Сказания о Пастухе БоговГлава 1667. Я восстаю

Том 1Глава 1667. Я восстаю

895 слов · 5 мин чтения · глава 1664 из 1 832

Шан Цзюнь шаг за шагом следовал за Цинь Му. Куда бы ни ступала нога Цинь Му, Шан Цзюнь повторял его движения без единого изъяна.

Ему не нужно было думать о том, был ли путь Цинь Му правильным или о том, как тот использовал руны и жизненную Ци Изначального Хаоса, чтобы обмануть лес каменных обелисков. Ему нужно было лишь следовать за Цинь Му.

По пути они несколько раз останавливались. Если бы Цинь Му хотел выйти из леса в одиночку, все было бы намного проще. Однако ему нужно было вывести вместе с собой еще и Шан Цзюня, что было в бесчисленное количество раз сложнее.

Лес каменных обелисков был создан первым молодым мастером, чтобы подавить физическое тело Тианьду и других практиков Дао, и Шан Цзюнь был одним из них. Чтобы обмануть каменные обелиски, Цинь Му нужно было использовать руны Изначального Хаоса, чтобы скрыть ауру Великого Дао Шан Цзюня. Только в таком случае он сможет вывести его.

Необходимость маскировать ауру двух людей при помощи рун Изначального Хаоса, было огромной проблемой для Цинь Му. С каждым шагом, он проводил бесчисленные расчеты в своей голове.

Цинь Му напоминал каменный обелиск, в тени которого шел Шан Цзюнь, создавая иллюзию того, что он был подавлен. Поэтому лес каменных обелисков не реагировал на него.

Если бы Цинь Му допустил хоть малейшую ошибку и в его структуре рун Изначального Хаоса был пробел, который бы позволил ауре Шан Цзюня вывести наружу, он был бы в ту же секунду запечатан каменными обелисками и отправлен в заточение!

Спустя неизвестное количество времени Цинь Му наконец вывел Шан Цзюня из леса. Все его тело было покрыто потом. В течении этого периода времени он использовал все ресурсы своего мозга для расчетов, и был нагружен для предела. Цинь Му и сам не знал, как долго бы он еще смог продолжат в таком состоянии.

Но в этот момент он наконец-то расслабился, и его мозг окутало ощущение онемения. Его конечности стали вялыми и слабыми.

Цинь Му закрыл глаза и несколько раз тяжело вздохнул. Он некоторое время стоял там и успокаивал свой разум.

Шан Цзюнь обернулся и увидел множество стоящих каменных обелисков. Их было так много, что он уже и не видел дороги обратно в деревню.

Ему казалось, что перед его глазами была вся его жизнь. На него нахлынули воспоминания о шестнадцатой эпохи и о его былом упорстве. Он думал о том, что пережил в той жизни, и с чем ему предстоит столкнуться в новой жизни. В новой вселенной.

Хоть он и ощущал себя не на своем месте, после произошедшего с шестнадцатой вселенной, но в этот раз он обретет новую жизнь!

Вскоре после этого, Цинь Му открыл глаза и вышел за дверь.

Шан Цзюнь все еще молча следовал за ним. Цинь Му ничего не говорил, и Шан Цзюнь тоже не проронил за это время ни слова. Он, казалось, полностью слился с тенью Цинь Му.

Он был существом, которое проложило свой путь к Дао, убив бесчисленное количество людей. Он был настоящим убийцей. В противном случае он не смог бы убить практика Дао, еще до того, как сам достиг этого уровня. Пока он прятался в тени Цинь Му, обычные люди даже не смогли бы увидеть его, не то чтобы почувствовать его ауру.

Они уже собирались покинуть этот мир, когда Цинь Му внезапно остановился, и Шан Цзюнь с удивлением посмотрел на него.

Цинь Му осторожно вглядывался в пространство перед собой и через мгновение он громко рассмеялся и сказал:

— Мы оба является молодыми мастерами дворца Милуо. Неужели старший брат планирует помочь третьему и четвертому и подавить меня? Я слышал, что старший брат – самый ценный ученик нашего учителя. Если бы здесь был наш учитель, то что бы он сделал?

За дверью было тихо.

Сердце Шан Цзюня не могло бить быстрее. Он выглянул за дверь и увидел, что там что-то было?

Почему Цинь Му вдруг сказал это?

Могло ли быть так, что первый молодой мастер дворца Милуо находился в данный момент за дверью?

— Учитель может быть беспристрастным, не предвзятым по отношению ко мне и не предвзятым по отношению к остальным старшим братьям.

Цинь Му равнодушно сказал:

— Если старший брат действительно унаследовал место нашего учителя, то он бы не остановил ни меня, ни Шан Цзюня. Потому что наш учитель также не остановил Шан Цзюня в шестнадцатой вселенной, когда тот достигал Дао.

За дверью все еще царила тишина.

Шан Цзюнь слегка нахмурился и подумал:

— «Мог ли молодой мастер допустить ошибку? Снаружи ведь никого нет…»

В этот момент в их поле зрения появился обелиск и пролетел над ними.

Цинь Му наконец-то вздохнул с облегчением и вышел за дверь. Шан Цзюнь оставался в его тени и покинул этот мир вместе с ним. Только обелиск медленно и тихо проплыл мимо них.

Цинь Му обернулся и увидел, как последний обелиск, которого так недоставало печати, вернулся в своё исходное положение и зарылся в землю.

Шан Цзюнь на мгновение дрогнул и сказал:

— Молодой мастер, старый монстр и остальные…

Цинь Му слегка нахмурился и поднял руку, чтобы тот замолчал.

С появлением последнего обелиска, все жители деревни, вероятно, снова будут подавлены и запечатаны в обелисках, не имея возможности сбежать!

Более того, теперь массив был полностью восстановлен, и не имел в себе никаких изъянов. Если Цинь Му вернется в это место в будущем, ему придется полагаться на свои собственные навыки и силу, чтобы силой сломать эту печать!

А для этого ему потребуется боевое мастерство, не уступающее Тай И!

— Сила, не уступающая боевому мастерству Тай И…

Уголки глаз Цинь Му задрожали, когда он подумал про себя:

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите «Опечатка?» или Ctrl+Enter.

Оглавление · Сказания о Пастухе Богов · Правообладателям

Комментарии

Загружаем комментарии…