Тьма окружала меня со всех сторон, и было трудно дышать. Я попытался пошевелиться, но не смог. Я слышал, что кто-то зовёт меня, ощущал тяжёлый лекарственный запах, но никак не мог выбраться из темноты. Кажется, это тело больше мне не принадлежит…
Так ощущается смерть?
Если я умер, то больше не будет боли, но и счастья не будет, вообще не будет ничего. Я просто исчезну из этого мира. Люди, что меня окружали, будут жить дальше своей жизнью, постепенно они забудут обо мне.
Если я умер, что будет с Лин Ван Ер?
Если я умер, что случится с Убийцами Драконов?
Если я умер, удастся ли покончить с Кровавым Серпом?
Если я умер, кто-нибудь будет обо мне вспоминать?
Если я умер, кто-нибудь будет плакать обо мне по ночам?
….
Я был в сознании и одновременно с этим не был. Не было ничего, на что я мог бы повлиять. Мне оставалось только ждать. Я не мог понять, жив ли я вообще, или уже умер. Я был один в темноте, без малейшей возможности хоть что-то изменить.
Внезапно я услышал голос Дун Чэн Лэя:
— Брат Сяо Яо!
Колющая боль пронзила мое сердце. Мозг очистился, и воспоминания заполнили мой разум.
— Он очнулся, он очнулся! — закричала Лин Ван Ер.
Сразу после этого прозвучали торопливые шаги. Я слышал голоса Ли Му, Сун Ханя, Старины Кея, Клубнички и Юэ Цин Цянь. Они все здесь?
Я с трудом открыл глаза, и действительно увидел их всех. Затем я взглянул на свое тело, замотанное бинтами. Я лежал в больничной палате, а возле моей кровати столпились мои друзья. Сун Хань, Старина Кей и Лис плакали, глядя на меня. Скорее всего они не спали всю ночь. Сложно представить, что творилось в их головах, пока я лежал без сознания.
Я коснулся маленькой руки Ван Ер своей забинтованной и сказал:
— Не плачь, Ван Ер, я в порядке.
Её глаза были полны слёз, что медленно стекали по щекам. Капельки застревали на её длинных ресницах, когда она закивала:
— Хорошо, что ты в порядке, хорошо, что ты в порядке…
Я выдохнул, выталкивая из груди скопившийся там воздух и попытался сесть. Давалось мне это с трудом, тело было тяжелым и не хотело слушаться. Увидев мои потуги, Ван Ер быстро поднялась и помогла мне опереться на спинку кровати. Мой взгляд скользнул по лицам присутствующих, и я спросил:
— Как долго я был без сознания?
— Семь дней, — голос Сунь Ханя дрогнул, он едва не сорвался на крик: — Брат Сяо Яо, мы думали, что ты и правда умер. Лин Ван Ер и Цин Цянь дни напролёт, а мы не знали, как их утешить. Хвала небесам, что ты жив.
— Семь дней, так долго…
Я попытался выровнять дыхание, но внезапно сердце пронзила боль. Я опустил голову:
— Дун Чэн… Что с Дун Чэн Юэ?
Сун Хань ответил:
— Посмотри сам, она возле тебя.
Я повернулся и увидел Дун Чэн Юэ. Её глаза были полны слёз, они стекали по бледным щекам девушки. Она всхлипнула:
— Братик глупый, и ты такой же. Вы оба глупые, оба.
Я выдохнул с облегчением:
— Дун Чэн. Ты в порядке, ты и правда в порядке.
Дун Чэн сидела на стуле возле моей кровати и слёзы, стекая с её щек, капали прямо на белые простыни. Она заговорила охрипшим голосом:
— Но братика больше нет. Братик действительно покинул меня.
Я протянул руку и прикоснулся к её длинным волосам, чувствуя при этом, что вина режет мне сердце ножом. Я сказал ей:
— Ну же, Дун Чэн, не надо плакать. Малыш Лэй точно не захотел бы увидеть тебя в таком состоянии. Он любил тебя и хотел, чтобы ты прожила счастливую жизнь. Это обрадует его, когда он посмотрит на тебя с небес.
Дун Чэн кивнула головой, не переставая плакать.
Загружаем комментарии…