Я сижу на стуле. Стул, надо сказать, необычный: на подлокотниках и у ножек установлены железные фиксаторы для рук и ног, а сам он намертво прибит к полу.
«Мне вообще дадут хоть немного отдохнуть по-человечески?»
Если описывать положение целиком, сейчас я нахожусь в комнате для допросов под зданием Гильдии Исследователей. Напротив сидит следователь лет тридцати пяти: чудовищно тучный и с привычкой говорить так, будто ему принадлежит всё вокруг.
— Я Колдо Бирман. Расследование этого дела поручено мне. Сейчас я задам несколько вопросов. Советую сотрудничать и отвечать без лишних препирательств.
— Со следствием? Может, сначала объяснишь, за что меня сюда притащили?
Показывать, что я испугался, я не собирался. На презумпцию невиновности в этом мире рассчитывать смешно, но даже обвиняемому положено хотя бы знать, в чём его обвиняют.
Бух!
Ублюдок пнул меня по голени. Судя по мерзкой ухмылке, он сделал это исключительно ради удовольствия.
— Правило первое: ты отвечаешь только на мои вопросы. Понял?
— ...Понял.
— Вот и хорошо. Будешь соблюдать правила — больно не будет. Можешь не переживать.
Больно, блядь. После того пиздеца, через который я только что прошёл в Лабиринте, удар по голени и за боль-то не тянул. У этого жирного явно были какие-то дешёвые фантазии насчёт собственной профессии.
— Раз уж ты так хотел узнать... Бьорн Яндель, тебя задержали по подозрению в мародёрстве внутри Лабиринта.
— В мародёрстве?
Я ещё пытался понять, что за бред он несёт, когда следователь перевернул мой рюкзак и вывалил всё на пол.
— Ого. Добра немало.
Факелы, спальный мешок и прочее снаряжение. Особые предметы из Багровой Цитадели. Запасы, мелкий хлам. Из общей кучи Бирман выбрал только оружие и доспехи и разложил их на столе. В основном это были вещи четвёрки, которая пыталась прирезать нас в Земле Мёртвых.
— Если ты никого не грабил, откуда всё это? Не думаю, что варвар пользуется луком.
— Это принадлежало тем, кто первым попытался меня убить.
— Доказательства?
Доказательства? Разумеется, никаких. Но униженно оправдываться я не собирался.
— А у тебя есть доказательства, что я вру?
— Вот это мы сейчас и выясним.
— То есть ты схватил меня только из-за этого и теперь собираешься «выяснять»?
Вот чего я действительно не понимал. Так Гильдия обычно не работала. В городе существовало негласное правило: что бы исследователь ни вынес из Лабиринта, без жалобы, свидетеля или иных доказательств никто не задаёт вопросов. Гильдия сама не охотилась за мародёрами просто по подозрению. Однако Бирман тут же нашёл объяснение.
— Несколько дней назад внутренние правила изменились. Поступило официальное распоряжение начать с исследователей 9-го ранга. Цель — снизить число нападений и грабежей в Лабиринте.
Понятно. Решили обкатать новую систему на тех, кого проще всего прижать. Везде одно и то же: низкий статус — готовься огребать. Я примерно представлял и критерии отбора. Слишком много магических камней? Чужое на вид снаряжение в рюкзаке? Что-нибудь в таком духе.
Выходит, я с самого начала попал сразу под оба критерия.
— Итак, ещё раз. Откуда у тебя эти вещи?
Похоже, первоначальный наезд был нужен только для того, чтобы меня подавить. Дальше Бирман вёл допрос уже почти нормально, а я старался отвечать максимально спокойно и подробно. Разумеется, о психопатке я умолчал. Иначе пришлось бы рассказывать о клятве. На варвара, нарушившего клятву, везде посмотрят косо. Обвинение в убийстве ещё можно опровергать; если же меня примут за злого духа, оправдываться уже никто не станет.
К тому же, если я её выдам, она потом может тихо прикончить меня так, что никто и не поймёт, куда я делся. Поэтому я рассказал лишь о встрече с четвёркой мародёров, о том, как попал под «Подавление», а потом чудом вывернулся и убил нападавших. Бирману было плевать.
— Что? Тебе проткнули шею, а ты выжил? Да в такую сказку даже ребёнок не поверит.
— Я говорю правду.
— Тогда где шрам? Если тебя и правда ударили в шею, след должен был остаться.
Я машинально провёл ладонью по коже. Гладко. Ни рубца, ни неровности. Причина была очевидна: после эссенции вампира естественная регенерация выросла настолько, что заодно исчез и шрам.
«Почему всё опять так по-дурацки складывается?»
Не хотелось, но пришлось рассказать и про разлом. Только толку не было. Следователь даже слушать не стал.
— Ха-ха-ха! Разлом? И там был вампир? Варвар, ты хоть сам понимаешь, насколько бессвязно врёшь?
— Клянусь честью воина, каждое моё слово — правда.
Обычно такая клятва действовала почти как чит-код, но теперь не помогла и она.
— Какая ещё честь у мародёра?
Вот тут я начал закипать.
— Тогда позови мага. Пусть проверит меня заклинанием!
На самом деле весь этот разговор можно было закончить одним заклинанием. Магия быстро показала бы, кто врёт. Бирман только фыркнул.
— Официально требовать такую проверку могут исследователи начиная с 7-го ранга.
Чёрт. И это когда успели поменять? Исследователь 9-го ранга здесь вообще за человека не считается.
— А если я сам оплачу проверку?
— Если тебя казнят, деньги перейдут государству. Тратить их впустую никто не станет.
Ну конечно. Просто не хочется уменьшать сумму, которую потом можно будет оприходовать.
— Давай проще. Признавайся добровольно.
Похоже, доказать невиновность быстро не получится.
Полуденное солнце било так ярко, будто само напоминало: пятнадцать дней в Лабиринте наконец закончились. Эрвен на несколько мгновений остановилась, наслаждаясь теплом. После мрака подземелий обычный дневной свет казался почти нереальным, и в памяти сами собой всплывали обрывки прошедшей экспедиции.
«Не думала, что на третьем этаже будет настолько тяжело...»
Она поднялась туда вместе со старшей сестрой. Впервые увидела, насколько сильны монстры 7-го ранга. Почти все бои, конечно, вытянула сестра, но под конец им ещё и случайно попался монстр 6-го ранга. Вот теперь Эрвен действительно чувствовала, что побывала в настоящей экспедиции. Первый поход с Бьорном тоже был неплох, но тогда всё свелось к попыткам просто не умереть. На остальное не хватало ни времени, ни головы.
«Вот расскажу — он точно удивится».
Хотелось поскорее прибежать к Бьорну, вывалить на него всё, что с ней произошло, а потом спросить, как прошёл его поход. От одной мысли об этом усталость отступила.
«Если скажу, что получила новую эссенцию, он опять начнёт, как в прошлый раз?..»
Это немного тревожило. Но шла она всё равно легче обычного. Эрвен почти бегом добралась до обменного пункта для исследователей 9-го ранга.
«Разминулись? Его нигде нет...»
— Сто восемьдесят четыре тысячи сто стоунов.
— Ого...
— Для исследовательницы 9-го ранга сумма очень серьёзная.
— Я ходила со старшей сестрой!
— Можете назвать её имя?
— Дария Уитэмбер ди Терсия.
— Да, всё подтверждается. Можете идти.
Обменяв магические камни, Эрвен встретилась с сестрой у выхода. Они сняли комнату в гостинице, оставили вещи, а потом Эрвен три часа отмывалась от Лабиринта и переодевалась в чистое. После этого она сразу направилась к гостинице Бьорна. Но там её ждал сюрприз.
— А, это та самая юная фейри, которая каждый день заходила. Только вот незадача: жилец из триста второго ещё не вернулся.
— М-м... правда?
Бьорна в гостинице не было. Странно. Номер, кажется, был оплачен заранее, да и часть вещей оставалась внутри.
— Так и будешь ждать?
— Да! Он скоро придёт!
Ц-ц.
Обычно дружелюбный хозяин гостиницы почему-то посмотрел на неё неодобрительно и цокнул языком. Прошло ещё несколько часов. Солнце давно село.
— Эй! Почему вы без спроса выносите вещи из его комнаты?
— Вот же пристала... Слушай, девочка, у тебя бумаги есть?
— Б-бумаги?
— Ну да. Документ, что ты его товарищ. Или что в случае смерти его вещи должны передать тебе. Что-нибудь такое.
— Нет, но... Стойте! В каком ещё случае смерти?!
— А как иначе? Лабиринт давно закрылся, а он до сих пор не вернулся. Значит, помер там.
После этого хозяин почти силой выставил её за дверь. Эрвен ссутулилась и присела на корточки у входа.
«Умер? Не может быть...»
Это звучало нелепо. Да, исследователи в Лабиринте погибали постоянно. Но представить Бьорна мёртвым она почему-то не могла. Поэтому осталась ждать.
Наступило утро. Потом снова ночь. Потом ещё одно утро.
— Вот ты где.
Её нашла старшая сестра. Она не стала ругать Эрвен за две ночи вне дома и не задала ни одного вопроса. Только протянула руку.
— Сначала поедим.
Эрвен взяла её за ладонь и поднялась. Она не понимала, откуда взялась эта мысль, и сама прекрасно сознавала: одно с другим никак не связано. Но всё равно сказала:
— Сестра, я хочу стать сильнее.
Никогда прежде это желание не было таким острым.
Я заперт за толстыми железными прутьями. Вещи отобрали подчистую. На мне только тряпка, кое-как обмотанная вокруг бёдер, а самому уже второй день приходится торчать у стены в какой-то полусогнутой позе.
«Блядь...»
После первого допроса всё становилось только хуже. Я раз за разом отрицал обвинения и требовал магическую проверку. В конце концов Бирман сдался и вызвал мага, но...
「Ментальные характеристики персонажа превышают 90.」「Благодаря модификатору сопротивления магии ментальное заклинание не действует на персонажа.」
Магия штатного мага 9-го ранга на меня просто не подействовала.
— Ментальная защита слишком сильная. Придётся вызвать мага из Башни Магов.
Вот тогда всё и стало совсем хреново. Чтобы закрыть дело, Гильдии теперь требовался маг высокого ранга.
— Вызывать специалиста такого уровня из-за дела какого-то исследователя 9-го ранга слишком невыгодно.
С этого момента Бирман начал из кожи вон лезть, чтобы выбить из меня признание. Для него это был самый простой выход. Только я не собирался пугаться этого говнюка и подписывать себе смертный приговор ложным признанием. Я называл имя мага 6-го ранга Аруа Рейвен. Упоминал и того дворфа. Бирман всё пропускал мимо ушей.
А потом, когда дело уже затянулось, он заявился с новой находкой.
— Ха-ха-ха! Бьорн Яндель, похоже, мародёрство для тебя далеко не впервые.
— О чём ты?
— Пока мы проверяли всё, что с тобой связано, обнаружилось вот это.
Он торжествующе показал камень связи.
— У каждого камня связи есть собственный номер, а в записях хранится имя владельца. Мы проверили тот, что лежал в твоём рюкзаке. И что ты думаешь? Он принадлежал погибшему исследователю.
Имя владельца — Артоа Сердин.
— Мы выяснили, что он состоял в клане, и связались с его товарищами. Они очень подробно рассказали, что ты натворил. Мало того что покалечил Хаца Ёна и сбежал, так ещё и убил человека, который отправился за тобой.
Этот ублюдок явно воображал себя главным героем дешёвого детектива и поэтому растягивал каждую фразу.
— Что со мной будет?
Я сразу перешёл к сути. Что бы я ни сказал, Бирман уже горел желанием меня уничтожить и слушать всё равно не собирался.
— Обстоятельства, показания и вещественные доказательства уже собраны. Поэтому Гильдия решила отклонить твоё требование о проверке и привести приговор в исполнение.
«Гильдия решила», конечно. Скорее уж ты сам отказал.
— И какой приговор?
— Странный вопрос. Законы Рафдонии никогда не делали исключений для мародёров. Или для варвара это слишком сложно?
Он ухмыльнулся.
— Смертная казнь.
Это было вчера вечером. А сегодня утром пришёл надзиратель, назвал дату казни и спросил, что я хочу съесть напоследок. Вот тогда до меня окончательно дошло: они и правда собираются меня казнить.
Если просто сидеть, меня убьют. Значит, сидеть нельзя. Разговорами это уже давно было не решить. Но если я просто сломаю решётку и сбегу, то из невиновного превращусь в беглого мародёра, которого будут искать по всему городу.
«Выбраться в город, может, и смогу. А потом меня быстро объявят в розыск».
Я перебрал варианты и пришёл к одному выводу. Спастись можно только одним способом: любой ценой доказать собственную невиновность. Легко не будет.
Если судить о системе по этому ублюдку-следователю, разговаривать с остальными будет ничуть не проще.
«Виноват я или нет, для Гильдии проще и тише, если я просто исчезну».
Когда я принял это за исходное условие, план наконец начал складываться. Главное — создать ситуацию, в которой Гильдия уже не сможет тихо заткнуть мне рот. И способ у меня был.
Правда, потом придётся разгребать невероятное количество проблем.
Скрежет.
Я стиснул зубы, представив рожу Бирмана. С детства у меня характер был такой: получу пощёчину — верну с процентами.
«После всего этого отделаться одним спасением собственной шкуры — слишком мало».
За случившееся они заплатят. И заплатят по полной.
「Персонаж применил [Взрыв Плоти].」
Загружаем комментарии…