Это случилось в мгновение.
Карман даже не опускал бдительности.
И всё же…
«Вы должны заплатить за своё преступление запятнав этот подарок от Лорда Римуру.»
Ко времени, когда холодный голос достиг его, Беретта, что должен был сдерживаться пятью Силовыми Костюмами, исчез.
«Что!?»
Он неистово изучал область своими сенсорами, но Беретты нигде не было… нет, он был здесь.
«…!!»
Прозвучал крик и один из его товарищей упал.
Было сложно поверить в то, что это случилось.
И в следующее мгновение, Карману пришлось всё переосмыслить.
Воздух будто искажался, когда появлялся Беретта.
Прямо перед ним, другой его—
«Джогг! Позади!!»
«—Хах?»
Крик Кармана не достиг его.
Беретта передвигался быстрее, чем сама скорость звука, когда его тонкие руки пронзали и раздирали Силовой Костюм.
Бесчисленные тентакли вытащили Джогга, и пустой Силовой Костюм рассыпался на земле.
Что случилось с первым человеком?
Теперь он понял
«Нев-невозможно…»
«Что за… Он разобрался с двумя из нас за секунду…»
Двое других шептались друг с другом, Карман чувствовал то же.
Однако, в отличие от его людей, что были просто шокированы, Карман думал о пути отхода.
(Как он только что двинулся так? Это было как будто пространство переместилось, может ли это быть пространственной телепортацией?)
Движение на такой скорости должно было приводить к ударным волнам.
Однако, подобного не происходило.
Он двигался быстрее, чем звук без воздействия на атмосферу—Карман никогда не слышал о такой вещи, даже слухов.
Значит тогда, это не могло быть движением, это телепортация.
И его мысли были близки к правде.
Способность Окончательного Навык Беретты, ‘Деус Экс Машина’, ‘Манипуляция Пространством’, позволяет ему изменять его собственную позицию.
Это было ограничено пространством, что он мог видеть, но это было то же самое, что и телепортация.
«Что?! Сто-стоп!!»
Третий человек был пойман Береттой сейчас.
Карман увидел это и задвигался.
«Чёрт подери. Не недооценивай меня!!»
Он подготовил его Нейтронную Установку после падения второго человека, и теперь он выстрелил ей без сомнений.
Теперь остался только Карман.
И здесь, в первый раз, Карман смотрел на истинное лицо Беретты.
Узкие глаза и губы.
Его нос был высоким мостом, что соединил его особенности вместе и усилил их красоту.
Его лицо было бледным, как фарфор, хотя из-за его ярости всплывали розовые пятна: он не выглядел как что-то искусственное.
И всё ещё это было ясно—
(—Да, эта штука… Он не человек. Однако, как…)
«Прекрасно.»
Это было слово, что сорвалось с уст Кармана.
Он должен быть искусственным, но он был на столько прекрасным…
Карман не мог представить, какие материалы были использованы с целью создать такие детализированные особенности.
Его хвальба была совершенно от сердца—
Он не понял о моменте, в который тентакли Беретты были выпущены. Они посыпались вниз на него как дождь, посылая его сознание в темноту…
◆◆◆
Карман был выжившим из города, что пал.
В этот день, вместе с новостями о восстании беженцев, Карман, который только что выпустился из военной академии, получил приказ от его начальника.
«…Мы решили попросить о помощи у других городов. Наши жизни в твоих руках. Я рассчитываю на тебя.»
Его начальник был ему словно отцом. И он сказал это с нежными глазами.
Карман всё ещё ясно мог это помнить.
И сейчас, он понял на сколько сильную боль он должен был чувствовать.
С технологиями, которые имели города, можно было соответствовать.
В конце концов, тогда у них были устройства связи, что работали на зло высокоплотной электромагнитной буре.
Но было некоторое число причин, по которым Карман и другие были выбраны.
Существовали универсальные самолеты стратегической разведки, которые могли пролетать сквозь электромагнитный шторм, но большинство из них было уничтожено во время великой войны. И поэтому они не могли позволить себе потерять их сейчас. Это был приказ из штаба.
Специальные исследования проводились в городе, и они не могли позволить себе потерять невероятное количества исследовательских данных.
Они не хотели, чтобы на столько ценные ресурсы попали в руки толпы.
И так далее.
И так уж случилось, что Карман, что был самым младшим лейтенантом, был единственным, кто мог пилотировать универсальный самолет стратегической разведки.
Но больше чем что-либо—
Старший офицер потерял его собственного ребёнка во время войны, и так что Карман был словно сын для него.
Он позволил Карману сбежать.
Карман и другие четверо, что всё ещё были молоды…
На аэродроме, что был высоко над городом, они взяли всё что могли в самолёт и приготовились к передаче.
Карман был слишком молод, чтобы понять каковы были намерения офицера, так что он принял миссию ни сказав ни слова.
Он верил, что они были на миссии по запросу поддержки, и затем они бы вернулись.
Он не сомневался на счёт этого.
Результатом было, что он потерял его любимую мать, младшую сестру и старшего офицера, в котором он видел отца, навсегда.
Даже Чарльз, которого он видел в то время…
Сожаление, грусть, ненависть.
Со множеством интенсивных эмоций, Карман узнал то, что он никогда не сможет забыть.
В этом была причина.
Карман ненавидел сопротивление. И поэтому он не мог проявлять пощады.
После этого, Карман и его подчинённые были приняты Южным Городом.
В это время, Мишель была молодым генералом, что вела армию, и они боролись с сопротивлением вместе.
Время проходило, была установлена Империя, и он вызвался перенести операцию с целью стать киборгом.
Шарма кивнула и посмотрела на него очень серьёзно.
«Посмотри сюда, Заза. Я сделала решение. Я не забрасываю всё. Мы собираемся поговорить с Империей. Очевидно, это должно быть обсуждено со всем остальным Светом Зари, но я верю, мы сможем противостоять Империи путём, исключающим битвы. Да, это то, во что я верю.»
«Ты хочешь поговорить значит. Но я сомневаюсь, что империя захочет слушать…»
«Верно. Мы можем не получать этой возможности. Но когда это случится, мы просто должны сразиться с ними и забрать что нам нужно. Как и сказал Вельдора. Ты не согласен?»
«Сразиться и забрать? Но это безумие!»
Сказал Карман, вступая в их разговор.
Хотя он посмеивался, его слова не оставляли места для аргументов.
«Смотрите. Это было не много невероятно, что вы победили нас. Я удивлён этим сам. Однако, последние Имперские киборги солдаты – монстры, что перестали быть людьми в истинном значении этого. Вы все будете вырезаны.»
Сказал Карман, смотря вокруг на них.
Дети смеялись, кушая их горячие пирожки.
«Тц!»
Карман щёлкнул языком.
«Даже не пытайтесь. Действительно не мне это говорить, но вы возможно останетесь незамеченными, если продолжите тихо отлёживаться как и всегда. Нам посчастливилось, что мы нашли вас в этот раз… Но знаете, это всё вина Зазы, когда они пытались украсть от нас в таком большом количестве! И так что…»
«Но!»
Шарма остановила его.
И затем с выражением решительности сказала:
«Я хочу дать детям надежду. Знаешь, мы не были даже осведомлены о существовании столь прекрасной еды до вчерашнего дня! И я думала, несли ли мы за это ответственность? Мы загрязнили мир и теперь живём в нём так… Это великая война. Это не имеет никакого отношения к нашим детям, не так ли? Так что я решила. Это не должен быть каждый день. Даже раз в год хорошо. Но я хочу получить некоторые базовые материалы и вырастить их. И затем мы все сможем отпраздновать это. Это на столько плохо?»
Карман был в недоумении от слов, когда она глядела на него.
Он не мог поспорить с ней.
Не важно, как до сих пор он ненавидел сопротивление, это была действительно всего лишь злость, которая длилась так долго, пока он не узнал их.
Сейчас, с детьми прямо перед ним, его убеждения ослабли.
(…Она права. Эти дети не ответственны за это…)
Это была проблема, что Карман избегал в своём разуме.
До сих пор, Карман лишь встречался с воинами, что были натренированы для битв. Он верил, что они были не правы, и это позволяло ему быть на столько жестоким, на сколько он хотел.
Даже когда Старший Лейтенант Хираги использовал ядерную ракету, он не чувствовал ни капли раскаяния. Сопротивление было их врагом. Воображение Кармана не привело его к мыслям о них как о личностях.
Но теперь, когда он знал, что-то другое происходило в его сердце. Борьба.
Даже без сигареты – подавителя эмоций – злость не появлялась в нём. Он был так ошеломлён.
(Тц. Чёрт побери!!)
Это был вопрос без ответа, и он проклял себя внутри.
«…Если бы мы могли выживать без города, мы бы счастливо делали это. К несчастью, я проанализировал эти пирожки, и они прежде всего сделаны из муки. И также в них смешаны такие дорогие ингредиенты, как куриные яйца и коровье молоко. У нас нет способа приобретения таких вещей. Если бы была одна лишь мука, возможно, мы могли бы считать генетическую информацию и воссоздать их в убежище, но это не работает в случае с домашним скотом. Мы не можем решить эту проблему самостоятельно.»
Сказал Риндо.
Шарма приказала ему выяснить, могут ли они самостоятельно воссоздать еду.
Грустно, но ответ был: это невозможно.
«…Это так. У них есть генетическая информация животных из прошлого века и даже есть животные, что разводятся для еды в городе. Но всё ещё, этого всего лишь достаточно, чтобы жители города не голодали! Даже если вы захотите этого, мы не можем просто сказать, ‘вот, возьмите это’!»
«Вот почему мы и хотим сначала провести переговоры. Возможно, мы могли бы быть полезными друг для друга. Если есть даже малейшая надежда для нас в этом мире, мы со счастьем отдадим наши жизни в предстоящей войне.»
Но в конце, Риндо добавил, что сопротивление всё ещё не было едино в своём решении.
Однако, они могли предсказать исход разговоров прежде, чем они случатся.
Все их ветви едва держались. Они все знали, что им нужна помощь города. Их машины бы не продержались долго.
До сих пор, они искали другие руины с машинами подачи энергии и использовали их.
Но это не было реальным решением проблемы. Всегда была отчаянная попытка найти замену, когда старые машины потихоньку гибли.
Если машины останавливали работу прежде, чем они успевали найти запасную, тогда они теряли возможность предоставлять необходимый минимум еды для выживания.
Этот страх и беспокойство было тем, с чем взрослым сопротивления приходилось жить постоянно.
Если они могли достичь сотрудничества с городом, тогда они бы скорее всего смогли починить их машины.
Загружаем комментарии…