Скормив Кукле Магическую Пилюлю Обращения Небес и оставшись без дела, Чжинму проводил дни в бесплодных попытках разгадать тайну истинного Единства Великого Предела — Тэгык Хапиль.
Сколько бы он ни прокручивал в голове вторую половину свитка Тэгык Ёгёль, суть ускользала от понимания.
«И какой только идиот составлял эту тайную суть Искусства Разума Двух Начал?!»
«Неужели нельзя было приписать внятные пояснения на полях?»
«Если это не поэзия, то к чему нагромождать столько скрытых смыслов?»
Явно ведь подобрали самые заковыристые фразы нарочно, чтобы свести потомков с ума.
Слепо пробиваться сквозь меридианы наугад было смертельно опасно: одно неверное движение — и ци исказится, разорвав даньтянь к чертовой матери.
— Да нет же, вот здесь нужно делать вот так!
До слуха Чжинму донеслись громкие крики.
От безделья, что ли, мается?
Похоже, Чхон У от скуки решил заняться обучением У Ян Чжина.
Вот только со стороны это зрелище выглядело совершенно нелепо.
Чхон У из кожи вон лез, пытаясь что-то втолковать мальчишке, но тот не понимал ровным счетом ничего.
— Нет, говорю! Вот так!
— Вот… вот так?
— Да нет же, черт тебя дери! Совсем не так! Ха-а… Ну почему ты такой бестолковый?! Разве это сложно?!
Чхон У с искренней досадой ворчал на У Ян Чжина, который никак не мог повторить показанные движения.
«Деревенский увалень, что с него взять…»
«Да и ты хорош, нашел кого учить».
Сколько бы парень ни перенимал у Чжинму, между зеленым юнцом, только начавшим делать первые шаги, и опытным бойцом лежала непреодолимая пропасть.
Как У Ян Чжин мог повторить прием, если ему просто швыряли перед носом голую связку движений?
Чхон У даже не пытался показать технику шаг за шагом, направляя потоки внутренней энергии; он лишь небрежно махал руками без единого толкового объяснения, а затем выходил из себя.
— Чхон Сан-а.
— Да, сасук.
— На будущее… запомни.
— …?
— Никогда и ни при каких обстоятельствах не подпускай этого дурня к ученикам.
— Вы совершенно правы, сасук.
Чхон Сан с глубокой убежденностью закивал.
— Мне вмешаться?
— Нет, оставь их. Пусть возятся, так быстрее сдружатся.
— Кстати, сасук… Раз вы лично нарекли его учеником, формально он не принадлежит к Удану, но для нас он ведь всё равно что свой?
— Относись к нему как к младшему брату по школе.
— Понял. Однако, судя по характеру мальчика, ему совсем не место ни в Демоническом Культе, ни в Сапа…
Чхон Сан осторожно заглянул Чжинму в глаза. Лицо даоса оставалось невозмутимым.
— Вы введете его во врата ордена?
— В Удан?
— Да.
— Ну… кто знает.
Подперев подбородок рукой, Чжинму лениво бросил:
Он и сам прекрасно понимал, что кроткий нрав парня не выдержит порядков Демонического Культа, но о далеком будущем У Ян Чжина пока всерьез не задумывался.
Какая вообще разница, где сидеть?
— Он — мой ученик. И точка. Я не собираюсь вешать на него ярлыки праведников, демонов или еретиков.
Чхон Сан горько усмехнулся:
— Везет же некоторым… Быть прямым учеником сасука.
— Чему тут завидовать?..
Чжинму фыркнул, но Чхон Сан говорил совершенно искренне.
Чжинму был тем человеком, на которого хотелось равняться больше всего на свете.
Представься такая возможность, Чхон Сан сам не задумываясь встал бы на колени и попросился к нему в ученики.
Но… сейчас было довольно и того, что ему дозволено просто находиться рядом.
— Чхон Сан-а.
— Да, сасук.
— Не хочешь стать «Мечом Удана»?
— …Что?
Чхон Сан опешил от столь будничного тона.
«Меч Удана»?..
От неожиданности он едва не замахал руками во все стороны, вытаращив глаза на наставника.
— Но ведь этот титул принадлежит вам, сасук!
— Нигде не написано, что этот меч может носить лишь один человек во все века. К тому же ты подходишь ордену куда больше меня. Я всё равно вряд ли задержусь на вершине Удана надолго.
— Сасук!
— Чего разорался?
— …
— Я же не говорю, что отдам его сию секунду. Сейчас ты еще слишком слаб, чтобы вынести на своих плечах великое имя Удана.
Чхон Сан понурил голову. Он и сам прекрасно сознавал собственную незрелость.
— Но запомни вот что, Чхон Сан-а.
— …?
— Не пытайся сейчас ничего отпускать. Держись изо всех сил.
— А?
— Видишь ли, какое дело… Говорят, Сапа постигает Дао через накопление, а Праведные секты — лишь опустошая и очищая свой разум.
«О чем это он?..»
Чхон Сан слушал в полнейшем замешательстве.
— Но путь у каждого свой. Тебе сначала нужно накопить собственную силу. Поэтому не пытайся искусственно опустошать чашу — хватайся за суть мертвой хваткой. Упорно, не отпуская… И тогда…
Глаза Чхон Сана расширились от потрясения.
Наставления Чжинму.
Всякий раз, когда ученик упирался в непреодолимую стену собственного предела, слова сасука протягивали спасительную руку, указывая выход.
Затаив дыхание, Чхон Сан ловил каждый звук, боясь пропустить хоть крупицу мудрости.
— Владыка-а-а!
— …Владыка?
Чхон Сан, прерванный на самом важном слове, резко вскинул голову и испепелил нарушителя свирепым взором.
Это был Гакчхуль.
«Проклятый оборванец… Я был на волосок от величайшего прозрения!..»
Гакчхуль даже вздрогнул, наткнувшись на бешеный взгляд обычно сдержанного Чхон Сана.
«Чего это он сверкает глазами, будто перерезать меня готов?»
«Если ты монах, так и сиди на своей циновке смирно!»
«Чего зенки пялишь?»
«Врезать бы ему костью по хребту, чтоб не зазнавался…»
«Хотя нет, лучше сдержаться. Трону монастырского сопляка — проклятый Владыка с меня самого три шкуры спустит».
— В чем дело? — недовольно прищурился Чжинму.
— А? Ох, к вам гости с Тяньшаня пожаловали!
«Гости? С Небесных Гор?»
Чжинму нахмурился, а Гакчхуль вдруг расплылся в похотливой ухмылке:
— Девка там, господин! Красавица писаная! Я аж подумал, небожительница на грешную землю спустилась!
— …
Чжинму посмотрел на попрошайку со смесью жалости и брезгливости.
И что с того?
Если эта девица так хороша собой, она что — растолкует ему тайны Тэгык Хапиль?
Когда в сопровождении нищего они приблизились к временному павильону, служившему залом совещаний, перед входом обнаружилась внушительная толпа рослых, устрашающего вида бойцов.
«Значит, эти громилы сопровождают бабу с Тяньшаня?..»
Вот только обстановка вокруг царила более чем скверная.
Прибывшие воины буравили людей Чжинму надменными, колючими взглядами, а гарнизон Самдончхона, за исключением Хван Сина и верных подручных, явно чувствовал себя не в своей тарелке.
«Ишь ты, кабаны выискались».
«Явились с Тяньшаня — ну и сидите смирно».
«Перед кем они тут перья распускают на моей земле?»
В глазах Чжинму, наблюдавшего за этой демонстрацией силы, блеснул опасный огонек.
Отвернувшись от стражи, он перешагнул порог павильона.
Двери зала были распахнуты настежь.
Внутри стояли Нын Со Хён и Иль Хван.
«И этим не сидится… Едва кости срослись, а уже приползли кланяться только потому, что приехала важная шишка?»
Чжинму покачал головой и перевел взгляд на сидевшую в зале женщину. А затем — на сидевшего рядом с ней типа, который с ленивым высокомерием потягивал чай…
Волосы незнакомца были аккуратно уложены и скреплены нефритовым венцом. На евнуха он похож не был, но лицо белело от толстого слоя пудры, а на пальцах поблескивали металлические когти, напоминавшие женские накладные ногти.
Чжинму узнал эту физиономию в то же мгновение.
«Ни капли не изменился, сука».
«Если уж красишься как девка на панели, зачем бороду отращивать?»
Перед ним сидел не кто иной, как Гал Сон Хёк — садист и извращенец, обожавший пробивать пальцами чужие черепа.
Гакчхуль трепал языком про «неземную фею», так что Чжинму почти поверил, будто явился какой-то праведный посланник, а тут приволокся один из цепных псов Пукри До Чхона, числящийся среди Шести Владык Мадо.
Какое там у него было искусство? Демонические Когти Дракона?
Вечно у бездарей привычка приплетать драконов ко всякой ерунде.
В далеком прошлом, когда Хёкрён Муган наведался к Пукри До Чхону, этот хлыщ вздумал дерзить, не зная своего места, — и Чжинму лично выдрал ему ногти и переломал все пальцы сустав за суставом.
«А, так вот зачем ты нацепил эти железки? Ногти с тех пор так и не отросли, уродец?»
Но что ему здесь понадобилось?
Без прямого приказа Пукри До Чхона эта шавка не посмела бы даже чихнуть.
Пока Чжинму размышлял, Нын Со Хён и Иль Хван с явной неловкостью переглянулись и поспешно поднялись навстречу владыке.
— О, соизволил явиться?
Гал Сон Хёк окинул вошедшего Чжинму пренебрежительным взглядом и медленно поднялся со своего места.
— Заставил ты нас подождать.
— …
Процедив эти слова с неприкрытым раздражением, Гал Сон Хёк полез за пазуху и с пафосом выставил вперед руку:
— Федерация Дончхон, преклоните колени пред волей Владыки Культа!
Предметом, который он с торжественным воплем явил миру, оказалась круглая нефритовая пластина на витом красном шнуре — личный жетон патриарха.
«Тьфу, а я-то думал, серебро достает…»
Однако в следующее мгновение лица Нын Со Хёна и Иль Хвана исказились от суеверного ужаса, и оба воина рухнули на колени.
Старая привычка гнуть спину сработала безупречно. Инстинкт рабов, вбитый намертво.
— Презренные слуги приветствуют Императора Красного Пламени!
— …
Чжинму остолбенело уставился на распростертых подчиненных.
«Они что, совсем умом тронулись?»
«Кому вы кланяетесь? Даже не живому человеку, а куску полированного булыжника?!»
Казалось, предела человеческой глупости не существует…
Пока Чжинму стоял столбом, ошарашенно глядя на эту сцену, Гал Сон Хёк одарил его свирепым, наливающимся кровью взглядом:
— Почему не падаешь ниц?!
— …
— Как смеешь ты стоять на ногах перед священным жетоном Владыки Культа?!
— Языком трепать — не мешки ворочать, — глухо бросил Чжинму.
— Ч-что?!
Чжинму тяжело вздохнул, сдерживая подступающее бешенство, а Гал Сон Хёк уставился на него так, словно из его глаз вот-вот брызнет яд.
При виде этой картины дурной нрав былого Владыки Сапэчхона дал о себе знать во всей красе.
Этот ублюдок пришел сюда вовсе не как гость.
Он явился командовать.
Чжинму и без того бесили наглые рожи наемников снаружи, но теперь чаша терпения переполнилась окончательно.
— Эй, вы двое. Что вы разлеглись? А ну встали, живо!
От раздраженного окрика Чжинму Нын Со Хён вздрогнул и растерянно поднял голову:
— …А? Но ведь это жетон патриарха…
— Совсем сдурели?
— Господин?..
— Вы ничего не перепутали, идиоты?
— В смысле?..
— Вы клялись мне в верности, а теперь ползаете на брюхе перед дурацкой костяшкой?!
— Но ведь…
Чжинму был абсолютно прав.
Они больше не подчинялись Пукри До Чхону — они присягнули на верность Чжинму.
И у них не было ни малейшей причины пресмыкаться перед символом чужой власти.
Вот только страх, въевшийся в плоть и кровь за долгие десятилетия, не отпускал их скованные тела.
— Ты смеешь попирать божественную власть Владыки Культа?! — задыхаясь от ярости, прошипел Гал Сон Хёк.
Чжинму лишь презрительно усмехнулся:
— Власть? С какого перепугу меня должна волновать его власть?
— Что ты несешь?!
— Слухи до твоих ушей не доходили?
— …
— Я Пукри До Чхону не слуга. Я тот, кто свернет ему шею и заберет весь Демонический Культ себе.
— Щенок!
От громогласного рыка Гал Сон Хёка задрожали стены павильона, но Чжинму даже бровью не повел.
— Шестое Небо, Седьмое Небо, Четвертое Небо… и этот Самдончхон — всё это мои земли. Выражаясь на вашем собачьем наречии, здесь закон — это я.
— …
— А это значит, петушок, что ты стоишь в глубоком вражеском тылу.
Глаза Гал Сон Хёка мгновенно налились чистейшей, незамутненной жаждой убийства.
— Так что засунь этот свой камешек обратно в штаны. И гляделки свои убери, пока я их наружу не выковырял.
«Руки так и чешутся вырвать их прямо с мясом».
— Дерзкая тварь…
— Что ни прихвостень Пукри До Чхона, то спеси до небес, будто сами из себя что-то представляют…
Стоило морозной, колючей ауре вырваться из тела Чжинму, чей взгляд стал тяжелым и мертвенным, как воздух в зале сгустился до предела.
Нын Со Хён и Иль Хван застыли в полнейшем оцепенении, не зная, куда деваться.
— И ради чего распускать хвост перед ничтожеством, которое едва перешагнуло порог мира смертных? Тьфу на вас… А вы двое — убирайтесь обратно на свои циновки. Сами едва дышат, а туда же…
— …
Пока раненые колебались, не решаясь пошевелиться, над их головами снова громыхнуло:
— Презренные предатели! Вы посмели пренебречь божественной волей Культа?!
— …
«Да что же это такое?!»
С одной стороны — Гал Сон Хёк, один из Шести Владык Мадо, а с другой — их собственный владыка, существо куда более страшное, чем любой демон.
Они лишь хотели выказать уважение, а в итоге оказались между молотом и наковальней в битве двух китов.
Загружаем комментарии…