Цинь Му наконец вывел всех из Южных Небесных Врат. Давление тут же исчезло, и все вокруг, казалось, освободились от тяжёлого бремени.
— Откуда старший брат родом? — мужчина, больше всего напоминающий человека, подошёл к нему и спросил. — Я Ху Бугуй из Трехглазой расы богов. Я ещё ни разу не встречал старшего брата в мире Корриды. Ты разговаривал с Небесным Наставником, поэтому я не осмелился подойти раньше.
— Цинь Му, Цинь Фэнцин.
Цинь Му осмотрел мужчину из Трехглазой расы богов. У того были большие ладони и ступни, его плечи были невероятно широкими, покрыты комочками мышцей. Тем не менее, верхняя часть его рук оказалась крайне худой и непропорциональной. Внизу они становились намного более мускулистее, но его запястье снова сужалось и было крайне тонким.
То же самое было и с его талией. Широкая спина и тонкий пояс формировали треугольник, мышцы на его бёдрах были очень толстыми, но колени выделялись своей непропорциональной тонкостью. Верхняя честь икр снова расширялась, но ближе к лодыжкам мышцы исчезали.
Он натренировал свои мышцы таким образом, что превратился в некую ужасающую взрывную силу, совершенно отличающуюся от Цинь Му.
Тело Цинь Му владело правильными пропорциями, в то время как мышцы Ху Бугуя превратились в комки. Сила его физического тела могла мгновенно взорваться, испуская ужасающий всплеск мощи.
Мышцы Цинь Му, с другой стороны, имели обычные контуры, что увеличивало их прочность. Его внешний вид не был настолько чудовищным, а каждый раз, когда он хотел использовать свою силу, он должен был действовать на подобии изогнутого лука. Он накапливал силу, прежде чем освободить её в одно мгновение.
Скорость, с которой Ху Бугуй мог задействовать свою силу, была выше, поэтому его атаки определённо напоминали серию молниеносных ударов, способных поразить противника бесчисленное количество раз за короткий промежуток времени. Тем не менее сила, которую мог скопить в своих мышцах Цинь Му была намного сильнее, несмотря на более низкую скорость реакции.
— Я из Великих Руин и это моя первая встреча со старшими братьями и сёстрами.
Немного подумав, он озадаченно добавил:
— Ху Бугуй значит “почему бы не вернуться домой”, за этим кроется какая-то история?
Ху Бугуй шагал вместе с остальными, некоторое время помолчав:
— Мои родители покинули Мир Корриды и родили меня за его пределами. Они пытались найти другой способ пробиться и решить проблему отсутствующих божественных мостов. Тем не менее, они так и не добились успеха, а решив вернуться сюда, они обнаружили, что уже не могут этого сделать. Даже придя в это место, их сердца больше не смогут здесь оставаться, поэтому решили дать мне такое имя.
Он улыбнулся:
— Почему бы не вернуться домой? Мои родители дали мне это имя для того, чтобы в их сердцах возникло чувство принадлежности к этом месту. Старшие братья и сёстры всегда смеялись с того, как меня зовут, но теперь все они зовут меня большим старшим братом.
Цинь Му кивнул. Он уже успел заметить, что совершенствование Ху Бугуя было одним из самых высоких среди практиков боевых искусств области Жизни и Смерти. Стоя под Южными Небесными Вратами, он был выше, чем все вокруг.
Когда Цинь Му объединил всех вокруг себя, превращая отряд в неприступную для давления Южных Небесных Врат твердыню, тот пришёл в норму быстрее остальных.
Отставание в совершенствовании в Мире Корриды не было проблемой, так как в конце концов все застревали в области Жизни и Смерти. Это место напоминало Вечный Мир прошлого, все практики божественных искусств которого останавливались у Божественного Моста и не могли продолжить двигаться вперёд.
Если Ху Бугуй умудрился стать для всех старшим братом даже несмотря на то, что начал совершенствоваться позднее остальных, то его талант и целеустремлённость должны быть поистине великолепны.
К этому времени люди впереди уже успели добраться ко Дворцу Корриды. Дорога туда была совершенно необычной, проходя через райский дворец и ведя прямиком к Яшмовому Водоёму, Сцене Казни Бога, Нефритовой Столице и Непостижимому Небу.
Цинь Му и Ху Бугуй шагали позади, первый непрерывно консультировался по поводу методов совершенствования боевой души.
Понимание боевой души Цинь Му всё ещё было ограниченным, он запомнил лишь слова фермера о том, что совершенствование исконного духа с помощью боевых искусств было боевой душой, а путь боевых искусств — это совершенствование боевой души до уровня пути. Что касалось её формирования, здесь он был совершенно неопытен.
— На самом деле боевая душа является исконным духом пути боевых искусств, — немного колеблясь, Ху Бугуй оглянулся и тихо продолжил. — Я использовал чужеземные методы для совершенствования своей боевой души. В Мире Корриды существует негласное правило, по которому нам запрещено изучать божественные искусства, пути и навыки внешнего мира. Тем не менее, я кое-чему научился у своих родителей, так что моё понимание исконного духа слегка отличается от того, что о нём думают здешние.
Цинь Му стало ещё более интересно, он спросил:
— В чём разница между исконным духом боевого пути и обычным?
— Здесь не пробуждают духовный эмбрион, а для начала совершенствуют боевую душу, — ответил Ху Бугуй. — Не пробуждая своего духовного эмбриона, нужно совершенствовать душу пока она не станет как железо, как металл. Когда они молоды, то сражаются с дикими тиграми, убивают рогатых питонов и драконов наводнения! Лишь немногие юноши Мира Корриды могут пройти такие испытания, большинство из нас гибнет в молодости.
Цинь Му шокировано дрогнул. В детстве даже он не проходил через такие тяжёлые тренировки!
Несмотря на то, что учения деревенских стариков тоже были очень жёсткими, они не заходили настолько далеко, чтобы поставить его жизнь под риск. Но люди Мира Корриды на самом деле позволяли своим детям сражаться с такими яростными странными зверями, как дикие тигры, рогатые питоны и драконов наводнения. Они совершенно не ценили их жизней!
Из зала впереди донеслись резкие звуки столкновений, напоминающие раскаты грома. Их вызывали хлопки, порождённые движением практиков боевых искусств. Несмотря на то, что он ещё не вошёл в здание, Цинь Му уже мог представить себе мускулистые тела пропускающие сотни, тысячи ударов. Как только они столкнулись, пот разбрызгался во все стороны, будто дождь!
Ху Бугуй вёл себя так, будто происходящее было нормой, и продолжал двигаться вперёд. Он проговорил:
Загружаем комментарии…