстоятельств. И всё же каково было отцу бездействовать, зная, что его родную дочь намерен похитить неизвестный бог из чужого мира?
— Кх…
Мус стиснул зубы. Эти двое обсуждали, кому достанется право его прикончить, будто он уже был их добычей.
Проклятье!
Разве за всё время своего существования созвездием он хоть раз переживал подобное унижение? Даже когда змей обманом превратил его в марионетку, Мус не чувствовал себя настолько жалким.
Но это мой шанс.
Он прекрасно понимал, что Боевой бог — грозный противник. И всё-таки лучше сразиться с ним, чем с неизвестным чудовищем, назвавшимся Повелителем демонов. В сотню, в тысячу раз лучше!
Надо бежать.
Ни о какой победе над существом, пожирающим божественные области, и речи быть не могло. Оставалось улучить момент и скрыться.
— Что, сбежать собрался? — Сихун впился в него свирепым взглядом и поднял меч.
По клинку побежало яркое голубое пламя энергии.
— Ну попробуй.
ВСПЫШКА!
Голубой свет сверкнул, словно молния, и Сихун исчез.
Он двигался так быстро, будто перескакивал через само пространство, оставляя далеко позади скорость звука. Земля вокруг растрескалась, мусор взвился в воздух под напором ударной волны.
— Ах!
Мус испуганно втянул воздух и вскинул руки. Перед ним мгновенно сомкнулась стена из мух.
— Техника меча «Небесный дракон». Первая форма.
ГРРРРОХ!
Голубая энергия с громовым раскатом взметнулась вдоль лезвия.
— Вспышка.
ШРА-А-АХ!
На Муса обрушилась голубая молния.
Стена, сложенная из сотен миллионов мух, в мгновение ока распалась надвое. Вместе с ней рассекло и голову созвездия.
— Кха! Кхр-р!..
Из обеих половин черепа хлынула зелёная кровь. Но уже через мгновение на месте разреза закишели мерзкие личинки, стягивая разрубленные части. Голова стремительно восстанавливалась.
— Ах ты…!
Мус злобно уставился на Сихуна фасеточными глазами и призвал божественную силу.
ВЖ-Ж-Ж-Ж!
Цунами из чумных мух обрушилось на Боевого бога.
Но…
— Техника меча «Небесный дракон». Первая форма. Неистовство.
Буря голубых клинков смела наступающий рой.
— Ха-ха! Бесполезно, человек! — ликующе закричал Мус.
Пусть Сихун уничтожил мух — он не мог рассечь мечом болезни, которые они испускали, погибая. За считаные секунды в его тело проникли десятки опаснейших инфекций.
— Даже Боевому богу ничего не сделать, когда его тело вот-вот умрёт от заразы…
ШРАХ!
Меч рассёк пространство. Обе руки Муса отделились от тела и покатились по земле.
— …А?
ШРАХ!
Следующим ударом вспороло грудь. Потом были пронзены плечи, ключицы, бёдра.
— П-погод… Кха! Хр-р!
Горло, длинный выступающий хоботок, тысячи мерзких красных глаз — всё попадало под удары.
Резало. Рубило. Кромсало.
Будто целый мир превратился в один бесконечный клинок. Стоило Мусу пошевелиться, как его тело вновь разлеталось под ударами невидимых лезвий.
— А-А-А-А!
Он отчаянно вливал силу созвездия в регенерацию, пытаясь восстановить разрушаемую плоть.
Но удары опережали исцеление.
Плоть разрушалась быстрее, чем успевала срастись.
Безумие!
Мус совершил страшную ошибку. Ему казалось, что, избавившись от противостояния с чудовищем, пожирающим божественные области, он хотя бы сможет сразиться с Боевым богом на равных. Ну или, в крайнем случае, вырваться и удрать.
Теперь стало ясно, насколько нелепы были эти надежды.
— Кх! Кха! Хр-р!..
Невидимые удары терзали всё его тело. Мус, визжа от боли, пятился и спотыкался.
— …А вот живучести тебе не занимать, — признал Сихун, на миг остановившись, чтобы выровнять дыхание.
Со стороны казалось, что Боевой бог полностью подавил врага. Но это не означало, что он сам остался невредим.
— Кхе! Кхе!
По его телу расползались десятки болезней. Он подавлял их внутренней энергией, однако силы были не бесконечны.
— Так что…
ВУ-У-УМ!
Голубое сияние меча стало ещё ярче, ещё глубже.
— Пора заканчивать.
Бушевавшая энергия собралась в одной точке и затвердела, приняв форму меча. В отличие от прежних ударов, она не излучала режущей мощи, готовой рассечь всё вокруг.
Но Мус сразу понял.
Если этот меч меня коснётся, я умру.
Он судорожно сглотнул.
Н-нет!
Он бежал в этот мир, спасаясь от Небесного демона, и с таким трудом пытался вернуть былое величие созвездия. Неужели всё закончится вот так — бесславно и нелепо?
Остался только один путь.
Тот самый запасной план, приготовленный на случай самой страшной катастрофы.
— Проклятье! Проклятье, проклятье!
Мус не хотел прибегать к нему ни при каких обстоятельствах. Но выбирать больше не приходилось.
Он прижал ладонь к левой стороне груди и разбудил дремавшую в сердце частицу Чёрного неба.
— Кх-х-х… Кха!
Пробудившаяся первозданная тьма жадно принялась пожирать его божественную силу. Казалось, у него заживо вырывают куски души, но Мус стиснул зубы и передал часть Чёрного неба наследнику.
Своему избранному ребёнку.
Мальчику, который лежал с переломанной шеей у пруда.
— Кха! Ха… ха…
— …Что ты сделал? — нахмурился Сихун.
— Хе-хе… Что сделал, говоришь?
Мус зловеще ухмыльнулся и щёлкнул пальцами.
Одна из мух, кружащих неподалёку, вспыхнула глазами. Над ней развернулось изображение, словно голографическая проекция.
На нём было видно, как Чон Ёнун, ещё недавно лежавший мёртвым со сломанной шеей, пошатываясь, поднимается на ноги.
— Я передал часть своей силы ребёнку, которого избрал.
Теперь Мус лишился почти половины не только частицы Чёрного неба, но и собственной божественной силы. Однако такая цена всё-таки была лучше смерти.
— Ах ты ублю…!
— Стоять! Не двигайся! Стоит твоему мечу дрогнуть хоть на волосок — и твоя дочь умрёт.
Канхён, победивший Ёнуна благодаря открытой двери, потерял сознание от последствий пробуждения. Теперь рядом с Сиа больше не было никого, кто мог бы защитить её.
— Хе-хе. Даже тебе, Боевой бог, не добраться до дочери прежде, чем мой слуга её прикончит.
— …
Сихун сжал губы. Они мелко подрагивали от ярости.
Отлично. Теперь я выиграю время и смогу сбежать!
На лице Муса уже появилась торжествующая улыбка, когда сбоку раздался негромкий смешок.
— А-а, вот какая у тебя последняя козырная карта!
Кан У весело хохотнул.
— Думаю, чего это ты прячешь её до последнего, даже когда тебя чуть насмерть не забили. А оказывается, чтобы воспользоваться этим фокусом, тебе надо угробить половину собственной силы!
Теперь было ясно, почему Мус не использовал приём сразу, как оказался в опасности. Даже тонущий человек не сразу решится отпустить тяжёлый слиток золота, за который уцепился. Такова уж природа жадности.
— Только вот незадача… — Кан У усмехнулся и развёл руками.
— Подстраховался не ты один.
— Кх… Что… что со мной?
Чон Ёнун, ещё недавно мгновенно погибший со сломанной шеей, удивлённо осматривал совершенно здоровое тело.
Внутри бурлила незнакомая, неисчерпаемая сила.
— А… у…
Он ещё не успел понять, что произошло, когда в сознании всплыл чужой приказ. Подчиняясь ему, Ёнун нетвёрдой походкой направился к лежащим без сознания Сиа и Канхёну.
И тут…
— Хм-м? А я-то думала, братик тебя насовсем прикончил. А ты уже ожил?
Неподалёку прозвучал насмешливый девичий голос.
— …Ты?..
Ёнун обернулся и растерянно уставился на говорившую.
— Как… почему ты?..
Перед ним стояла Канхи — младшая сестра Канхёна, которую он захватил в заложники ещё до появления брата. Девочка как ни в чём не бывало отряхивала от пыли испачканную юбку.
— Что значит «почему»? Я уже посмотрела, как здорово братик сражается. Всё, ради чего я тут лежала, сделано.
— …Что?
— Кстати, эта Сиа меня ужасно бесит. Они ведь даже не встречаются! Какое ещё «мой парень»?!
Канхи раздражённо нахмурилась и ногой отодвинула потерявшую сознание Сиа подальше от Канхёна.
— А-а-ах, братик… Ты сегодня был такой замечательный!
Она обняла лежащего брата и потёрлась щекой о его щёку.
— Ах ты мелкая дрянь!..
Осознав, как ловко его провели, Ёнун протянул к ней руку.
Но Канхи лишь недовольно повернула голову.
— Да что ты привязался? Я тут с любимым братиком побыть хочу. Не мешай, а?
Она лениво щёлкнула пальцами.
За её спиной распахнулись два крыла: одно ослепительно белое, ангельское, другое чёрное, как крыло демона.
— А?..
В ту же секунду тело Ёнуна начало сминаться, будто его схватила невидимая рука великана.
ХРУСТ! ХРЯСЬ! ХРУ-УСТ!
Плоть и кости сжались в комок размером с небольшой мячик. То, что осталось от Ёнуна, покатилось по земле.
Канхи подняла этот комок щипцами для мусора и бросила в мешок.
— Так, это потом папе отдам…
Она небрежно откинула мешок в сторону и вернулась к брату.
— Хе-хе… Бра-а-атик.
Нежно поцеловав бессознательного Канхёна в лоб, Канхи улыбнулась так счастливо и беззаботно, словно на свете больше не существовало ничего дурного.
Загружаем комментарии…