Красноватая эссенция всплыла над местом, где исчез ифрит.
У исследователей напротив мгновенно изменились лица. Ещё секунду назад они мечтали поскорее вернуться и отдохнуть, а теперь смотрели остро и цепко.
Наверное, у нас были точно такие же взгляды.
— ...
Повисла тяжёлая тишина.
Впрочем, ненадолго. Люди, живущие за счёт Лабиринта, такие вещи просчитывают быстро.
Первым заговорил воин с молотом.
— Значит, эссенция выпала из монстра, которого убили мы?
— Господин Нелбо, может...
— Господин маг, не вмешивайтесь. Я сам разберусь.
Ага.
Значит, вот этот хрен у них главный.
И свою позицию он уже выбрал: эссенция принадлежит им.
Я невольно усмехнулся.
Другого от людей, которые не смогли потерпеть несколько минут и без спроса влезли в чужой бой, ждать было глупо.
— Приготовиться к бою.
Формально приказ предназначался моей команде. На деле — тем пятерым.
Хотите нести откровенную хуйню? Тогда будьте готовы заплатить кровью.
— Господин Яндель...
В голосе Рейвен прозвучала тревога.
У их мага, который только что пытался образумить Нелбо, выражение было примерно таким же.
Похоже, маги в целом не любят, когда спор сразу сводят к драке. Может, потому что большинство из них росли в семьях, где не приходилось ежедневно выгрызать себе место?
— Не паникуй. Просто появилось ещё пять человекоподобных монстров.
Одной фразой я поставил точку в обсуждении.
Воин с молотом наконец понял, кто у нас принимает решения. Он уставился прямо на меня и вдруг нахмурился.
— Ты... тот самый?
— Мы знакомы?
Вместо ответа он поднял забрало.
Ничего.
Я понятия не имел, кто это.
Странно. Такие густые брови забыть было бы трудно.
— ...?
Я смотрел на него без всякого узнавания, и мужик раздражённо снял шлем целиком.
БЛЕСК!
Под зависшим в воздухе световым шаром ослепительно сверкнула гладкая белая макушка.
И тут память наконец сработала.
— ...Лысый!
Точно.
Я встретил его тогда, когда ходил договариваться с районным начальником. Этот придурок ещё хотел сдать меня ради очков заслуг.
Кто бы подумал, что он всё это время маскировал главный опознавательный знак шлемом.
— Пф-ф!
Почему-то вся его команда одновременно прыснула со смеху.
Лысина мгновенно налилась красным.
— ...Умереть захотел, варвар?
Он снова натянул шлем.
— Следи за языком. Здесь нет районного начальника, который тебя прикроет.
Что он вообще несёт?
Знал бы, в каких мы с тем мудаком отношениях, никогда бы такого не сказал.
Да и плевать.
— Лучше сам свали, пока можешь. А то лишишься не только волос, но и головы.
— Значит, всё-таки хочешь проверить силой?
Я шагнул к нему.
Лысый сделал то же самое.
Между нами оставалась плавающая в воздухе эссенция. Расстояние сокращалось, и вместе с ним густела тишина. Даже жар Ущелья Адского Пламени вдруг перестал ощущаться.
Скрип...
Их лучник натянул тетиву.
Щёлк.
Позади меня Абман взвёл арбалет.
Стало так тихо, что слышно было чужое дыхание.
— ...
Ещё немного — и натянутая струна лопнет.
А дальше уже польётся кровь.
Это понимали оба: и я, и лысый.
Но отступать никто не спешил.
— Лысый. Уйдёшь сейчас — отдам магический камень.
— Варвары и считать не умеют. Монстра убили мы. Значит, и камень, и эссенция наши.
Упрямый ублюдок.
И ведь обе стороны прекрасно понимали цену такой драки.
Команда, способная добраться до пятого этажа, уже входит примерно в верхние тридцать процентов исследователей. Даже редкая эссенция не стоит смерти одного из бойцов.
И всё равно оружие сжимали крепче, а не опускали.
По спине потёк холодный пот.
«Жадный сукин сын».
По принятому порядку добыча принадлежала нам. Он это тоже знал.
Скорее всего, изначально лысый и не собирался ничего отнимать. Один магический камень он бы спокойно оставил. В чужую охоту они влезли лишь потому, что устали и хотели быстрее пройти дальше.
Проблема появилась, когда выпала эссенция.
«Неужели и правда придётся драться?»
Пора было перестать надеяться, что всё как-нибудь рассосётся, и принять худший вариант.
Мы застряли в обычной игре на нервах: кто сдаст назад первым, тот проиграл. А если победить захотят все, в выигрыше не останется никого.
— Лысый. Последнее предупреждение.
Я не любитель долго чесать языком перед боем, но сейчас сделал ещё одну попытку.
Он криво усмехнулся.
— Ой, страшно-то как. Сейчас обоссусь.
Ясно.
Отказ.
Что ж, если так хочется — увидит, чем это заканчивается.
В этом мире исследователей без готовности идти до конца просто сожрут.
«Тогда сперва поглощу эссенцию сам».
Изначально я хотел запечатать эссенцию ифрита в пробирке и продать в городе. Ни мне, ни Мише, ни Айнар она особенно хорошо не подходила.
Но сейчас расклад другой.
Я неторопливо двинулся вперёд.
Любая эссенция всё равно усиливает того, кто её поглотил. Лучше уж я использую её временно, чем отдам этому ублюдку.
Удалять поглощённые эссенции на моём уровне пока не слишком дорого. Можно выжать из неё всё полезное, а потом заменить.
«А после поглощения будем давить их к обрыву. Снаряжение с тел не соберём, зато сейчас важнее победить».
План сложился.
Оставалось только начать.
Я как раз переносил вес на переднюю ногу, подбирая момент, когда одновременно раздались два голоса.
— Хватит!
— Господин Яндель, вы тоже опустите оружие.
Оба мага наконец вмешались всерьёз.
— Господин маг? Я же попросил не лезть.
— Господин Нелбо, перестаньте так разговаривать. Вы не выглядите от этого внушительнее.
— ...
— Ответьте.
— ...
— Если будете продолжать в том же духе, в следующий раз я просто не пойду с вами в Лабиринт.
— ...Больше не буду.
Лысый сдулся мгновенно.
Его маг выглядел совсем молодым, почти мальчишкой, но одного замечания хватило, чтобы суровый лидер команды поджал хвост.
Теперь понятно, почему до этого он молча терпел весь спектакль.
Просто позволял Нелбо играть грозного вожака.
Я даже не стал скрывать отвращение.
«Мало того что лысый, так ещё и дешёвый понторез».
Разговаривать с ним расхотелось окончательно.
Когда Нелбо опустил оружие и отошёл, напряжение сразу спало.
Молодой маг посмотрел на Рейвен.
— Этот знак на мантии... школа «Альтемион», верно?
— Да. А вы, судя по всему, из школы «Вартон»?
— Ха-ха. Именно.
Про «Вартон» слышал даже я.
Школа довольно крупная, но запоминалась не только этим. Её маги почти помешаны на водной стихии и вкладываются в неё в ущерб всему остальному.
— Эфрейн Белло.
— Аруа Рейвен.
Маги обменялись именами.
В отличие от нас, хватавшихся за оружие без лишних церемоний, эти двое сперва прошлись по обязательным светским формальностям.
— Мастер «Альтемиона» здоров? Видел его на научном собрании около года назад...
— Учитель как обычно. А мастер «Вартона»? Всё ещё занимается тем исследованием?
— Разумеется. Это наша давняя мечта.
Слушать их было всё равно что случайно оказаться в гостиной у знати.
Смысл, впрочем, понятен: магический мир тесен, через одного-двух знакомых все связаны. Никому не хочется превращать из-за одной эссенции обычный спор в многолетнюю вражду.
Наконец Рейвен перешла к делу.
— И что будем делать? Вы же понимаете, что требовать эссенцию из монстра, которого мы уже убивали, — откровенная натяжка.
— Не сказал бы, что совсем безосновательная. Обычай — не закон. Мы всё-таки участвовали в убийстве, поэтому Комиссия вполне может счесть это частным спором между исследователями.
Вот она, разница.
Мы уже готовы были перегрызть друг другу глотки, а маги методично тащили конфликт обратно в область аргументов.
— Да, обычай не закон. Только нарушителей всё равно запоминают. И вы всерьёз хотите тащить дело в Комиссию из-за одной эссенции? Мне кажется, разумнее будет отступить вам.
— Это...
Маг замялся.
Похоже, наша сторона только что выиграла спор.
— Да. Согласен. Мы откажемся. Если честно, мне и с самого начала вся эта затея не нравилась.
Надо же.
Оказывается, проблемы иногда и правда решаются словами.
«Может, мне всё-таки на роду написано быть варваром?»
Я опустил булаву.
Сегодня она не понадобилась. Ничего, ещё найдётся случай.
Лабиринт щедр на такие возможности.
— Г-господин Белло?
— Вы и дальше будете цепляться за чужое?
— Но у исследователей свои порядки. Тут иногда надо действовать по-другому...
Нелбо явно надеялся, что маг передумает, но авторитет Белло оказался непоколебим.
— Тогда я ошибался в вас. Это уже не защита наших прав, а обычная жадность.
— ...
— Я достаточно уважал вас как лидера. Но если мы начнём вести себя так, чем будем отличаться от грабителей?
Возразить было нечего.
Лысый только мялся и сопел.
Странно, но удовлетворения я не почувствовал.
Если честно, мне уже стало интересно, как эта блестящая башка хрустнула бы под булавой.
— Господин Яндель, что решаем с эссенцией? — спросила Рейвен.
Пока Нелбо получал выговор, мы вернулись к добыче.
— Кхм!
Айнар уставилась на меня с таким видом, будто одного кашля достаточно, чтобы изменить решение.
Не помогло.
— Запечатаем в пробирке и продадим в городе.
— Хорошо. Самый чистый вариант.
Для Айнар я найду эссенцию получше.
«Да и денег сейчас всё равно нет, чтобы оплачивать ей поглощение».
Обычно тот, кто забирает командную эссенцию себе, выплачивает товарищам примерно половину её рыночной цены. Мою или Мишину долю можно было бы записать Айнар в долг.
Но с какой стати на такое согласятся Абман и Рейвен — большой вопрос.
Миша похлопала Айнар по плечу.
— Не расстраивайся. Продадим её — хватит на десятки тысяч порций сахарной ваты. Представляешь?
— Д-десятки тысяч?!
От масштаба цифры Айнар буквально качнуло.
Через секунду она уже выглядела куда бодрее.
Видимо, такой обмен показался ей приемлемым.
«Правда, сперва ты всё равно вернёшь мне долг».
Решив вопрос, Рейвен запечатала эссенцию ифрита в пробирке. Мы отошли в сторону и освободили проход.
Казалось бы, на этом всё.
Но Нелбо, проходя мимо, остановился прямо передо мной.
— Как тебя зовут?
Чего ему ещё?
Решил предупредить, чтобы по тёмным улицам не ходил?
Я молча посмотрел сверху вниз. Лысый тут же замахал рукой, словно просил не понимать превратно.
— Да нет... Просто раз уж дважды пересеклись, можно хотя бы имена знать.
Тоже мне, судьбоносная встреча.
Но имя я всё-таки назвал.
— Бьорн, сын Янделя.
— Бьорн, сын Янделя?.. — повторил он и нахмурился, будто где-то уже слышал.
Потом представился сам.
— Мелтасон Нелбо.
Фух.
Значит, не Ханс Нелбо.
Почему-то сразу стало спокойнее.
— Всё, иди.
Пожимать друг другу руки после такого было бы совсем нелепо.
Нелбо криво усмехнулся и двинулся дальше. За ним по очереди прошли остальные: щитовик, мечник, маг, лучник.
— ...
Последний, поравнявшись со мной, вдруг замедлил шаг.
Причина простая.
Я смотрел на него так, будто хотел прожечь дыру во лбу.
«Я с ног валюсь. Может, просто добьём и пойдём?»
Не ляпни этот мудак ту фразу, никакого срача вообще бы не случилось.
В каком-то смысле он бесил меня даже сильнее лысого.
— Ханс! Ты там чего застрял? Давай сюда!
Лучник поспешно отвёл глаза и мелкой рысью догнал своих.
А я так и остался стоять.
— ...
Ханс.
Там был Ханс.
Наступил двадцать первый день.
На пятом этаже мы находились уже четверо суток.
Всё это время команда спускалась всё ниже, не останавливая охоту. Айнар успела подняться до четвёртого уровня.
«Погоди... то есть ей хватило трёх походов в Лабиринт, чтобы взять четвёртый?»
Темп даже быстрее моего.
Вот бы и меня кто-нибудь так покатал на чужом горбу.
Несколько раз монстры ставили нас в неприятное положение, но в целом продвижение шло спокойно.
И всё же после встречи с Хансом я постоянно ждал какой-нибудь новой дряни.
Пока ничего не случилось.
«Может, эссенцией всё и ограничилось...»
Надежда, конечно, наивная.
Но если разобрать ситуацию по пунктам, не совсем безосновательная.
Мы ведь едва не устроили бой пять на пять, после которого кому-то наверняка пришлось бы начинать жизнь заново.
Вполне возможно, пресловутый эффект Ханса уже отработал на выпадении эссенции и последующем конфликте...
Стоп.
Какую хуйню я вообще думаю?
«Проклятые Хансы».
Я никогда не верил в дурные приметы.
До тех пор, пока не начал встречать людей с этим именем.
— Господин Яндель, может, уже хватит?
Мы ненадолго остановились, чтобы я обновил карту. Рейвен смотрела на мой блокнот с плохо скрываемым сомнением.
— Что именно хватит?
— Я вижу, что вы стараетесь. Но, если честно... по этой карте мы всё равно назад не вернёмся.
Настоящий маг: важен результат, а не героические усилия.
— ...
Возразить было нечего.
Я и сам не был уверен, что по собственным каракулям сумею найти дорогу к стартовой зоне.
Великие Гиблые Земли оказались слишком запутанными.
Здесь мало обычных развилок. Иногда тропа просто обрывается, и дальше приходится перебираться по верёвке через пропасть. Попробуй потом восстанови такой маршрут по нескольким линиям в блокноте.
И всё же бросать я не собирался.
— Буду делать дальше. С практикой станет лучше. В следующий раз нарисую точнее.
Проводник команды «Эппл Нарак» — я.
Хотел жить простым варваром и махать оружием, но реальность безжалостно толкнула меня ещё и в эту профессию.
Значит, придётся учиться.
Ротмиллер тоже наверняка не родился с идеальной картой в голове.
— Тогда спорить не стану... Но вам правда не тяжело?
— Скорее муторно. Хотя в этом есть и кое-что интересное.
Я не отговаривался.
Навык полезный, почти ещё одна характеристика. А когда замечаешь собственный рост, заниматься уже не так скучно.
Да и предусмотрительность никому не вредила.
Если нас когда-нибудь снова занесёт в передрягу вроде той, что была в Ведьмином Лесу, способность ориентироваться может спасти жизнь.
«И главное — когда проводник я, никого не удивит, что команда идёт именно туда, куда нужно мне».
— Значит, сегодня опять просто спускаемся? — спросила Рейвен.
— А какие у нас варианты?
Орочьи Поселения, Ведьмин Лес, Холм Стальной Скалы...
Третий этаж состоит из отдельных именованных областей, и на пятом устроено похожим образом.
Среди узких переплетённых троп время от времени встречаются широкие круглые площадки, похожие на стартовую зону. В некоторые области попадают через пещеры в отвесных стенах.
Мы уже нашли три таких места.
И все три были заняты.
«Кланы здесь контролируют охотничьи угодья куда жёстче, чем в игре».
Для команды, которая только добралась до пятого этажа, это было особенно мерзко.
Мы отставали в развитии не потому, что не могли убивать местных монстров. Нам мешали другие люди.
«Сраная игра с реалистичной экономикой».
Если нужен монстр, который появляется только в определённой области, сперва плати клану, занявшему место.
Причём даже деньги дают право лишь на разовую охоту ради опыта.
В игре такое почти не ощущалось.
Пожалуй, настоящий человеческий аппетит к монополии разработчики всё-таки недооценили.
Здесь лестницу наверх не просто убирали — её ещё и ломали у тебя на глазах.
Ну и пусть.
Думают, этим меня остановят?
Десять лет я ковырял одну и ту же игру, собирал лазейки, скрытые механики и всякую неочевидную хрень. А на пятом этаже когда-то застрял больше чем на год, поэтому успел изучить его почти до последнего закоулка.
«Мы уже достаточно спустились. Скоро должно попасться нужное место».
Способов стать сильнее у меня ещё полно.
Загружаем комментарии…