Глава 77. Пиратский король Лаксаса (часть 4)

77. Пиратский король Раксаса (4)

Он объединил всех пиратов Семи Архипелагов, за исключением лишь одного, и получил прозвище «Пиратский король».

Никто в этих краях не был не знаком с грозным именем Радана, который в одиночку потопил более пятидесяти пиратских судов и уничтожил «Черный клык» — одну из сильнейших пиратских банд Семи Архипелагов, за что и был наречен Морским Владыкой.

А это означало, что не было и тех, кто не слышал о его дурной славе.

Его прозвали «Сальгви» — Злым духом, — потому что он голыми руками разрывал капитанов Семи Архипелагов, истребляя пиратов с безумной, дьявольской улыбкой на лице.

Он был злодеем, который, словно воплощая в жизнь слова о собственном превосходстве над всем миром, легко лишал жизни любого, кто не соответствовал его прихотям.

Именно поэтому.

— Брат?..

Слова, сорвавшиеся с губ Радана, заставили всех присутствующих обратить на него свои взоры.

И пираты, что всегда следовали за Раданом по пятам.

И рабочие торгового судна, знавшие о его репутации.

И даже Пения, до этого момента пребывавшая в крайнем напряжении, — все они уставились на Алона.

Алон, который некоторое время молча смотрел на беловолосого и белоглазого мужчину, наконец произнес:

— …Радан?

Стоило ему открыть рот, как на лице Радана, до этого выражавшем лишь крайнее удивление, расцвела улыбка.

— Ну надо же, брат, что ты здесь делаешь?

То, с какой естественностью Радан назвал его братом, повергло в шок всех пиратов, наблюдавших за этой сценой.

А Дрейк, подручный Радана, который был рядом с ним с тех самых пор, как тот расправился с первым пиратом Семи Архипелагов, и вовсе вытаращил глаза, едва не лишившись дара речи.

За всё время он ни разу не видел, чтобы его главарь проявлял к кому-либо хоть каплю такой приязни.

«Что, черт возьми, происходит?»

Не успел он оправиться от изумления, как увидел, что Радан, не теряя времени, взмахнул копьем и перерезал веревки, связывавшие Алона.

Пения тоже не могла понять, что здесь творится.

Она ведь тоже была прекрасно осведомлена о слухах, ходивших об этом человеке.

«Кто он такой, в конце концов?..»

Видя, что Алон накоротке с Раданом, «ходячим бедствием Раксаса», Пения лишний раз убедилась, что этот мужчина — фигура неординарная.

А сам Алон в этот момент был…

«…Это и есть Радан?»

Он был крайне удивлен. Конечно, опираясь на информацию, полученную ранее от Эвана, он предполагал, что беловолосый мужчина с белыми глазами может оказаться Раданом, но, честно говоря, не ожидал, что это окажется правдой.

В отличие от других Пяти Великих Грехов, Радан был тем персонажем, чей нормальный облик никогда не был представлен на иллюстрациях.

С самого момента становления одним из Пяти Великих Грехов он запомнился лишь как жуткий монстр, у которого, помимо необычного цвета волос и глаз, не осталось ничего человеческого.

— …Я просто направлялся в Раксас по делам.

— Если собирался приехать, мог бы хотя бы весточку подать.

— Я и сам думал, что если удастся встретиться, то было бы неплохо, но не ожидал, что мы столкнемся вот так.

— Для начала давайте уберемся отсюда. А, дядя Эван, давно не виделись.

— …Давно.

Алон, который с радостью обменялся с ним коротким приветствием, наблюдал, как Радан, небрежно похлопав по плечу побледневшего Эвана, обернулся к нему:

— Люди вокруг — все твои спутники, брат?

— Да.

Как только Алон ответил, Радан взмахнул трезубцем и одним движением перерезал путы Пении и Пелин.

— Пойдемте.

Он уже было собрался проводить Алона с улыбкой на лице, но вдруг…

— А.

Словно что-то вспомнив, он повернул голову и посмотрел на капитана, который до сих пор не мог поверить в происходящее.

— Кстати, что ты там говорил?

Радан пробормотал это тихо, но отчетливо.

— …Что собираешься продать моего брата?

Голос был негромким, но в наступившей тишине его услышали все. Капитан, осознав, что натворил, лишь издал короткий, сдавленный звук:

— А…

Его лицо в одно мгновение залила мертвенная бледность. Он попытался что-то сказать, но, к несчастью, продолжить не смог.

В тот самый момент, когда он только приоткрыл губы, чтобы издать звук…

Плюх!

В его горло уже вонзился трезубец Радана.

— А-?

Капитан, не веря своим глазам, уставился на торчащее из шеи оружие, а затем захлебнулся кровью.

— Кх-!

Трезубец окрасился в багровый цвет. Капитан запоздало попытался схватиться за него дрожащими руками, но Радан, который только что улыбался Алону, не меняя выражения лица — но при этом…

Хлюп!

С жутким, леденящим душу блеском в глазах, он с силой довершил дело, отсекая капитану голову.

Тело капитана с глухим стуком рухнуло на палубу.

— Пойдемте, брат.

Радан, чьи доспехи и лицо были забрызганы кровью, снова улыбнулся.

И Алон, который, конечно, повидал немало смертей, но впервые воочию столкнулся с такой пугающей жаждой убийства в глазах Радана, невольно напрягся.

«…Надеюсь, он еще не пробудился как один из Пяти Великих Грехов?»

Вспомнив, что Радан — один из Пяти Великих Грехов, он постарался сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри стал куда осторожнее.

####

Алон покинул торговое судно, направлявшееся в Раксас, и сменил курс на Семь Архипелагов.

Всего через полдня они достигли владений, которыми правил Радан.

— Жить буду… — Эван, который даже после пересадки на другой корабль ползал по палубе, как умирающий, наконец ступил на землю и расплылся в счастливой улыбке.

— Это и есть Семь Архипелагов… — пробормотала Пения, едва они прибыли на огромный остров, а Пелин рядом с ней тихо выдохнула от изумления.

Даже Алон не смог удержаться от возгласа.

Город, представший перед ним, меньше всего походил на пиратское логово — скорее, на образцово-показательное поместье. И не просто поместье, а место, спланированное до последней мелочи.

— …

Весь остров был расчерчен по линейке, дома стояли в строгом порядке, различаясь лишь размерами и внешним видом.

«…Вряд ли остров был таким изначально. Неужели он сделал это из-за своей мизофобии?»

Пока Алон размышлял о серьезности этого недуга Радана, тот пригласил их:

— Проходите, брат.

Они прибыли в особняк Радана, построенный на острове.

Здесь, как и снаружи, всё было симметрично, словно отражение в зеркале. Пока спутники Алона отдыхали, он разговорился с Раданом и узнал кое-что важное.

— …То есть то торговое судно вовсе не шло в Раксас?

— Верно, оно направлялось к «Синим волкам».

— К «Синим волкам»? Тем, что с Семи Архипелагов?

— Да.

— …Значит, нас обманули?

— Именно. Я ведь и пошел туда, чтобы перерезать их линии снабжения.

Радан пожал плечами.

— Это был груз снабжения?

— Да. Если быть точным, человечина.

— …Что?

— Человеческое мясо.

Алон нахмурился. Даже в мире Сайкиделии, который был темным фэнтези, каннибализм считался табу, и сам он испытывал к нему отвращение. К тому же, это слово сразу вызвало у него определенные ассоциации.

— Слушай, а «Синие волки» как-то связаны с русалами?

На вопрос Алона Радан удивленно кивнул и рассказал подробности. Выслушав его, Алон быстро сложил картину воедино.

— Получается, когда ты начал захватывать Семь Архипелагов, «Синие волки» вывели русалов и начали войну?

— Именно так, брат. Понятия не имею, как они ими управляют, но это так.

Алон почувствовал, как начинает болеть голова. Он не знал точно, в чем именно заключается связь, но когда «русалы» и «человечина» сошлись в одной точке, в голове сама собой всплыла догадка.

«Внешний бог?»

Понимая, что если русалы ищут человечину, значит, они готовятся к призыву Внешнего бога, он спросил прямо:

— …Ты собираешься уничтожить «Синих волков»?

— Разумеется. Это ведь шанс на месть, который дал мне ты, брат. Линии снабжения я уже перерезал, так что через три дня с ними будет покончено.

— …?

«Я?.. Когда?..» — подумал Алон, но решил не задавать лишних вопросов, чтобы не портить момент.

— …Можно мне пойти с тобой?

— Тебе, брат?

— …Мне нужно кое-что спросить у главаря той банды. Возможно?

Пусть русалы уже объявились, но если удастся остановить их жертвоприношения, Внешний бог может и не появиться. Для Алона, которому помимо пробуждения артефактов в Раксасе предстояло еще найти русалок и спуститься в Бездну, возможность предотвратить появление Внешнего бога была критически важна.

Если русалы призовут его, Раксас будет обречен, да и Семь Архипелагов не избегут гибели.

Ради выполнения своей задачи и безопасности Радана, он решил, что с русалами нужно разобраться. В конце концов, пусть Радан и свернул на кривую дорожку, став пиратом, Алон всё равно относился к нему с отеческой теплотой.

Поэтому.

— Если ты сам хочешь снести им головы, то я не против, брат.

На этом они закончили обсуждение, и Алон узнал еще один обнадеживающий факт.

— Эй, брат, я, конечно, люблю покуражиться, но не убиваю людей просто потому, что у меня плохое настроение.

— …Правда?

— Конечно. Всё, что я делал, было вызвано обстоятельствами. И того парня, которого я убил сегодня, я бы не тронул, если бы он не упоминал тебя.

— …Но ведь говорят, что у тебя прозвище «Сальгви» — Злой дух.

— Ну, есть такое, но это касается только пиратов, которых я уничтожаю. Теперь, когда я могу отомстить, всё иначе.

Это означало, что Радан был куда адекватнее, чем гласила его дурная слава или первое впечатление. Алон облегченно выдохнул.

«…Я-то боялся, что он стал законченным психопатом и все мои инвестиции в него пошли прахом».

На самом деле, когда Алон впервые поднялся на корабль Радана и услышал от Пении дополнительные слухи, он всерьез опасался, что Радан превратился в того самого монстра, который станет одним из Пяти Великих Грехов.

Но слухи оказались преувеличены.

…Пиратство — дело неблагородное, и сегодняшний поступок Радана отдавал безумием, но Алон решил, что это еще в пределах нормы. Другие Пять Великих Грехов тоже были со своими «тараканами».

Вспомнив об этом…

— Но ты, брат, на удивление выглядишь довольно обычно.

— Что ты имеешь в виду?

— Просто… когда люди встречаются с тобой, они сильно меняются. Мне было любопытно. Может, ты используешь магию гипноза?..

— …Магию гипноза?

— Ну, я не говорю, что это правда, просто они меняются до неузнаваемости — вот что я имел в виду.

— Вот как?

— Да. Именно так.

После недолгой беседы Алон сменил тему:

— Радан, ты случайно не можешь попасть в Раксас?

— Хочешь заглянуть в Раксас?

— Да, у меня там есть кое-какие дела.

— Какие дела, брат?

— Нужно встретиться с одним человеком.

Алон подумал об одном мужчине.

«Оценщик Алексион».

В отличие от артефактов из лабиринта, кольцо, полученное от Хайнкеля, или реликвии из казны Колонии были особенными. Алон вспомнил об уникальном оценщике, способном определить их ценность, и поморщился.

Встречаться с ним не хотелось — характер у Алексиона был скверный, наглый и вздорный.

В игре он обитал в трущобах Раксаса и назначал цену за услуги как ему вздумается, в зависимости от настроения, за что игроки его ненавидели. А его хамские реплики при каждом клике вызывали желание задушить его на месте.

Но кроме Алексиона, других оценщиков артефактов, не считая случайных торговцев в подземельях, не было.

«Бесит, когда вспоминаю игру… но ничего не поделаешь. Придется потерпеть его выходки».

Поэтому.

— С кем именно ты хочешь встретиться, брат?

— С оценщиком Алексионом.

— Только с ним?

— Да. Поэтому я и хочу попасть в Раксас.

Радан помолчал, обдумывая слова Алона, а затем ответил:

— Понял. Отдыхай, брат.

— …?

Ответ был странным, но Алон, решив не допытываться, отправился спать.

На следующий день.

— Брат. Я привел его.

— ?

Алон увидел, как слева от Радана, который сиял невинной улыбкой, стоит оценщик Алексион и дрожит, как осиновый лист.

— П-пощадите! Умоляю!..

Куда делся его скверный характер? Пожилой мужчина рыдал и молил о пощаде.

— Эй, я что, похитил его? Я пригласил его со всем почтением, верно?

— Д-да, вы пригласили меня очень вежливо! Правда, правда!..

— Тогда почему он дрожит?

— …Хик.

Алон потерял дар речи, глядя, как Алексион затаил дыхание от одного лишь слова Радана.

«…Пять Великих Грехов, надеюсь, это не они?»

В глубине души снова зашевелились сомнения, которые, казалось, улеглись вчера.

***