— Само собой! Он ведь Меч Удана! Более того, этот парень уже сейчас способен драться со мной на равных! — воскликнул Тын Ё Пхён.
— Вы правы. Раз он ровня вам, достопочтенный Тын, то и в ученики Павильона его не запишешь. Куда же нам его определить? — Чхоль Чжи Рян искоса взглянул на Чжинму, словно прощупывая почву.
— А как насчет должности наставника боевых искусств в Павильоне Драконов и Фениксов? Пусть он молод, но с его статусом и глубочайшим пониманием боевых искусств он более чем достоин этого поста!
— Достоин? Да с лихвой!
«Они что, издеваются?!»
Тын Ё Пхён остался в Союзе Справедливости после вчерашнего визита с Чжугэ Саньсан. Они явно успели все обсудить и теперь разыгрывали перед ним заранее отрепетированный спектакль.
— Советник, что вы думаете по этому поводу? — повернулся к стратегу Чхоль Чжи Рян.
— Превосходная мысль, Глава Союза. Пожалуй, лучшее решение за последнее время.
— Ха-ха, вы тоже так считаете?
— Безусловно.
— Я тоже за, — подала голос Чжугэ Саньсан своим хриплым басом.
Все трое дружно закивали.
Однако последовал короткий ответ:
— Я против.
— А?
— Что?
— Чего?
— Прошу?
Каждый из присутствующих отреагировал по-своему. Они явно не ожидали столь категоричного отказа.
Опешивший Тын Ё Пхён первым попытался вразумить даоса:
— П-послушай, даос Чжинму… Это же пост наставника в Павильоне Драконов и Фениксов! Ты, видать, совсем от мира отрекся и не понимаешь, какая это честь. За это место борются…
— Я сказал: не хочу.
Для Чжинму решение было очевидным. Он отказался бы, даже предложи они ему кресло самого Главы Союза.
Здесь и думать было не о чем.
Наставник в Павильоне Драконов и Фениксов? Это значило бы стать их подчиненным! И они наверняка запрягли бы его пахать без продыху.
С какой стати Чжинму должен тратить время на обучение сопливых юнцов со всей Поднебесной?
Он с таким трудом вырвался из Удана под предлогом странствия.
Ему нужно как можно скорее отыскать вторую часть Искусства Разума Двух Начал, а эти прохиндеи пытаются привязать его к месту!
— Я пришел сюда лишь потому, что Глава моего ордена велел засвидетельствовать почтение.
Чжинму с нажимом выделил слова «засвидетельствовать почтение».
Чхоль Чжи Рян молча смотрел на него.
Его колебания были понятны. Появление мастера ступени Ган имело колоссальное значение для любого союза.
Тын Ё Пхён вновь попытался убедить упрямца:
— Даос Чжинму, подумай хорошенько. Такой шанс выпадает раз в жизни! Если Меч Удана займет пост наставника, это вознесет престиж твоей секты…
— Я. Пришел. Только. Поздороваться. И. Уйти.
Чжинму отрезал на корню любые попытки диалога.
Он наотрез отказывался идти на уступки.
— Даос Чжинму, может, все-таки обдумаете?.. — заговорила Чжугэ Саньсан, пустив в ход свои огромные оленьи глазки.
Ее чарам было трудно противиться, но Чжинму остался непреклонен:
— Сколько ни думай, ответ один: я пришел только засвидетельствовать почтение.
— Хм-м… — протянул советник.
Пока все растерянно переглядывались, Чхоль Чжи Рян внезапно от души расхохотался:
— Ха-ха-ха! Вот оно как? Значит, просто засвидетельствовать почтение?
— …Что?
Чжинму опешил от того, как легко рассыпалась его «глухая оборона».
— Ты ведь знаешь, как истинные воины Мурима приветствуют друг друга?
«Приветствуют друг друга?.. Это еще что значит?»
Впервые слышит.
Чжинму бросил быстрый взгляд на Чжугэ Хёп Чжина и Саньсан, но те явно тоже не понимали, куда клонит Глава Союза.
— Что ж, пойдем. Примем твое приветствие.
— Прошу?
— Ха-ха, друг мой, к чему эта ложная скромность?
«Да какая скромность, я понятия не имею, о чем вы!»
— Ха-ха, сколько же лет я не обнажал клинок… — Чхоль Чжи Рян весело рассмеялся и, поднявшись с места, снял со стены свой белоснежный меч.
«Погодите… Он это серьезно?!»
— Ха-ха-ха! Верно подмечено! Приветствие воинов. Такое приветствие непременно нужно принять! — подхватил советник.
Было очевидно, что это шито белыми нитками.
— Вот именно. Обычное воинское приветствие. Травмы в таких делах — дело житейское, — добавил Тын Ё Пхён.
— Совершенно верно. Но не стоит беспокоиться: в Союзе Справедливости есть сам Божественный Лекарь! Он способен вытащить человека с того света, пока в теле теплится хоть искра жизни. Будет идеально, если травмы окажутся такими, что потребуют месяца отдыха — как раз хватит времени обменяться письмами с Уданом, — с улыбкой подытожил советник.
Тын Ё Пхён и Чжугэ Хёп Чжин весело переглянулись.
«Да они надо мной издеваются?!»
Они уже заранее распланировали срок его лечения!
— Вы ведь… пришли засвидетельствовать почтение? — с милой улыбкой спросила Чжугэ Саньсан своим хриплым басом.
Чжинму на мгновение забыл, что они все заодно.
«Приветствие», как же!
Их гнилой замысел был ясен как день.
Они собирались силой нанести ему ранение, уложить на больничную койку, надавить на Удан и правдами и неправдами усадить его на пост наставника в Павильоне.
Чжинму тяжело вздохнул, но затем его губы тронула усмешка.
Чхоль Чжи Рян. В прошлой жизни они скрещивали клинки не раз и не два. Чжинму знал его стиль вдоль и поперек.
И ему самому было чертовски любопытно: насколько изменился Чхоль Чжи Рян?
И на каком уровне сейчас находится он сам?
Рано или поздно им все равно пришлось бы сойтись в бою. Чтобы подчинить себе праведные секты, Чхоль Чжи Ряна необходимо было сокрушить.
«Что ж, ладно. Будет тебе приветствие».
Чжинму крепко сжал рукоять своего меча.
Подземный тренировочный зал под резиденцией Главы Союза Справедливости.
«Ну и громадина… Здесь у них все гигантское, что ли?»
Чжинму даже не подозревал о существовании этого места.
Они долго спускались по каменной лестнице за потайной стеной кабинета.
Коридор, освещенный бесчисленными драгоценными ночными жемчужинами, врезанными прямо в камень, сиял так, словно на дворе стоял полдень.
«Сколько же это стоит?..»
При виде такого расточительства у Чжинму зачесались руки выковырять хотя бы одну жемчужину себе на память.
За тяжелыми коваными вратами в конце коридора открылась гигантская подземная пещера правильной прямоугольной формы.
— Это мой личный тренировочный зал, — с гордостью произнес Чхоль Чжи Рян.
Чжинму мысленно фыркнул.
В Муриме Чхоль Чжи Ряна превозносили как «величайший образец скромности среди правителей».
Человек, обладающий абсолютной властью, но не кичащийся своим величием и запросто общающийся с подчиненными.
«Ага, сказки для дураков!»
Даже будучи Владыкой Сапэчхона, Чжинму не позволял себе личного зала такого масштаба.
Плевать на жемчужины, но размеры этой арены… Сюда свободно поместилась бы сотня воинов, и места еще осталось бы с избытком!
А высота сводов…
Как вообще можно было выдолбить под землей нечто подобное?
Расточительство. Чудовищное расточительство!
Можно было тренироваться на обычной поляне, но нет — нужно было закопать кучу денег под землю.
— Глава Союза слишком скромен. Вымостить пол арены простым диким камнем… — сокрушенно покачал головой советник.
— Полно тебе, советник. Нужно же думать о казне Союза, — отмахнулся Чхоль Чжи Рян.
«Да вымости ты его хоть чистым алмазом, после пары мощных шагов и взмахов мечом он все равно разлетится в щебень!»
— И то правда. Даже стойки для оружия заставлены всего лишь клинками из стократной закаленной стали. Ваша умеренность заставляет меня устыдиться, — добавила Саньсан своим басом.
— Ха-ха, это просто клан Чжугэ привык к излишней роскоши.
«Стократная сталь? Для тренировок используют деревянные мечи и шесты, а не сталь высшей пробы! Это же целое состояние!»
Они определенно сошли с ума.
Избалованные отпрыски великих кланов, выросшие с золотой ложкой во рту, всегда такие.
Им-то невдомек.
Они никогда в жизни не видели бродячих воинов Сапа, бредущих по дорогам со ржавыми железками за поясом.
Родились с драгоценными клинками в руках — откуда им знать о нужде?
Да что там бродяги — сам Чжинму еще недавно ходил в штопаном-перештопаном даосском халате!
Даосы Удана не знали сытной еды и трижды в день питались безвкусными пилюлями бигок, благодаря небеса за то, что у них есть хотя бы эта пища.
А эти лицемеры сорят деньгами направо и налево и при этом рассуждают о «скромности»!
— Что ж, начнем? — Чхоль Чжи Рян с мечом в руке вышел на середину арены, а советник и Саньсан отошли подальше к стене.
Щелк.
Чжинму не стал тратить время на церемонии и обнажил клинок.
Вшу-у-у!
Он мгновенно напитал лезвие внутренней силой.
— О-о! Меч Ган?!
Чхоль Чжи Рян и остальные не смогли скрыть изумления.
— Друг мой, воины обычно обмениваются парой пристрелочных ударов, чтобы прощупать силу соперника. Ты решил сразу пойти ва-банк?
Чхоль Чжи Рян добродушно рассмеялся, но Чжинму было плевать на правила.
Сжав рукоять обеими руками, он вложил в клинок всю отчаянную ярость воинов Сапа и вековую обиду нищего Удана.
«Я лично преподам вам урок за вашу чертову расточительность!»
Бах!
С силой оттолкнувшись от каменных плит, Чжинму вихрем бросился на Главу Союза Справедливости.
Загружаем комментарии…