В тот день вождь сказал мне:
«Хочешь занять моё место — стань сильнее, воин. Докажи, что достоин. Я буду за тобой смотреть».
Стоило доказать, что я достоин, — и место вождя станет моим.
Как именно это доказывают, я спрашивать не стал.
Для варвара ответ мог быть только один.
— Погоди. Перенесёмся наружу!
— ...И всё-таки ты мудрый воин.
Благодаря моей редкой предусмотрительности бой, едва не начавшийся прямо в доме, перенесли на открытую площадку.
А потом...
— БЕХЕЛ-ЛА-А-А-А-А-А!!!
— БЕХЕЛ-ЛА-А-А-А-А-А!!!
Мы заорали одновременно, и схватка началась.
БА-А-А-АМ!
Вождь без всякой жалости размахивал топором, которым когда-то снёс голову Орму, сыну Кадуа. Я тоже не скупился на освоенные навыки и отвечал всем, что было в арсенале.
Но если сразу перейти к итогу...
— Я победил.
Примерно через час я проиграл.
Причина была банальной: не хватило характеристик.
Вождь сражается примерно в том же стиле, что и я. Будь наши роли совсем разными, по ходу боя постоянно возникали бы непредсказуемые ситуации и я мог бы вытащить за счёт одной из них. Но когда тебя просто передавливают силой, чуду взяться неоткуда.
«Нет. Пока рано».
Поражение я принял спокойно.
Конечно, в настоящем бою всё могло закончиться иначе.
На тренировке не плеснёшь противнику в глаза [Кислотной Жидкостью], не начнёшь молоть чушь, чтобы отвлечь, а потом ударить исподтишка. Даже когда в борьбе на земле мне зажали руки и ноги, я не стал вгрызаться зубами ему в горло.
Короче, дрался без своих главных козырей.
Оставался вопрос: засчитали ли мне «доказательство»?
— Тебе всё ещё не хватает силы, — сказал вождь.
И следом добавил:
— Хочешь моё место — стань сильнее.
Чёрт. Я-то думал, планка где-то на уровне шестого этажа.
Разве я уже не примерно там?
Или, чего доброго, он отдаст место вождя только тому, кто сумеет победить его самого...
— Стань таким сильным, чтобы старик вроде меня уже не был тебе соперником.
Ну конечно.
Как чувствовал.
Мне предлагают одолеть исследователя восьмого этажа...
«Значит, потребуется больше времени».
Торопиться я перестал.
В этом тоже есть плюс варварских обычаев. Не прошёл испытание на наследование — ничего не потерял.
Да что там, скорее получил целую кучу полезного.
Тело, правда, раздолбали так, что сразу после боя пришлось выпить несколько зелий, но...
«Всё равно я здорово сократил разрыв».
Раньше одного удара хватило, чтобы вырубить меня.
Теперь мы бились почти час.
И ещё...
«Шесть эссенций я опознал наверняка».
Я увидел в деле сразу несколько эссенций вождя. Заодно успел запомнить часть его привычек в бою.
В следующий раз будет заметно проще.
Кроме того...
«Варвары всё-таки чёртовски хорошо дерутся».
Чтобы всё это по-настоящему перенять, придётся сходиться с ним ещё не раз. Но уже сейчас, сражаясь с человеком, который когда-то как воин добрался до восьмого этажа, я поневоле перенимал его боевое чутьё.
А главное...
— Он целый час продержался против вождя!
— Смотрите! Даже наш жадный вождь пьёт зелье!
— Снаружи цел, а внутри, значит, тоже досталось. Воистину Бьорн, сын Янделя, великий воин!...
Когда всё закончилось, набившиеся посмотреть сородичи явно не считали мой проигрыш чем-то позорным.
Ну да.
Я ведь всего первый год хожу в Лабиринт.
— Я был уверен, что понадобится ещё не меньше пяти лет.
— Пожалуй, вождь у нас сменится намного раньше.
Даже старейшины довольно кивали.
Получалось, я проиграл, но приобрёл многое.
Вождь же не получил почти ничего.
«А значит... технически можно сказать, что победил всё-таки я?»
После такого удобного самоутешения ко мне сразу вернулся задор.
Я поднялся и посмотрел на вождя. Тот явно ждал, что я скажу после долгого молчания.
— Надеюсь, ты не пал духом?
— С чего бы?
Я усмехнулся.
— Ещё раз.
Не каждый день находится противник, с которым можно драться, не переживая о последствиях.
В тот день я сошёлся с вождём ещё трижды и все три раза проиграл. Зато каждый следующий бой длился дольше предыдущего.
Тут сработало то, в чём Ли Хансу был сильнее Бьорна: я хорошо умею разбирать собственные ошибки.
За жизнь мне довелось терпеть немало поражений, и каждый раз больше всего мне был нужен ответ на один вопрос: почему я проиграл?
Разбирать причины поражений я умею.
«Опыт у него огромный. И мелких хитростей — вагон».
Нас разделяли не только характеристики.
Техника воина.
Оценка ситуации, доведённая годами до рефлекса.
Инстинкт, который позволяет замечать брешь даже в бою, настолько быстром, что на сознательную мысль уже не остаётся времени.
Всему этому мне ещё предстояло учиться.
Теперь, когда у меня появилась эссенция огра, ограничиваться ролью ходячего щита было бы просто расточительством.
Я должен научиться драться лучше.
В конечном счёте это тоже способ защитить товарищей.
«Если союзникам грозит опасность, надо просто прикончить того, кто им угрожает».
Похоже, вот в каком направлении мне теперь надо расти как танку.
— ...Вижу по лицу, что ты что-то понял.
— Да. Спасибо. Я многому научился.
— Ха-ха! Вот для этого и нужен вождь!
Да что несёт этот мужик?
С виду не скажешь, а похвалу любит.
— Можно будет прийти ещё?
— В любое время.
Солнце уже клонилось к закату.
Когда наши поединки окончательно завершились, варвары, вдоволь насмотревшиеся на зрелище, разошлись по своим делам.
— Бьорн! Домой идёшь?
— Не сразу. Хочу немного пройтись здесь неподалёку.
— Да? Можно с тобой?
Почему нет.
После тренировки мы с Айнар пошли вдвоём.
Конкретной цели у меня не было. Я просто двигался всё дальше от городской стены, в противоположную сторону.
— Давненько я сюда не заходила.
За пределами стоянки начинался густой, почти нетронутый лес.
Тот самый, где, должно быть, до сих пор носятся души бесчисленных воинов, включая старейшину, проводившего над Айнар обряд Наследования Души.
Я продолжал идти.
— Там ничего нет, кроме защитного барьера. Зачем ты туда?
— Вдруг стало интересно на него посмотреть.
Я прибавил шагу, и примерно через час мы добрались до нужного места.
Тук.
Перед нами возникла невидимая стена, словно сама заявляя: дальше путь закрыт.
За ней всё так же тянулся лес.
— Эй! Бьорн! Т-ты что делаешь?! Если защитный барьер из-за тебя повредится, нам конец!
Я постучал по преграде костяшками, и Айнар едва не подпрыгнула от ужаса, бросившись меня останавливать.
Ну да. По местным представлениям без этой штуки мы все погибнем.
«По крайней мере, так нам говорят».
Этот вопрос засел у меня в голове после поездки в Бифрон.
Мир снаружи и правда находится в том состоянии, о котором рассказывает Королевский Дом?
Я как раз думал об этом, когда за спиной послышались шаги.
— Кхе-кхе. Давно не виделись, воин.
Я обернулся.
Позади стоял пожилой варвар с повязкой на глазах.
— Шаман!!
— И тебя давно не видел, Айнар, вторая дочь Пнеллин.
Каждый раз поражаюсь.
Как он вообще так уверенно ходит, если ничего не видит?
— А ты зачем забрался так далеко? Сюда почти никто из воинов не приходит.
— Просто стало скучно. Решил прогуляться. А ты что здесь делаешь?
— Кхе-кхе. Чем ещё шаману заниматься в лесу?
Он показал ладони, густо испачканные белым порошком.
Приглядевшись, я понял: костная мука.
И кости были человеческими, не звериными.
— Значит, похороны.
Когда оставленное в лесу тело превращается в голый скелет, шаман дробит кости в порошок и развеивает его по всему огромному лесу. Это последняя часть погребального обряда.
— С-сегодня разве очередь не Кидубы, третьего сына Тохара?
— Ему ещё далеко до возвращения в лес.
Иными словами, старейшина, который был наставником Айнар, ещё не успел превратиться в скелет.
— ...Понятно.
— Я уже собираюсь назад. Пойдёте со мной?
Я ответил, что задержусь ещё немного.
— Как хотите.
Шаман без колебаний повернулся к нам спиной.
А потом бросил через плечо:
— Всему приходит свой черёд.
— ...
— Воин, тебе ещё рано интересоваться тем, что лежит по ту сторону.
После этих странных слов он ушёл.
— Хе-хе. А ведь мы давненько не оставались вдвоём.
— Разве?
— Может, сразимся? Ты в последнее время всё ссылался на здоровье и почти со мной не тренировался.
А, она о поединке.
Видимо, после моего боя с вождём у Айнар тоже зачесались кулаки.
Ох уж эти варвары.
— Сегодня не стоит. Давай завтра.
— Хорошо. Ты и сам знаешь: терпения мне не занимать.
Ага, конечно.
Я неопределённо кивнул и ещё некоторое время разглядывал защитный барьер. После слов шамана это место почему-то начало меня тревожить.
Но выяснить я всё равно ничего не мог.
«Будь я магом, а не варваром, может, хоть что-нибудь заметил бы?»
В конце концов пришлось уйти ни с чем.
До городской стены отсюда было далеко, однако дорога назад скучной не получилась.
Айнар вообще любит поболтать.
Особенно о том, что интересно варварам.
Про оружие и броню. Про то, кто с кем подрался и кто победил. Про новую модель рюкзака, которая выглядит особенно грубо и потому особенно круто.
Или вот такое:
— Кстати, ты слышал? Карон скоро станет отцом.
— Что?
Вот тут я удивился по-настоящему.
— Как вообще? Нет, погоди. В Лабиринте он ни слова не говорил.
— Хе-хе. Похоже, едва попал на третий этаж, сразу начал встречаться с женщинами. Да и о беременности сама женщина сказала ему только несколько дней назад. Рассказать тебе он просто не успел.
Дальше Айнар изложила всё подробнее.
Мать будущего ребёнка — одна из женщин-воинов нашего племени.
В общем-то, ожидаемо.
Человеческая женщина не может родить варвара. Смешанные союзы возможны, но ребёнок всё равно рождается человеком по расе.
Да и сами варвары предпочитают своих. У них даже представление о привлекательности отличается от других народов.
«И с беременностью нет идеологической мороки».
У людей считается правильным сначала вступить в брак, а уже потом заводить детей.
У варваров понятия брака вообще нет.
Детей растит Священная земля, а женщина считает рождение ребёнка поводом для гордости.
Есть и вполне практическая выгода.
Пусть поддержки меньше, чем у людей, Королевский Дом всё равно освобождает мать от налогов на два года.
«Да и беременность короткая».
У всех по-разному, но в среднем до родов проходит четыре месяца, а восстанавливаются женщины очень быстро.
Наверное, поэтому варварки и относятся к рождению детей настолько легко.
Не очень хочется говорить о родах в таких категориях, но...
Одним возвышенным чувством дело не решается.
Если люди не могут позволить себе содержать детей, никакой гордостью низкую рождаемость не исправишь.
— Кстати, Бьорн, а ты сам не думаешь об этом?
— ...О чём?
— О детях. Я слышала, женщины в племени на тебя глаз положили...
Так вот что это было.
А я всё гадал, почему при каждой встрече они твердят, какое у меня отличное тело, и со всех сторон щупают мышцы. Думал, правда восхищаются, ещё и напрягался покрепче, чтобы впечатление не портить...
— Пока не собираюсь.
— О-о. Почему? Мне-то говорить неловко, но мы с тобой уже поздновато спохватились. Даже среди тех, кто пришёл в племя после нас, есть женщины, которые уже родили!
Не знаю, потому ли, что прежде у нас таких разговоров не было, но впервые с тех пор, как я оказался в этом теле, мне стало по-настоящему страшно.
Страшно от самого народа варваров.
— ...
Я старался не показывать, что меня слегка потряхивает, но Айнар, похоже, решила, что разгадала причину.
— А! Это из-за Миши? Не переживай! Она поймёт. Мы же варвары. Она всё равно может родить только зверолюда!
Я вдруг посмотрел на Айнар другими глазами.
Перед дядькой Медведем она кричала, что она за кошек, и всё в таком духе. Кто бы подумал, что при этом в голове у неё сидят такие взгляды.
— Мне это не нужно. А ты сама?
Тема была слишком неудобной, и я решил перевести стрелки.
Если бы это был роман о боевых искусствах, приём назывался бы по-русски просто: «клин клином вышибают».
— Я-я?!
Когда разговор внезапно развернулся в её сторону, Айнар заметно растерялась.
Причина быстро выяснилась.
— Д-даже если бы захотела, не получится. Какому воину понравится такая мелкая женщина, как я...
Проклятые варварские представления о красоте.
Сам того не желая, я угодил точно в больное место.
Я уже собирался извиниться, когда Айнар торопливо добавила:
— И... я тоже пока не хочу.
А?
— Н-ну сам подумай!! После того как столько времени ходишь рядом с тобой, все наши ровесники кажутся мальчишками! Совсем не мужественные!
Она выкрикнула это так, словно сама была возмущена сложившейся несправедливостью.
Я тоже растерялся и предложил поискать среди более опытных воинов постарше.
Ответ оказался неожиданным.
— Старших я не люблю!!
«Значит, старшие не нравятся, а ровесники недостаточно мужественные...»
Да уж. Непростые вкусы.
Хотя, если рассуждать холодно, для меня это даже к лучшему.
Если Айнар внезапно забеременеет и несколько месяцев не сможет ходить в Лабиринт, последствия ударят и по моей команде.
«Стоп. Как мы вообще докатились до такого разговора?»
Ли Хансу было двадцать девять, а в этом мире он успел прожить ещё год. Теперь мне тридцать.
Но...
— В общем, если всё-таки захочешь, скажи! Я познакомлю тебя с хорошей женщиной-воином!
Нет.
Такие разговоры по-прежнему ужасно неловкие.
Два дня спустя.
Утром я позавтракал, провёл лёгкую тренировку с Айнар и отправился в город один.
Хотя «один» — это, пожалуй, сильное слово.
— Мы прибыли. Помещение проверено, но всё же прошу соблюдать осторожность.
Рыцари окружали меня уже привычной почти царской заботой.
— Хорошо. Спасибо.
Я коротко поблагодарил их, выбрался из кареты и вошёл в заведение, где была назначена встреча.
Небольшая чайная, куда я прежде заходил раза три.
— О, господин Бьорн! Мы здесь!
Из-за столика в углу мне махала Шавин Эмюэр, чиновница седьмого ранга.
Рядом молча сидела библиотекарша Рагна.
Я присоединился к ним — и наш привычный дружеский кружок оказался в полном составе.
— Для начала спасибо, что пришли. Вы теперь баронет... Я правда долго думала, удобно ли вообще вот так вас звать на встречу.
— Нашла о чём переживать.
— Именно, Шавин. Разве этот мужчина похож на человека, который изменится только потому, что стал дворянином?
Рагна произнесла это с важным видом и отпила чай.
Вот сейчас она была совершенно права.
Я не собирался задирать нос из-за титула.
И всё же...
«Ага. То есть для тебя баронет — вообще не та величина, из-за которой стоит напрягаться?»
По тому, насколько естественно Рагна держалась, сразу чувствовалось: семья у неё явно не из простых.
Какая именно — я до сих пор не знал.
Но если десятки рыцарей вокруг не вызывают у человека ни малейшего неудобства...
«Любопытство только растёт. Кто же у неё родители?»
Я перевёл взгляд на Шавин.
Вот она, в отличие от Рагны, то и дело украдкой косилась на охрану, хотя пыталась делать вид, что всё нормально.
Неудивительно, что ей не по себе.
Лучше сразу перейти к делу.
— Так зачем позвала?
— Ой. Неужели мы уже не можем встретиться, если мне от вас ничего не нужно?
— Когда врёшь, у тебя нос морщится.
— Что? П-правда? Я сама не замечала!
Ну ещё бы.
— Я соврал.
— А!...
Шавин застыла с ошарашенным лицом, а Рагна тихо рассмеялась.
— Такое выражение у неё редко увидишь.
— Тебе — может быть. Для варвара добиться такого проще простого.
И правда: мужчины, женщины, старики, дети — стоит мне начать всерьёз изображать типичного варвара, и лица у людей обычно становятся примерно такими.
— Ладно. Хватит тянуть. Что тебе нужно?
После моего повторного вопроса Шавин наконец собралась.
— От имени Административного управления я хотела бы предложить баронету Бьорну Янделю одно поручение.
Хм. Подработка, значит...
Деньги у меня сейчас есть, но в этом мире их сколько ни накопи — всё равно мало.
— Говори. Что за поручение?
Сначала послушаем.
Загружаем комментарии…