Выживая в игре за варвараГлава 16. Возвращение (часть 3)

Глава 16. Возвращение (часть 3)

2 097 слов · 12 мин чтения · глава 16 из 944

Сперва перед глазами вспыхнул сплошной белый свет. Потом сияние стало тусклее, проступили очертания мира, и зрение окончательно вернулось.

Я так и застыл, задрав голову к небу.

Чёрт, как же давно я не видел такого яркого света.

Хотя небо, если уж на то пошло, было пасмурным и серым.

— Дерик, ты в гостиницу?

— После целого месяца? Ещё чего. Помоюсь — и сразу в кабак.

— Верну-у-улись!!!

— Исследователи седьмого ранга и ниже, подходите сюда!

Шум стоял такой, что слово «гвалт» казалось слишком мягким.

Впрочем, чему удивляться: все, кто вошёл в Лабиринт, теперь разом оказались здесь. И всё-таки я никак не ожидал, что исследователей в городе настолько до хрена.

Будто вся городская фан-зона собралась в одном месте.

Щёлк, щёлк.

Я перевёл часы на двенадцать.

Для города, пока мы находились в Лабиринте, прошли всего сутки. Неважно, сколько дней ты проторчал внутри: наружу всё равно выходишь ровно в полдень следующего дня.

«Когда я играл, думал, что разработчики просто придумали удобное правило для игроков».

Так ведь и было: вернулся из Лабиринта — и можешь продолжать городские задания, словно никуда не пропадал. Обычная игровая условность. По крайней мере, раньше я был в этом уверен.

— Бьорн, сын Янделя!

Голос знакомый. Только чей?..

Я обернулся и увидел варвара примерно своего роста. Этого я помнил хорошо: всё-таки мой первый предводитель.

— Карак, второй сын Пинуна.

— Третий сын Пануна.

А?.. Тогда Айнар — вторая?

Ладно, неважно. В такой толчее у варваров было одно неоспоримое преимущество: друг друга мы замечали издалека.

— Серум, четвёртый сын Кеника! И ты вернулся живым!

— Рад видеть, что и ты цел, Карак, третий сын Пануна!

Я вообще-то просто стоял на месте, но вокруг уже начали собираться соплеменники.

— Ха-ха-ха-ха! Да эти клинковые волки — дерьмо собачье! Ни один не выдержал второго удара моего топора!

— С твоим-то доблестным топором иначе и быть не могло, Парман, сын Неруна!

Что это, мать его, встреча выпускников?

Через минуту у меня уже голова шла кругом. Они без передышки выкрикивали эти бесконечные имена, приветствовали друг друга и наперебой расхваливали чужие подвиги.

Удивительный всё-таки народ.

По уму вроде дуб дубом, а полные имена со всей этой родословной помнят без запинки. Как, блядь?

— Бьорн! Чего стоишь? Мы идём менять магические камни на стоуны. Пойдёшь с нами?

Я прочистил горло и постарался рявкнуть как можно мощнее:

— Да! Пойду!

— Ты, похоже, сильно устал!! Голос слабый!!

— Верно!

До сих пор я считал, что довольно убедительно изображаю варвара.

Сейчас уверенность пошатнулась.

Нет, с настоящими варварами мне ещё учиться и учиться.

— Вот оно!

— Место, где воин доказывает свою доблесть!

Я двинулся вместе со всей оравой и заодно прошёл обязательную для исследователя процедуру. Ничего сложного: на пропускном пункте магические камни обменивали на деньги.

— Двадцать четыре тысячи четыреста семьдесят шесть стоунов.

— Двадцать восемь тысяч четыреста двадцать стоунов.

— Сорок одна тысяча четыреста девяносто восемь стоунов.

Напоминало кассу в супермаркете. Особенно скоростью работы.

Чиновники за столами действовали без единого лишнего движения. Мешок — на устройство, взгляд на появившуюся цифру, нужная сумма — в руки владельцу. Почти касса со сканером штрихкодов.

Я с любопытством наблюдал за процессом, а окружающие дикари тем временем снова начали орать так, словно понятия не имели о стыде.

— О-о-о! Больше сорока тысяч стоунов! Вот это добыча!

— Карак, третий сын Пануна, — воин среди воинов!

М-да.

Несколько дней рядом с фейри — и всё, отвык.

Кстати, где Эрвен? Мне бы её найти, а вместо неё ко мне почему-то липнут одни эти громилы. Я же, мать его, даже пальцем не шевельнул.

— Бьорн, сын Янделя! Твоя очередь!

Пока я вздыхал, очередь и правда дошла до меня.

Я подошёл к столу и положил три мешка перед чиновником с совершенно мёртвым лицом.

— Во всех трёх магические камни?

Два мешка принадлежали Дылде и Самураю.

Теперь уже не принадлежали.

Минут сорок назад они окончательно стали моими.

— Да.

Чиновник водрузил мешки на устройство, похожее на весы, и без колебаний назвал сумму:

— Сто восемьдесят две тысячи четыреста тринадцать стоунов.

Кусок хлеба стоил около двадцати. Выходит, за семь дней я заработал больше девяти тысяч кусков хлеба?

А ведь совсем недавно мне было тоскливо от мысли, что один убитый гоблин — это всего одна корка.

Чёрт... аж в груди защемило.

— Сто восемьдесят тысяч! Бьорн, сын Янделя, заработал сто восемьдесят тысяч стоунов!

— Это новый рекорд! Бьорн, сын Янделя, — величайший воин всех времён!

Ну конечно. Эти ублюдки даже расчувствоваться спокойно не дадут.

Я поскорее забрал деньги и вышел за пределы пункта. Только там остальные варвары наконец разглядели, в каком виде я вернулся, и началось новое представление.

— Не только стоуны! У него ещё и молот!

— И обувь! На нём обувь! Завидую!

— Три сумки!

— Он смотрит на часы! Неужели умеет узнавать по ним время?!

— Как такое возможно? Бьорн, сын Янделя, — маг?!

Вообще-то их можно понять.

Для них это и вправду почти колдовство. В Лабиринт я ушёл голым дикарём, а вернулся человеком цивилизованным. Возможно, первым варваром в истории, которому удалось провернуть подобную эволюцию.

Блядь, нельзя меня так хвалить. Тело уже само начинает заводиться.

Спокойно, Бьорн. Не ведись.

Я...

— Я величайший воин!!!

— У-у-у-у-у-у!!!

Стоило мне заорать, как толпу прорвало. Варвары взревели и тут же подхватили меня на руки, принявшись подбрасывать вверх.

И самое странное — мне понравилось.

Да и хуй с ним. Будь что будет.

— Здесь нельзя так шуметь.

— ПРОСТИТЕ! МЫ ИЗВИНЯЕМСЯ!

— Я как раз о громкости...

— ПОНЯЛИ!!

Только после замечания сотрудника все немного угомонились. Я тоже пришёл в себя, уселся на пол вместе с остальными и стал ждать, пока закончат проверять последних варваров.

И тогда почувствовал чужой взгляд.

Я повернул голову.

Среди плотно стоявших исследователей на меня смотрела фейри.

Эрвен.

Давно она здесь? Только бы появилась уже после того, как меня перестали подбрасывать...

Наши глаза встретились, и она улыбнулась — явно обрадовалась. Почти сразу её отвлекли стоявшие рядом красивые фейри, мужчины и женщины, и Эрвен пришлось отвернуться.

Я невольно прислушался.

Разговор звучал непривычно. Они тихо, радостно щебетали, называли друг друга старшими сёстрами и братьями — всё это казалось каким-то нереальным.

— Сестрёнка! Кажется, я наконец поняла, как обращаться с духами. Теперь ясно, почему бабушка Гриндерин всё время твердила: сперва подружись с ними.

— Правда? Огненные духи вспыльчивы, но если ты уже начала их понимать, скоро и голос услышишь.

Ага. Вот, значит, где твои.

А у меня вокруг — одни ебаные варвары.

Завидно...

Я продолжал смотреть на Эрвен с тем тупым чувством, которое бывает, когда любуешься недоступной тебе нормальной жизнью. В какой-то момент она снова поймала мой взгляд.

Я воспользовался шансом и беззвучно произнёс одними губами:

«Сегодня ночью».

Эрвен чуть наклонила голову, потом тихо прыснула и так же ответила:

«Да!»

По крайней мере, сама эта тайная переписка её явно забавляла.

Другое дело — поняла ли она, что именно я сказал. И точно ли ответила «да»?

Ладно. Выйдем отсюда — поговорим нормально.

Я только успел так решить, как стоявшая рядом фейри спросила:

— Куда ты всё смотришь? Там знакомый?

— Н-нет! Сестрёнка, конечно нет!

Эрвен замахала руками с таким усердием, будто отбивалась от обвинения в государственной измене. Потом, выбрав момент, покосилась на меня и одними губами сказала:

«Простите!»

На этот раз я понял точно.

Следом она украдкой показала на сестру и несколько раз быстро мотнула головой.

Мол, ничего не могу поделать, она рядом.

Ситуация, в общем, у нас одинаковая.

— Бьорн, сын Янделя! Чего уставился туда? Знакомая фейри?

— Нет!

— Я так и думал! Величайший воин вроде тебя не станет водиться с этими подлыми остроухими!

Как же мне хотелось заткнуть этому долбоёбу пасть.

Но поздно: голос у него такой, что услышала половина площади. Несколько фейри тут же смерили нас ледяными взглядами.

В том числе Эрвен.

Она посмотрела на меня с горьким пониманием и нехотя кивнула, словно говорила: «Да, всё ясно».

— Эх...

От этого жалкого взгляда меня вдруг пронзило ощущение полной нелепости происходящего.

Что мы вообще творим?

Ромео с Джульеттой, блядь, нашлись.

— Идём!

Наконец проверка закончилась, и варвары потянулись к выходу. Разговаривать с Эрвен, пока она окружена своими, всё равно было невозможно, поэтому я ушёл вместе с ними.

А впереди ждала ещё одна толпа.

— Папа! Ты не ранен? Я так скучала!

— Брат! Сюда, я здесь!

Точно. В игре тоже было нечто подобное.

Здесь собрались семьи и знакомые исследователей.

— Вперёд! Я проложу путь!

— У-о-о-о-о!

Мы врезались в людское море. Вокруг вперемешку бушевали радость, облегчение, отчаяние, любовь, горе. Я шёл вслед за варварами и невольно всматривался в лица.

Ощущение было странное.

— Лимарион! А мой муж? Где мой муж? Только не говорите...

— Простите. Он просил передать вам это.

— Нет... нет. Не надо. Нет... а-а-а!

В игру «Подземелье и камень» я играл бессчётное количество раз.

Но двумерные пиксельные лица по ту сторону монитора никогда не показывали того, что сейчас было передо мной.

Я держался рядом с варварами только по одной причине: после обменного пункта ожидал ещё каких-нибудь процедур для новичков.

Просчитался.

— Выпьем! Пора пить!

— У-о-о-о-о-о!

Первым делом после Лабиринта эти придурки направились в кабак.

Вы издеваетесь?

— Я не пойду.

— Почему, величайший воин Бьорн, сын Янделя?!

Имя и без того длинное, а теперь ещё и титул прицепили.

Я мысленно сосчитал до десяти, объяснил, что у меня есть дела, и вырвался из компании.

— Пусть удача сопутствует тебе, величайший воин Бьорн, сын Янделя!

Каждый раз убеждаюсь: пытаться предсказать этих типов, опираясь на здравый смысл, бесполезно.

— Фух... наконец тихо.

Побудешь с ними полчаса — и уже хочется сбежать от собственного мозга. Интересно, Эрвен рядом со мной чувствовала то же самое?

Пожалуй, в следующий раз стоит поменьше усердствовать с образом варвара.

Топ, топ.

Расставшись с ними, я без цели пошёл по городу. Вообще-то место назначения у меня было, но прямо сейчас хотелось просто идти туда, куда ведут ноги.

Спокойно.

Когда я впервые увидел этот город, была глубокая ночь. Теперь улицы заливал дневной свет, вокруг шли люди — и неожиданно именно это меня успокаивало.

Здесь нет монстров.

Никто не пытается меня убить.

Можно, наверное, свалиться спать прямо на мостовую и утром проснуться целым. А то и найдётся человек, который протянет руку и поможет.

Здесь существуют законы, правила и роскошь не жить каждую секунду на пределе.

Конечно, это другой мир. И я прекрасно понимал, что за знакомым фасадом нравы, культура, общественные порядки — почти всё — наверняка куда грубее и жёстче, чем в двадцать первом веке.

И всё же здесь мирно.

По крайней мере после семи дней в Лабиринте.

Мне хотелось ещё немного побыть внутри этого ощущения, поэтому я шёл дальше и дальше.

Из портала только что хлынула толпа исследователей, так что мой залитый кровью вид никого не удивлял. Никто даже не оборачивался.

Но вскоре мне самому стало противно от собственной грязи.

Я зашёл в первую попавшуюся гостиницу, снял комнату и отправился мыться.

Картина оказалась занятная: с меня смывалось больше крови, чем грязи.

Целый час я отмывал себя до последнего пятна. Потом вышел и только теперь понял, насколько мерзкая на мне одежда.

Чёрт. Надо было сначала купить новую, а уже потом лезть в воду.

Спать хотелось страшно, но пришлось снова идти на улицу и искать лавку с одеждой.

И вот тут случилась странная вещь.

Окружающим по-прежнему было плевать, как я выгляжу, а мне почему-то стало стыдно. Торс голый, штаны в земле и засохшей крови — всё как раньше, разве что кожа теперь чистая.

Но ощущение такое, будто я снова превратился в дикаря.

С чего бы?

— Добро пожаловать!

Стоило мне войти в лавку, как ко мне тут же подошёл приветливый продавец. Даже перед варваром нищего вида он улыбался совершенно профессионально.

Даже дома такой сервис был редкостью.

— Верхняя одежда? Если хотите пошив на заказ, это в соседнем здании... А, вам нужно что-нибудь прямо сейчас? Не обещаю, что найдётся ваш размер, но посмотрим.

С его помощью я отыскал рубаху, которая обтягивала меня так, будто вот-вот лопнет, и простые чёрные штаны.

За всё — две тысячи пятьсот стоунов.

Ободрали меня или нет, понятия не имею. В игре я никогда не покупал одежду без характеристик.

— Приходите ещё!

Теперь хотя бы внешне я стал похож на человека и вернулся в гостиницу.

Странный всё-таки город, эта Рафдония. Такое ощущение появилось ещё у обменного пункта и только усилилось после разговора с продавцом: при всей каменной архитектуре здесь чувствовалось что-то почти современное.

Большинство домов многоэтажные. На главных улицах вообще трудно найти здание ниже трёх этажей. А когда я мылся, вода текла прямо из крана.

Возможно, жить здесь окажется не так уж тяжело.

Я добрался до комнаты и рухнул на кровать.

Семь дней в Лабиринте один за другим всплыли в памяти, и тогда я понял: от дядьки Ханса я отличаюсь не так уж сильно.

Когда меня только забросило в этот мир, у меня была одна цель — выжить.

А теперь?

Слова, которые всё это время приходилось глотать, наконец вырвались сами:

— Я хочу домой.

Хочу вернуться.

Даже если там меня никто не ждёт.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите «Опечатка?» или Ctrl+Enter.

Оглавление · Выживая в игре за варвара · Правообладателям

Комментарии

Загружаем комментарии…