Сказав это, Чэнь Чаншэн потрепал Гуань Пин по голове и поднялся.
— Господин, вы уже уходите? — спросила она, видя, что он собирается покинуть аукционный дом. — Аукцион ведь еще не закончился!
Чэнь Чаншэн с легкой улыбкой ответил:
— Я достиг своей цели и сделал то, что должен был. Оставаться здесь дальше нет никакого смысла.
— В других местах меня ждет еще много всего интересного. Так что я пойду, а вы не забудьте упаковать для меня вазы с фруктами.
С этими словами он развернулся и покинул ложу. Бай Цзэ последовал за ним.
***
Маленький дворик.
Теплые солнечные лучи согревали Лю Цинцин. Она сидела, погруженная в медитацию, и гоняла энергию по меридианам, пытаясь исцелить раны, нанесенные ей Чэнь Чаншэном.
Внезапно она открыла глаза.
Прямо перед ней беззвучно стояли Чэнь Чаншэн и «Серебряный Лунный Волк».
— Старший пришел убить меня? — спросила Лю Цинцин.
Чэнь Чаншэн с улыбкой покачал головой.
— Я с самого начала не собирался тебя убивать. Если бы я хотел, ты бы не дожила до этого момента.
— Если старший не хочет меня убивать, значит, он хочет выведать у меня ценные сведения.
— Если это так, то советую вам не тратить время зря. Если бы секреты организации «Черная тень» было так легко раскрыть, мы бы давно не существовали.
— И это не так, — снова покачал головой Чэнь Чаншэн. — Я прекрасно знаю, как вы храните тайны.
— Дело не в том, что ты не захочешь мне ничего говорить. Даже если ты и расскажешь, нет никакой гарантии, что твои сведения окажутся правдой.
— Ведь для организации наемных убийц самое главное — скрытность.
Услышав это, Лю Цинцин подняла на него взгляд.
— Старший, кажется, хорошо осведомлен об организациях ассасинов?
— Конечно. Когда-то я и сам помогал создать одну такую, и по масштабам она ничуть не уступала вашей.
— Так что можешь не бояться, что я буду пытать тебя. Я лучше тебя знаю, насколько это бесполезно.
Глядя на его невозмутимое лицо, Лю Цинцин растерянно спросила:
— Не убиваете, не допрашиваете… чего же вы тогда хотите?
— Я ничего не хочу. Я просто хочу, чтобы ты жила.
— Потому что, пока ты жива, твоя организация рано или поздно попытается с тобой связаться. А тогда я смогу потянуть за ниточку и вытащить их всех на свет.
— А на то время, пока ты будешь ждать связи, я сперва планировал как следует поиздеваться над тобой.
— Но, кто бы мог подумать, один парень пришел и попросил за тебя. Из уважения к нему я, так и быть, отпущу тебя.
С этими словами Чэнь Чаншэн взмахнул рукой, и из тела Лю Цинцин выплыло несколько тонких черных нитей. Как только они исчезли, ее раны наконец-то начали затягиваться.
Ощутив прилив сил, Лю Цинцин холодно спросила:
— И вы не боитесь, что я сбегу?
— Хочешь бежать — беги. Я тебя не держу.
— Если я тебя упущу — значит, таков мой уровень мастерства. Если ты не сможешь уйти от преследования Области Пилюль — значит, таков твой.
— Одним словом, твоя жизнь — в твоих руках. Я не буду вмешиваться.
— Но об одном я должен тебя предупредить. Не смей никого убивать в моем дворе и не смей здесь устраивать беспорядки.
— Иначе я заставлю тебя молить о смерти, но не дам умереть!
Сказав это, Чэнь Чаншэн вместе с Бай Цзэ вернулся в дом, оставив Лю Цинцин одну сидеть посреди двора.
***
Аукционный дом.
Последние несколько лотов, бывшие гвоздем программы, тоже были проданы. И хотя цены на них были немаленькими, ничто не могло сравниться с потрясением от ставки в триста миллиардов пилюль истока.
Тем временем в клане Лу уже подсчитывали прибыль от аукциона.
— Тетушка, все лоты доставлены.
— Жемчужину Земного Истока я чуть позже лично передам учителю.
Лу Минъюй протянул Цянь Я список. Она, не отрываясь от документов, взяла его и бросила на стол два мешочка.
— Здесь сто сорок миллиардов пилюль истока. Остальные сто шестьдесят миллиардов будут выплачены ресурсами.
— Деньги от продажи бронзового обломка, за вычетом комиссии, переведи мне.
Глядя на мешочки, Лу Минъюй сказал:
— Тетушка, триста миллиардов — это слишком много. Может, мне стоит поговорить с ними?
— Если учесть комиссию за Жемчужину Земного Истока и мои связи, я думаю, смогу сэкономить учителю около сорока миллиардов.
Услышав это, Цянь Я отложила нефритовый свиток и посмотрела на племянника.
— Минъюй, твоя преданность — это хорошо. Но бизнес есть бизнес.
— Если ты возместишь учителю комиссию аукциона, что ты скажешь остальным членам клана Лу?
— И потом, хоть ты и управляешь аукционным домом, эти деньги — не твои.
— Считать казну клана своей личной — грубейшая ошибка. Другие могут этого не понимать, но ты-то должен.
Лу Минъюй нахмурился.
— Конечно, я это понимаю. Но на этот раз учитель понес слишком большие убытки.
— А вот тут ты ошибаешься. Учитель никогда не заключает убыточных сделок.
— Скажу тебе по правде, то, чем он владеет, превосходит все твое воображение.
— Эти сто сорок миллиардов, что у меня, — всего лишь карманные деньги, которые он мне дал. Еще сто сорок миллиардов хранятся у Бай Цзэ.
— А помогла я Бай Цзэ только потому, что не хотела, чтобы тот пошел жаловаться учителю.
При этих словах у Лу Минъюя задергался глаз.
— Двести восемьдесят миллиардов… карманных денег?
— Да.
— Это те деньги, что учитель дал нам на расходы, когда мы только прибыли в эту эпоху.
— Если бы он действительно захотел потратиться, он бы нашел способ достать не то что сотни миллиардов, а триллионы, и даже десятки триллионов.
— А то, что он казался таким «стесненным в средствах», было сделано, во-первых, чтобы Владыка Башни прекратил мешать, а во-вторых, чтобы скрыть истинные цели учителя.
— Заоблачная цена в триста миллиардов привлекла всеобщее внимание к нему, и теперь мало кто обратит внимание на тот бронзовый обломок.
— И только когда обломок перестанет быть в центре внимания, большая рыба за его спиной рискнет заглотнуть наживку.
— И как только она это сделает, ей уже не скрыться.
Сказав это, Цянь Я взяла из рук Лу Минъюя шкатулку и поднялась.
— Ну что, пошли вместе к учителю требовать деньги?
— А?
Такая резкая перемена в настроении Цянь Я застала Лу Минъюя врасплох.
— Дела — это дела, а личное — это личное, — хмыкнула она.
— С деловой точки зрения я поступила совершенно правильно, выложив триста миллиардов. Это было нужно для дела.
— Но с личной точки зрения, учитель не только забрал обратно данные мне карманные деньги, но и заставил меня доплатить больше сотни миллиардов из своих.
— Как думаешь, он должен мне это возместить?
Лу Минъюй на мгновение замер, а затем рассмеялся.
— Конечно, должен. И какую компенсацию тетушка собирается потребовать?
— Как минимум вдвое больше. Иначе я не согласна!
— Ха-ха-ха! — снова рассмеялся Лу Минъюй. — Теперь я понимаю, почему тетушка не позволила старшему Бай Цзэ платить.
— Минъюй усвоил урок!
Загружаем комментарии…