Иначе как всеобщим договором о рабском подчинении это было не назвать. Сравнение грубое, зато точнее не придумаешь.
— Вы хотя бы поняли, с какой стороны к нему подступиться?
— Если бы понял, сам бы давно всё сделал. С какой стати мне тогда было отказываться от затеи?
— Но какие-то материалы у вас остались? Наблюдения, неудачные попытки, хотя бы зацепки?
— Ничего. Ни единой мелочи, за которую можно ухватиться.
Иэн невольно нахмурился.
Прометей не относился к тем, кто бросает дело после пары неудач. Разрушение Башни Часов было для него не прихотью и не красивой мечтой — он действительно хотел довести это до конца. Значит, копал долго и упорно. И всё же за бесчисленные годы не сумел выяснить ровным счётом ничего.
— Похоже, мы и правда имеем дело с силой, о которой никто толком ничего не знает.
Прометей хмыкнул.
— Вот тут ты попал в самую точку. Неизвестная сила — лучше и не скажешь.
Никто даже не мог уверенно ответить, чем она была на самом деле: благословением, проклятием или клеймом, которым хозяин помечает живую собственность.
Древнейшие владыки Олимпа и Асгарда когда-то приняли её добровольно и тем самым вошли в число слуг Слепого Отца. У следующих поколений выбора уже не было. Одни рождались с Благословением Отца и объявлялись «чистокровными», другие появлялись на свет без него и становились «изгнанниками». Этого оказалось достаточно, чтобы на протяжении веков выстроить целую систему презрения и дискриминации.
— Мы не только не нашли способ снять эти оковы, — продолжил Прометей. — Мы даже не поняли, откуда берётся сама сила. Всё, что от нас требовалось, — встать на колени перед гигантским глазом и склонить голову. А когда я опомнился, уже и кожа, и глаза, и волосы стали такими, что самому смотреть противно. Поверь, пожалеть я успел не раз.
Иэну достаточно было вспомнить титанов, оставшихся в Земле титанов, чтобы понять, о чём идёт речь. Коренные жители измерения Супериор изначально внешне почти не отличались от людей Срединных миров. Тот же Гелиос, которого Иэн совсем недавно отпустил, выглядел обычным красивым мужчиной и даже чем-то напоминал императора Хейдена.
— Поэтому первое, что нам необходимо, — продолжил Прометей, — найти способ разорвать связь, которая держит всех благословлённых. Пока мы этого не сделаем, ты рискуешь повторить мой путь: потратишь уйму времени, ничего не добьёшься и в итоге останешься у разбитого корыта. Понимаешь, к чему я веду?
Иэн кивнул. Тут всё было предельно ясно — и проблема, и порядок действий.
— Тогда сперва спущусь в Царство мёртвых и осмотрю погибших супериан.
Прометей даже замолчал на секунду.
— А они тут при чём?
— Это первое, что стоит проверить. Смерть разрывает связь или нет?
— А...
Прометей хлопнул ладонью по ладони.
— Слушай, да ты гений.
— Простите?
— Нет, правда. Как тебе вообще такое пришло в голову?
Иэн молча посмотрел на него.
— Ну конечно, — уже сам себе проговорил Прометей. — Если после смерти оковы исчезают, это один разговор. Если душа уносит их с собой — совсем другой. От ответа зависит, что вообще имеет смысл делать дальше.
Иэн отвёл взгляд.
Неужели эта мысль и впрямь ни разу не пришла ему в голову?
Тогда рассказ о непостижимой силе начинал звучать не так убедительно. Может, дело было не в загадочной природе Благословения, а в том, что Прометей просто искал не там?
— Теперь понимаю, почему ты за такой короткий срок подмял под себя Олимп, — с уважением произнёс титан.
— Да. Пусть будет так.
Безоговорочно полагаться на этого человека, похоже, всё-таки не стоило. Коварства Иэн в нём не чувствовал; проблема была проще и, пожалуй, печальнее. Прометей слишком долго смотрел на мир глазами владыки. Когда десятки тысяч лет живёшь наверху, некоторые очевидные вопросы просто перестают приходить в голову.
— В любом случае с сегодняшнего дня вы свободны, — сказал Иэн. — Зевс, который вынес вам приговор, мёртв. А как новый владыка Олимпа я прощаю измену, за которую вас наказали. Так что хватит сидеть здесь без дела. Помогайте мне. Если ваша цель — добраться до Башни Часов, более короткого пути у вас всё равно нет.
Свободен.
Прометей чуть повёл плечами. Для того, кто уже не помнил, когда в последний раз слышал слово «свободен» в свой адрес, реакция вышла удивительно будничной. Но по лицу было видно: спорить он не собирается.
— Как прикажете, новый владыка Олимпа.
В голосе звенела откровенная насмешка, однако Иэн не стал придираться. Он поднялся.
Пришло время снова навестить Царство мёртвых.
* * *
— Примите мои поздравления, владыка Аид.
Загрей, когда-то носивший имя Рагнара Гринривера, низко поклонился перед троном.
— Двое прежних глав великих Чертогов, а вместе с ними и душа Тифона теперь служат вам. Осмелюсь утверждать: нынешнее Царство мёртвых по силе уже не уступает ни Олимпу, ни Асгарду.
Аид сидел на своём троне. По обе стороны от него неподвижно стояли Зевс и Один. Ни выражения лица, ни живого взгляда — от прежних владык остались послушные оболочки. Аид уже полностью подчинил их души.
Но этими двумя его свита не ограничивалась.
Чуть поодаль от трона тяжело дышал Тифон. Ещё недавно одно его имя заставляло Супериор вздрагивать, а теперь чудовище стояло в свите Аида, и из его пасти к полу тянулась нить слюны.
Мечта владыки Царства мёртвых, которую тот вынашивал столько лет, наконец обрела плоть. Теперь у него была самостоятельная сила, способная на равных спорить с Олимпом и Асгардом. По числу и качеству бойцов его армия, возможно, уже превосходила оба Чертога.
— Загрей.
— Я слушаю вас, владыка Царства мёртвых.
— Ты действительно уверен, что теперь мы не слабее Олимпа и Асгарда?
— Уверен. Рядом с вами находятся Зевс, Один и Тифон. Кто в Супериоре способен безнаказанно выступить против сразу четырёх существ такого уровня? А ведь это только вершина. Войско Царства мёртвых столь велико, что им можно было бы заполонить всё измерение Супериор. Если вывести в бой одну лишь отборную часть, она заполнит и Сердце Супериора, и Башню Часов. Скажу больше: на мой взгляд, мы их уже превзошли.
— Превзошли? И Олимп, и Асгард?
— Именно так.
Аид задумчиво провёл рукой по подбородку.
— Тогда сравни нас с ним.
Он указал вперёд.
Загрей обернулся — и только теперь заметил, что перед троном уже стоит Иэн Пейдж, новый владыка Олимпа.
— Сумеем убить его здесь, а потом сделать одним из моих слуг?
На лице Загрея сразу проступила привычная неприязнь. Иэн давно не вызывал у него иных чувств.
— Попытаться определённо стоит.
— Слышал? — Аид перевёл взгляд на гостя. — Что скажет по этому поводу сам новый владыка Олимпа?
Иэн чуть склонил голову, словно ему предложили вполне разумную деловую процедуру.
— Почему бы заодно не выяснить, кто здесь на каком месте?
— Чего?
— Полезно иногда расставлять всех по местам. Тогда дурные мысли реже лезут в голову.
Аид коротко рассмеялся.
Он прекрасно помнил Калиду Ватанку — или, если отбросить псевдоним, Иэна Пейджа — в бою с Зевсом. Да, тот был чудовищно силён. Да, Аид собственными глазами видел, как пал владыка Олимпа. Но теперь расклад был совсем другим.
Зевс. Один. Тифон. И сам Аид.
И после этого Иэн ещё позволяет себе говорить о расстановке мест? Неужели недавние победы так ударили ему в голову?
— Говорят, ты недавно выбрался на далёкую охоту. Судя по самоуверенности, добыча оказалась богатой.
— В целом я получил то, за чем шёл. Хотите проверить результат лично?
— С удовольствием. Только потом не жалуйся, если умрёшь. Хотя чего тебе жаловаться? Умрёшь здесь — станешь моим подчинённым. Я даже обещаю хорошо присмотреть за Первым Срединным миром. Так что при любом исходе ты ничего не теряешь. Ты ведь ради родного мира и торчишь здесь, разве нет?
Ответа Аид и не ждал.
Едва он договорил, Зевс и Один одновременно шагнули вперёд. В одно мгновение Иэн оказался перед двумя противниками, каждый из которых ещё недавно безоговорочно входил в десятку сильнейших существ Супериора. Если учесть, кто ждал своей очереди за их спинами, уверенность Аида уже не казалась совсем беспочвенной.
Только одна деталь не давала Иэну покоя.
Когда успел умереть Один?
Неужели Тор всё-таки свернул ему шею?
Насколько Иэн понял их последний разговор, Тору нужна была победа над отцом, а не его смерть. Он не выглядел человеком, который собирался идти до конца любой ценой.
Значит, бой вышел куда жёстче, чем ожидалось. В настоящей схватке легко перейти ту грань, за которой уже не выбирают между победой и убийством. Оба били всерьёз, и в какой-то момент один из ударов оказался последним.
Как ни посмотри, главным выгодоприобретателем снова стал Аид. Одного Зевса ему было мало — теперь он прибрал к рукам ещё и Одина.
Впрочем, для Иэна это уже ничего не меняло.
Ни один из них больше не был ему ровней.
А потому возможность стоило использовать с толком.
Если Аид решил, что несколько новых сильных душ дают ему право снова проверять союзника на прочность, привычку следовало отбить сейчас — крепко и надолго. Уничтожать их, конечно, нельзя. Как бы ни раздражали эти люди, пока они оставались временными союзниками.
Первое столкновение отозвалось по залу тяжёлым металлическим звоном.
Иэн даже не сдвинулся с места.
Оба копья одновременно ударили в барьер маны и отскочили с тяжёлым звоном.
Прежним владыкам выдали оружие Царства мёртвых вместо реликвий их собственных Чертогов, но мастерство от этого никуда не исчезло. Зевс и Один атаковали без передышки: один удар прикрывал другой, наконечники заходили с разных сторон, меняли угол и снова били в защиту.
Зевс, пожалуй, давил даже яростнее Одина. Разум уже принадлежал Аиду, но где-то в глубине души, видимо, всё ещё сидела память о том, кто именно отправил его в Царство мёртвых.
До похода в Мир демонов эта связка заставила бы Иэна хотя бы немного напрячься.
Но это было до похода.
Разница проявилась в первой же контратаке.
Никаких сложных чар Иэн не использовал. Он просто выждал момент и обеими руками перехватил древки копий.
Зевс и Один дёрнули оружие на себя.
Безрезультатно.
Иэн подкрепил хватку силой ранга бытия, резко провернул древки и тут же рванул их к себе. Всё произошло настолько легко, будто взрослый отобрал деревянные копья у двух детей.
Оба бывших владыки остались с пустыми руками.
Они почти одновременно сжали кулаки, готовясь перейти к ближнему бою, но не успели даже принять стойку.
Острия отнятых копий уже целились им в горло.
— Если я сейчас пробью вам шеи насквозь, вы оба исчезнете окончательно, — спокойно заметил Иэн.
Затем перевёл взгляд на трон.
— Продолжаем?
Решать следовало не Зевсу и Одину. Теперь их воля принадлежала Аиду.
Тот, однако, всё ещё сохранял уверенный вид.
— Рано праздновать.
Иэн понял причину почти сразу.
Сбоку раздался треск.
Обсидиановые цепи, удерживавшие Тифона, лопнули одна за другой.
Чудовище взревело и понеслось вперёд.
Вот это уже было странно даже по местным меркам.
Один хотя бы мог погибнуть в поединке с Тором. Но почему Тифон оказался здесь?
Разбираться времени не было.
Кулак чудовища обрушился на барьер маны.
Пол под ногами дрогнул.
Иэн едва заметно поднял брови.
Силы у Тифона всё ещё было до хрена. Не зря когда-то эта тварь едва не довела весь Супериор до катастрофы. Даже смерть и подчинение Аиду сделали его лишь немного слабее прежнего.
Теперь становилось ясно, откуда у хозяина Царства мёртвых взялась такая смелость.
Зевс, Один и Тифон.
Три чудовища в одной упряжке — это уже не пустое бахвальство. С таким набором Аид действительно мог считать Царство мёртвых самостоятельной великой силой.
Просто противник попался не тот.
Тифон продолжал молотить по щиту без всякой техники, полагаясь на массу и ярость. Иэн принял несколько ударов, потом увидел просвет.
Рука скользнула вперёд и сомкнулась на одном из рогов.
В следующую секунду огромная голова Тифона с грохотом впечаталась в каменный пол дворца.
Аид когда-то явно не жалел сил на отделку своего зала. Теперь по плите поползли трещины.
— Он тоже стал слабее, — заметил Иэн.
Одного такого удара, конечно, было недостаточно, чтобы вырубить Тифона. Однако подняться он почему-то не мог.
Причина была унизительно простой.
Иэн прижал чудовище одной рукой.
Всего одной.
Тифон рвался, напрягал спину, пытался повернуть голову, но тело не поднималось ни на палец.
Вот какой силой вернулся Иэн Пейдж из Мира демонов.
Он посмотрел на Аида поверх распластанного Тифона.
— Ну что? Ещё попробуем? Или проявим ваш любимый дух партнёрства и закончим на этом?
Ответа не последовало.
Зевс, Один и Тифон — новая троица, на которой держалась уверенность Аида в мощи его армии, — проиграли до неприличия быстро.
Владыка Царства мёртвых сидел с приоткрытым ртом.
Рядом точно так же застыл Загрей.
Загружаем комментарии…