Двадцать минут спустя все собрались. На тренировочном плацу построились пять тысяч солдат. Там же сгрудились и женщины, тысяча представительниц человеческого рода, варварских племён и эльфиек. В грязной изодранной одежде они жалобно всхлипывали, не осмеливаясь даже плакать. Солдаты деловито покрикивали на них:
— А ну заткнулись все! Будете реветь, пришибём!
Эти «храбрые вояки» из Королевской Армии даже за людей их не считают. Действительно пришибут словно надоедливую муху.
….
Я поднялся на трибуну, положив руку на эфес меча. Генералы Хань Юань, Шу Ле и Ло Тэ встали позади меня. Каждый из генералов отвечает за подразделение в тысячу человек. Солдаты Хань Юаня и Шу Ле хотя бы выглядят нормально и построились как положено. Остальные просто сгрудились толпой, некоторые даже не посчитали нужным надеть форму.
— Генерал, зачем вы привели сюда всех этих рабынь? — воскликнул генерал Ло Тэ. Этот избалованный дворянский сынок выглядел ошеломлённым.
Я развернулся к нему с холодным смешком:
— Разве в Тянь Лине нет положения, запрещающего держать женщин в военных лагерях?
— Да, но… — Ло Тэ выпятил грудь и снисходительно улыбнулся: — Есть неписанное правило. Когда армия входит в город, она забирает военные трофеи в свой лагерь. Это правило всегда существовало в Императорской Гвардии. Без женщин у нас не было бы сил сражаться. Генерал Ли, вы же мужчина. Вы же всё понимаете, верно?
Я почувствовал, как волна ярости захлёстывает меня. Я сжал кулаки, изо всех сил стараясь выглядеть спокойным:
— Нарушение закона нельзя оправдать неписанными правилами, откуда бы они ни взялись. Закон нерушим. Неужели так сложно это понять?
Хань Юань поддержал меня:
— Держать женщин в военном лагере — это абсурд. Что вы имеете в виду, говоря, что без них у вас нет сил сражаться? Я вот, например, вижу, что вы превратились в крабов без панциря, когда притащили этих рабынь в лагерь!
Ло Тэ разозлился. Тыча пальцем в грудь Хань Юаня, он заорал:
— Хань Борода, да как ты смеешь?! Ты простолюдин! Думаешь, если умеешь мечом махать, то можешь занимать пост генерала? Я знаю, что в твоём дырявом кошельке никогда не бывает золота. Ты, наверное, и к женщине никогда не притрагивался и не понимаешь, насколько сладкой может быть девушка. Так я пришлю тебе парочку рабынь, чтобы ты понял. Достаточно?
Лицо Хань Юаня покраснело от гнева:
— Засунь свой поганый язык себе в задницу! Я никогда не трогал этих женщин и не притронусь к ним. Я вступил в армию, чтобы защищать честь Империи, сделать честную карьеру и стать героем. Тебя же папочка пристроил. Ты первый убегаешь, как только дело доходит до реальной битвы. Мне стыдно даже рядом стоять с таким бесполезным куском дерьма как ты!
Дрожа от злости, Ло Тэ выхватил меч и бросился на Хань Юаня:
— Ну всё, ты сам напросился!
Заместитель командующего Сун крикнул:
— Вы двое, а ну прекратите!
Я выхватил из ножен Сокровище Дракона. Кенг! Мечи разгорячённых спорщиков отлетели в стороны.
— Вам не кажется, что вы проявляете неуважение ко мне?
Хань Юань преклонил колено:
— Простите, командующий, приношу свои извинения!
Ло Тэ замешкался, но тоже опустился на колено.
Я не стал больше ничего им говорить. Убрав меч в ножны, я окинул взглядом солдат и рабынь и обратился к ним:
— Сегодня я, Ли Сяо Яо, Командующий Императорской Гвардией, своим приказом отменяю правило о содержании женщин в военном лагере. Если кто-нибудь посмеет нарушить приказ и оставить женщину, будет казнён на месте!
Генерал Ло Тэ вытаращил глаза:
— Генерал Ли, вы не можете этого сделать! Это правило, которому Императорская Гвардия следовала издавна. Вы не можете его отменить!
Я холодно рассмеялся:
— С этого момента правила в Императорской Гвардии устанавливаю я. Вам понятно?
Я повернулся к генералу Суну:
— Сколько сейчас денег в казне Гвардии?
Тот сразу же ответил:
Загружаем комментарии…