— Давненько не виделись, Джин! — радостно крикнул Берадин.
— Дорогой!
Сандра, стоявшая рядом с ним, взмахнула своим протезом. Увидев на нем свое лицо, мальчик вздрогнул.
— Я получила ответ на свое письмо! Где ты научился такой романтике?
— …Ответ? Романтика?
Конечно, Джин не помнил, чтобы отправлял ей что-то в ответ.
Однако Сандра твердо верила, что он подал ей какой-то невидимый сигнал.
— Ты определенно просил меня отправиться на виллу Радина и провести там с тобой время!
— Когда?..
— О, Джин. Ты правда встречаешься с моей старшей сестрой?! Так теперь ты… мой зять?!
— Сколько раз мне тебе говорить, Радин? Он им был твоим зятем изначально!
— Не могу поверить, что мой друг также мой зять. Это немного странно!
— Разве не здорово?
— Странно!
— Что за переполох в чужом магазине? Еще и в праздник!
Как только брат и сестра прибыли в Тикан, они первым делом отправились в магазинчик Латри. Когда те зашли в него, первым делом крикнув «Мы — Ципфели!» дракон сказал про выходной.
Им пришлось заплатить огромную цену, немного выше годового оборота этого заведения.
Проблема заключалась в том, что эти двое были не единственными незваными гостями, силой ворвавшимися сюда.
Недалеко от стола, где сидели Берадин и Сандра, расположился человек в плаще с глубоким капюшоном.
«…Валерия?! Что она здесь делает?»
Они виделись всего несколько дней назад. Также Джин не слышал от Кашимира о том, что маг записи прибыл в Тикан.
Она ясно упомянула, что отправится к территории Замка Императора Меча, чтобы выразить свое уважение к Рону. Однако, устав иметь дело с хаосом, девушка пришла отдохнуть в заведение Латри.
Валерия всегда была желанным гостем для Джина. Недавно он нашел Кваула только благодаря ей.
Однако текущая ситуация была немного иной: он не хотел встречаться с ней, когда рядом были чистокровными Ципфели.
К счастью, Берадин и Сандра не проявляли никакого интереса к Валерии, сидевшей в углу.
— Давайте поговорим снаружи.
— Мне здесь нравится! Моей мечтой было выпить с тобой чашечку чая в такой приятной атмосфере.
— Есть место получше…
— Какое?
— Главный зал Королевства Тикан.
На некоторое время воцарилась тишина.
— Это из-за вон того Хистера?
Единственным, кого удивило это замечание, был Джин.
— А, что тебя беспокоит? Хоть она и носит мантию, мы все еще видим рыжие волосы и палочку. Радин и я остаемся чистокровными Ципфелями, разве мы не можем распознать Хистера?
Валерия уже поняла, что ее узнали. Во время одной из погонь врагам удалось распознать не только цвет волос.
Она решила промолчать, так как знала, что ее не смогут поймать сейчас. Джина волновало другое.
Его беспокоило, что учитель мог поймать или убить этих двоих.
Для нее Ципфель — смертельный враг, уничтоживший клан Хистер и вырастившую ее группу наемников.
«Она решила понаблюдать из-за того, что эти двое говорили обо мне?»
Валерия заинтересовалась этими двумя, особенно Берадином. Действительно ли разговоры тиканцев о том, что он собирается очистить Ципфель — правда?
Джин неохотно сел к ним за столик.
Взгляды друзей пересеклись. Пока возбужденная Сандра болтала без умолку, эти двое молчали.
Последний раз они виделись во время атаки на Замок Императора Меча. В тот день Джин и Данте попросили его об одолжении.
Для того чтобы Хайран мог четко определить друзей и врагов, ребята попросили его оказать больше давления на клан.
Результаты этого были опубликованы всеми СМИ месяц назад.
Горький и печальный конец, о котором знает каждый. Императорская семья выбрала Ципфель, в результате чего Глик пробудился и заразил весь мир.
Этот инцидент не мог не произойти, однако Берадин все равно чувствовал вину, схожую с наказанием.
— Как ты?
— Все в норме…
— Нет, он не в порядке! Радин, говори. Если бы ты не потерял контроль, разве Кадун и Хедо не участвовали бы в этой войне?
На поле боя стало очевидно, что Берадин сделал что-то.
— Потерял контроль? Ты о состоянии, в котором был в Вентике?
Во время миссии по убийству Бартона Бичены, мужчина, потеряв рассудок, атаковал Джина.
— Нечто похоже…
— Хотя твоя мана тогда была невероятна, ее явно не хватило бы против Кадуна и Хедо.
— Я стал намного сильнее после той миссии. Теперь это нормально, разве не так? До вчерашнего дня я не мог покинуть аппарат жизнеобеспечения, но, по крайней мере, теперь они не могут управлять моим разумом.
До сих пор Ципфель манипулировали памятью Берадина с помощью особых методов, включая темную магию и Сферу Бога Демонов.
Однако теперь это невозможно, поскольку сфера разрушена, Келлиарк ранен, а сам мужчина получил сильные повреждения.
Когда он впервые признался Джину и Данте о происходящем, мальчик подумал, что таким образом маги готовят следующего патриарху.
Но теперь он считал иначе.
— Ты потерял всю свою ману?
Нынешний Берадин мало чем походил на мага.
— Проблемы не только с маной, но и с памятью. Я не знаю всех имен своих братьев и сестер, забыл некоторые азы магии. Таков побочный эффект потери контроля. Мана обязательно вернется, но я не уверен насчет воспоминаний. Ну… а магию всегда можно изучить снова.
Мужчина потерял намного больше воспоминаний, чем он думал.
Однако разговоры с двумя самыми близкими людьми — Джином и Данте — сохранились.
— Чего они пытаются добиться, управляя твоей памятью и усиливая твою ману?
— Ну, все, в чем я уверен, так это в том, что Сандра и я — своего рода подопытные. Как ты знаешь, старшая сестра своего рода живой голем, а я… сам пока не знаю. И не для того, чтобы сделать из меня хорошего преемника. Отец все ближе и ближе к бессмертию.
Омолаживание Сферы Бога Демонов было подтверждено всеми участниками войны. Очевидно, что Келлиарк вряд ли передаст власть сыну.
Внезапно у Джина появилось предположение.
«Физические способности Сандры намного превосходят обычных магов. Учитывая, что Берадину искусственно усиливают ману…».
Мощное регенерирующее тело и усиленная магия.
Что если цель Ципфеля — объединить эти два свойства в одного живого голема? Чтобы они стали подобны лучшим мечникам Ранкандела.
Более того, Берадин заключил контракт с несколькими Богами одновременно. Скорее всего это было не следствием его таланта, а еще одной частью эксперимента.
Джин не озвучил эту мысль. Его так тошнило, что он едва мог сдержать рвотные позывы.
— Мне в любом случае жаль. Ты и Данте так настрадались из-за меня.
— Это не твоя вина.
— Я — Ципфель. Сам мой род стал грехом этого мира.
— Самокопание тебе не к лицу, поэтому советую избавиться от него. Данте все еще считает нас друзьями, поэтому не думаю, что ты виноват.
— Вы собираетесь бросить моего Радина?
— Ну… мне нужно подумать над этим.
— Ладно, просто выбрось его и живи со мной счастливо!
Он усмехнулся, услышав ее слова.
— Берадин, ты помнишь, что я сказал тебе во время теракта?
«Какой бы ни была ситуация, все хорошо, пока мы не предали друг друга»
Он хорошо помнил эти слова. Находясь на аппарате жизнеобеспечения, мужчина раз за разом повторял их своем сознании. Так же, как Рон, Данте и Джин, зараженные хаосом, думали о своих близких.
— Конечно. Иначе я не пришел бы сюда.
— Отлично.
— Я не понимаю, о чем вы говорите! Включите и меня в свой разговор.
— Речь идет о предательстве Ципфеля.
— Если ты поклянешься официально жениться на мне, то я готова делать это столько раз, сколько ты захочешь.
На самом деле Сандра никогда не делала ничего плохого Джину. Также она уже решила присоединиться к Берадину в очищении семьи.
Она делает только от мысли, что так мальчик будет любить ее еще больше. Конечно, Джин не доверял ей в полной мере, но девушка явно не причинит ему вред без причины.
— Я свяжусь с Данте… вернешься после того, как мы выпьем все вместе. Дома доложишь, что видел здесь Хистера. Таким образом твоя семья не подумает, что твоя вылазка не была выгодной. Все, что изменится — их подозрения подтвердятся.
— Нет, нет. Джин, ты должен пойти со мной на свидание. Ты ведь обещал, верно?
— Я был бы признателен, если бы ты видела это как свидание… в котором участвует четыре человека. Я ничего не обещал.
Меньше чем через час Данте посетил ресторан Латри. Только увидев Берадина, он молча обнял своего друга.
***
Когда вечеринка закончилась и в помещении осталось только два человека, Джин и Валерия молча стояли, рассматривая печенье.
— Магия записи не может подтвердить, были ли его слова об отсутствии манипуляции разумом правдой.
Они четко видели, что в магазине осталась всего одна печенька Латри.
<Решимость Берадина Ципфеля не предавать Джина Ранкандела и Данте Хайрана окрепла еще больше>
Загружаем комментарии…