Трудно было поверить, что всё это произвёл обыкновенный удар рукой. Одним-единственным взмахом Сергей разрубил пополам троих гулей, а четвёртого, стоявшего позади, превратил в бесформенную груду мяса.
Ву-у-ух!
Воздушный удар оказался настолько мощным, что его ощутили даже Борис с лучницей, стоявшие в стороне. Человеку такое не под силу. Да что там человеку — не всякий огр, славящийся грубой мощью, сумел бы повторить подобное!
И тут девушка окончательно поняла, на чью помощь ей посчастливилось наткнуться. Она бросилась к Борису:
— Умоляю, помогите мне!
— Прости, но я не могу ничего обещать, пока не узнаю, что произошло...
— Разумеется, поможем! Ха-ха-ха! Что нужно сделать? — прогремел Сергей.
— ...Хотя, вижу, за меня уже всё решили, — вздохнул Борис.
Ему ужасно хотелось дать другу хорошенько под дых. Увы, позволить себе такую роскошь он не мог.
— Борис! Прекрасной даме нельзя отказывать в помощи!
— Куда уж мне с тобой спорить. Делай как знаешь.
Будь Сергей безмозглым бабником, готовым бросаться в любую авантюру из-за красивых глаз, Борис остановил бы его любой ценой, пусть даже получил бы за это по шее. Однако друг, хотя и терял голову при виде женщин, прекрасно знал границы дозволенного. К тому же он словно инстинктивно чувствовал, где дело обернётся выгодой, а где — неприятностями. Его импульсивные выходки редко приводили к настоящим потерям.
— Итак, чем мы можем вам помочь? — спросил Борис.
— Мой напарник выбежал один, чтобы отвлечь чудовищ на себя! Пожалуйста, спасите его!
— Хм. Борис, проводи даму, а я пойду впереди.
— Держитесь поближе ко мне, — сказал Борис.
Он достал и надел серебристые боевые перчатки. Сергей тем временем стряхнул с руки останки гулей, слегка размял плечи и, прежде чем кто-нибудь успел его остановить, помчался вперёд.
Против этих жалких чудовищ изощрённые приёмы не требовались. Тратить на них тонкую технику — всё равно что наряжать свинью в жемчуга. Хватит и грубой силы. Сергей выставил левое плечо и нырнул в море кишащей нежити.
Хрясь!
— А ты на удивление крепкий, — признал Сонхун.
— Ха! Собирался умереть вместе с тобой, но теперь вижу: ничего особенного ты из себя не представляешь! — огрызнулся француз.
— Не смеши, сопляк. При других обстоятельствах я бы тебя давно зарезал. Хе-хе.
— Что-то я ни разу не видел, чтобы подобные заявления заканчивались для говорящего добром.
— ...Тоже верно.
Со стороны их перепалка напоминала несерьёзную пикировку, но каждый неотрывно следил за движениями противника. Сонхун уже обрушил заклинанием лестницу, перекрыв путь чудовищам, однако застрял здесь из-за неприятного сочетания боевых стилей.
На открытой местности или в лесу он, несомненно, нашёл бы способ достать врага. Но в тесном здании тот выставлял перед собой массивный щит и просто пер на него. Что тут сделаешь? Энергия меча отскакивала от ауры, окутывавшей щит. Сонхуну оставалось только отступать.
«Мирина разрубила бы этот щит надвое. Кан Мухан пробил бы вместе с хозяином. А у меня... Стоп. Есть же один способ!»
Принудительное слияние стихий — приём, которым он когда-то одолел голема. Ударная мощь такого заклинания наверняка достанет противника даже сквозь его защиту.
Придя к решению, Сонхун выпустил несколько отвлекающих заклинаний, развернулся и побежал.
— Не уйдёшь!
Француз заметил открывшуюся возможность, но не рванулся вслед очертя голову. Он продолжал наступать размеренно, выдерживая дистанцию и не позволяя азарту овладеть собой. Признак опытного бойца.
Сонхуна это не смутило. Опустив меч, он начал негромко повторять:
— Огонь... огонь... огонь...
Рунный клинок заалел, словно раскалённое железо. Ещё немного — и нестабильная энергия придёт в равновесие.
«Прикончу его и сразу уберусь отсюда. Лишнее внимание мне ни к чему».
Однако в этот миг он заметил через выбитое окно нечто странное. Толпа мертвецов снаружи расступалась, словно воды Красного моря перед Моисеем. Сонхун сперва подумал, что ему показалось. Но, поднявшись на следующий этаж, увидел, как впереди этого живого коридора в воздух взмыл гигантский силуэт. По спине пробежал холодок.
«Это что, босс?! Откуда он вдруг взялся?»
— Куда смотришь?!
Француз, занятый погоней, ничего не заметил. Он продолжал теснить Сонхуна тяжёлым щитом, хотя тот уклонялся от каждого удара лёгкими, почти танцевальными движениями.
— ...На помощь... пришли...
Сквозь шум боя до Сонхуна донеслись обрывки далёкого голоса. Этого оказалось достаточно, чтобы понять происходящее. Да и как тут не догадаться?
«У него уже подоспело подкрепление? Я думал, их всего двое. Значит, где-то поблизости были ещё союзники?»
Причём новые противники явно были не из слабых. Чудовищная сила существа, пробивающегося через толпу мертвецов, напоминала мощь Кан Мухана. Если такой воин соединится с лучницей, которую Сонхун так и не сумел поймать, дела станут совсем плохи.
У большинства лучников были навыки выслеживания. Уйти, как призрак, не оставив следов, от опытного стрелка, который видел его совсем недавно, едва ли получится.
— Огонь.
Клинок наконец перестал дрожать. Сонхун в четвёртый раз напитал его огненной стихией и отчаянно принялся искать выход.
Быстро прикончить врага? Не успеть. Бежать? Не выйдет. Победить всех сразу? Тем более. Оставался один, весьма сомнительный вариант.
— Чёрт... Надеюсь, сработает.
— Умри! Щитовой натиск!
Француз загнал его в угол. Отступать было некуда, и воин, вложив всю силу в последний рывок, бросился вперёд, намереваясь вытолкнуть Сонхуна наружу и разбить насмерть при падении.
Тот в ответ небрежно взмахнул Рунным клинком, будто отмахиваясь от назойливой мухи.
— Снаряд.
Огненный снаряд, созданный четырёхкратным наложением стихии!
Крошечная раскалённая сфера ударила в щит. Раздался оглушительный взрыв. Француза отбросило назад, проломив его телом стену.
Прикрыв лицо плащом от пыли, Сонхун бросился по обломкам к поверженному врагу.
— У-у-ух...
Левая рука мужчины вывернулась под неестественным углом. Он попытался перехватить щит правой, но Сонхун не дал ему опомниться и со всей силы ударил ногой по голове. Удар лишь скользнул по подбородку, однако хватило и этого: француз закатил глаза и потерял сознание.
Теперь оставалось просто перерезать ему горло. Но Сонхун поступил наоборот: создал ещё несколько огненных снарядов и разбросал их по этажу.
Прогремела целая череда взрывов. Вскоре вокруг бушевало пламя, пол оказался завален обломками. Среди этого хаоса Сонхун приподнял голову раненого и поднёс к его губам пузырёк с зельем.
Когда сосуд опустел наполовину, груда развалин, оставшихся от лестницы, разлетелась в стороны. Через пролом ворвался громадный человек.
Бууум!
— Ха-а!
Первое, что пришло Сонхуну в голову при виде покрытого мышцами исполина, — гора. Казалось, сама физическая мощь обрела человеческий облик.
На Кан Мухана он походил, но впечатление производил другое. Мухан был невероятно силён, однако Сонхуну всегда казалось, что при желании можно найти уязвимое место. А этот стоял перед ним как сплошная железная стена. Даже если ткнуть мечом — ни капли крови не выступит.
Гигант оглядел объятый огнём этаж, заметил лежавшего без сознания француза и человека, поддерживавшего его голову, затем расправил могучие плечи.
— Посмотри-ка на мои мышцы! Ну как тебе?
— О-огромные... и прекрасные.
По какой-то необъяснимой причине Сонхун почувствовал, что отвечать следует именно так.
Гигант расплылся в сияющей улыбке.
— Кто способен оценить красоту настоящих мышц, тот не может быть дурным человеком! Ну а теперь... что здесь случилось?
Сергей снова огляделся и почесал затылок. Обычно всё было просто: злодеев побить, попавших в беду спасти. Но эта картина решительно не укладывалась в привычную схему. Разрушенный этаж, раненый без сознания и незнакомец, который о нём заботится...
— Можешь рассказать, что произошло?
— Сам не вполне понимаю, — спокойно ответил Сонхун. — Услышал шум и прибежал. Здесь дрались двое. Я попытался вмешаться и разнять их, но...
— Но?
— Вдруг они прекратили драку и убежали. Выпрыгнули вон в то окно.
Сонхун показал на выбитую оконную раму с таким искренним видом, словно действительно не имел к происходящему никакого отношения.
«Кинжал за улыбкой», «Блеф» и множество других навыков убеждения придавали его словам дополнительную достоверность. Если бы Сергей с самого начала видел в нём врага, эффект мог и не сработать. Но теперь великан уже почти бессознательно принимал услышанное за правду.
— Чёрт! Значит, заметили меня и смылись? А что это у него во рту?
Сергей указал на флакон. Сонхун как ни в чём не бывало наклонил его, вылив последние капли в рот неподвижного француза.
— Зелье.
— Зелье?
— Да. Он тяжело ранен. Не знаю, что здесь случилось, но разве можно оставить человека умирать? Помогите мне, пожалуйста.
— А? Да... конечно.
— Могли бы расчистить выход туда, где нет дыма?
Сонхун без тени опаски повернулся к гиганту спиной и принялся взваливать пострадавшего на себя. Сергей смотрел на это с удивлением. С момента появления в городе ему встречались одни лишь люди, которые либо шарахались от любого незнакомца, либо нападали первыми.
А здесь человек при первой же встрече говорил о спасении чужой жизни, проявлял доверие и даже не думал опасаться Сергея. Чувство было непривычное, но приятное.
«Какой простодушный... Нет, какой хороший парень. Давно таких не видел».
— И правда, нельзя же позволить ему умереть! Ладно, за мной!
Сергей двинулся впереди, пробивая путь. Сонхун, не отставая, незаметно достал из инвентаря второй пузырёк и принялся вливать содержимое в рот раненому.
Он ведь не соврал. Это действительно было зелье. Просто не лечебное, а парализующий яд чудовищной силы, изготовленный из отравы древней гидры. Редкий препарат высшей ступени!
Даже обычная доза обездвиживала жертву примерно на половину суток. А француз только что получил целых два флакона. Обычным противоядием его теперь точно не поднять.
«Однако всё принимает совершенно неожиданный оборот».
Выбраться оказалось легко. Мужчина, назвавшийся Сергеем, шёл напрямик, в буквальном смысле проламывая стены собственным телом и оставляя позади себя проходы, которых ещё минуту назад не существовало.
Под вечер они отыскали подходящий частный дом. Сонхун вошёл внутрь и осторожно опустил на пол француза, которого до сих пор нёс на спине.
Загружаем комментарии…