Услышав ответ Чэнь Чаншэна, Сюй Яо почувствовала, что у нее разболелась голова.
— Учитель, и что теперь делать?
— Положиться на волю Небес! Лин’эр не пошла по пути, который я для нее приготовил. Это ее собственный выбор, и я его уважаю и поддерживаю. Иногда пути, которые готовят для вас старшие, действительно кажутся обыденными, лишенными страсти, и даже могут сковывать вашу свободу воли. Но пути, подготовленные старшими, в большинстве своем ровные, без ухабов. Если не идешь по пути старших, а ищешь безудержной свободы, то, конечно, за это придется заплатить определенную цену.
Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и поманил Сюй Яо.
— Пойдем. Мне нужно встретиться еще с двумя людьми. А путь Лин’эр пусть она проходит сама. Когда-нибудь она набьет себе шишек и сама все поймет.
Услышав его, Сюй Яо поспешила за ним.
— Учитель, может, стоит пойти утешить Цзянь Фэя?
— Не стоит. Сейчас ему больше всего нужно побыть в тишине.
***
— Старший брат, куда мы бежим?
Гуй Даожань тащил за собой Гуй Цяньцзе, петляя по улицам Великой Стены Энергии Меча.
— Он нас заметил, – ответил Гуй Даожань. – Я еще не готов к встрече с ним, поэтому мы…
— Не готов – значит, можно не встречаться? Столько дней я тебе дал, а ты все еще не разобрался?
Речь Гуй Даожаня была прервана. Перед ними появились Чэнь Чаншэн и Сюй Яо.
Глядя на Чэнь Чаншэна, Гуй Даожань вздохнул:
— В конце концов, от этого не уйти. Так как же мне теперь к вам обращаться?
— Мы с тобой оба идем по Пути, так что достаточно называть меня «друг-даос». Когда я получу от тебя ответы, тогда и сменим обращение, не поздно будет.
Сказав это, Чэнь Чаншэн жестом указал им пройти на свободную площадку неподалеку.
Вжух!
Чайный столик, чашки, чайник… Чэнь Чаншэн достал полный набор для чайной церемонии, и вскоре перед всеми появились четыре чашки с дымящимся чаем.
— Выпейте этот чай, а потом неспешно поговорим.
Гуй Даожань и Гуй Цяньцзе немного поколебались, но все же взяли чашки.
— Девочка, ты тоже пей.
— Хорошо!
Плюх!
Едва горячий чай коснулся их губ, как Сюй Яо и Гуй Цяньцзе тут же его выплюнули. Гуй Даожань хоть и не выплюнул, но его лицо исказилось от горечи.
— Учитель, что это за чай? Почему он такой горький? – пожаловалась Сюй Яо.
В ответ Чэнь Чаншэн спокойно отпил из своей чашки.
— Это горький чай, который я сам вырастил, собрал и приготовил. Если вы не можете его пить, значит, ваша жизнь – сладкая. Этому стоит радоваться.
Сказав это, Чэнь Чаншэн поставил чашку и посмотрел на Гуй Даожаня, чье лицо все еще было искажено.
— Вспомнил прошлое?
— Большую часть.
— Так кто ты сейчас – Гуй Даожань или Пьяный Книжник?
— Гуй Даожань.
Услышав ответ, Чэнь Чаншэн замолчал. Спустя десять вдохов он взглянул на понурую Гуй Цяньцзе и сказал:
— По иронии судьбы, но по счастливому стечению обстоятельств, результат получился довольно хорошим. Раз ты – Гуй Даожань, то то, что я сделал, тебя не касается. Свиток «Великолепие Гор и Рек» считайте моим свадебным подарком. Но вы должны оказать мне небольшую услугу.
Услышав это, Гуй Цяньцзе инстинктивно вцепилась в рукав Гуй Даожаня.
— Вы же сказали, что это подарок! Почему мы еще должны вам помогать? Это уже не сделка получается?
— Резонно. Тогда скажу по-другому. Вы оказываете мне небольшую услугу, а я отвечаю на один ваш вопрос. Вопрос о вашей прошлой жизни.
При этих словах глаза Гуй Цяньцзе загорелись.
— Такая сделка возможна. Но сначала скажите, в чем заключается ваша просьба?
— Я хочу, чтобы вы помогли мне управлять Великой Стеной Энергии Меча. Собрание Мастеров Меча проводится не только для отбора талантов, но и для выбора преемника на пост управляющего Великой Стеной. Прежних кандидатов я увел с собой, так что, естественно, мне нужно найти новых.
— Такое выгодное дело мы, конечно…
Гуй Цяньцзе уже хотела согласиться, но Гуй Даожань ее остановил.
— Учитель, мы не хотим ввязываться в суетный мир совершенствования. Наше самое большое желание – прожить простую и спокойную жизнь.
Услышав его слова и обращение, Чэнь Чаншэн снова замолчал. Он понял, что Гуй Даожань просит его.
— Хорошо, я согласен. У вас есть другие вопросы?
— Кто является реинкарнацией спутницы Дао Пьяного Книжника?
При этом вопросе рука Гуй Цяньцзе, державшая Гуй Даожаня, сжалась еще крепче. Чэнь Чаншэн спокойно ответил:
— Спутницу Дао Пьяного Книжника звали Сунь Юйцин. Ее реинкарнация – это твоя младшая боевая сестра. А сны тебе снятся потому, что ты сам оставил себе эти метки. Когда тебя заставили переродиться, ты, чтобы не заставлять Сунь Юйцин страдать в ожидании, умолял меня разорвать вашу кармическую связь.
— И учитель действительно это сделал?
— Нет! Мы с Сунь Юйцин обманули тебя. Я не только не разорвал вашу связь, но, наоборот, связал вас еще крепче. Но, как оказалось, мы все трое ошиблись в своих расчетах.
— В чем ошиблись? – взволнованно спросила Гуй Цяньцзе.
Чэнь Чаншэн спокойно пояснил:
— Я отправил вас в круг перерождений, желая, чтобы вы снова стали Пьяным Книжником и Сунь Юйцин. Пьяный Книжник отправился в круг перерождений, желая в одиночку вынести все тяготы, а когда вспомнит все прошлое, найти Сунь Юйцин и продолжить их историю. Именно поэтому он и оставил себе метки. Сунь Юйцин же отправилась в круг перерождений, чтобы просто быть с ним, но не под грузом прошлого. Поэтому перед перерождением она стерла все свои метки. Когда я впервые встретил тебя, я подумал, что в процессе перерождения что-то пошло не так. Теперь же я вижу, что это было твое осознанное решение. Как оказалось, из всех наших трех замыслов только идея Сунь Юйцин была ближе всего к реальности. Потому что, даже оставив метки, Пьяный Книжник в итоге так и не вернулся. Пройдя через круг перерождений, вы стали двумя совершенно новыми личностями, а не продолжением кого-то другого.
Сказав это, Чэнь Чаншэн поднялся, чтобы уйти.
— Собрание Мастеров Меча таит в себе скрытые течения. Боюсь, вам будет трудно остаться в стороне. Свиток «Великолепие Гор и Рек» и номер Цилинь-коммуникатора, который я вам оставил, могут вам помочь. У вас есть только две возможности. Хорошенько подумайте, о чем меня просить.
Сказав это, Чэнь Чаншэн и Сюй Яо исчезли.
Глядя им вслед, Гуй Даожань горько усмехнулся:
— Младшая сестра, теперь ты все знаешь. Как, по-твоему, я должен поступить?
— Как поступить? Конечно же, крепко держаться за этого великого наставника!
— Младшая сестра, разве ты не хотела счастливой и спокойной жизни?
— Я хочу счастливой жизни, а не счастливой и спокойной. Когда ты рядом, любой день – счастливый. Если бы я любила спокойствие, я бы не пришла на Великую Стену Энергии Меча.
— Но когда тебе было шесть лет, ты говорила, что тебе нравится тихая жизнь смертных!
При этих словах Гуй Цяньцзе потеряла дар речи.
— Мне тогда было шесть лет! Разве можно верить тому, что я говорила? К тому же, я имела в виду, что хочу играть с тобой в дочки-матери! Я – мама, а ты – папа!
Гуй Даожань: …
Вот так казус. А я-то думал, тебе не по душе бурная жизнь, полная приключений. Знал бы раньше, отказался бы от его предложения как-то помягче.
Загружаем комментарии…